Малина - форум о любви и отношениях
Форум о любви · Красота и здоровье · Мобильная версия
X   Сообщение сайта
(Сообщение закроется через 2 секунды)
ИгрыИгры   АнекдотыАнекдоты   ПодаркиПодарки   RSS



 
Ответить в данную темуНачать новую тему
* 

Научи меня любить NC-17, ДМ/ПП

NeZemnaja
5.3.2008, 20:22 · Научи меня любить NC-17, ДМ/ПП
Аватар
Научи меня любить.
•АВТОР: NeZemnaja
•БЕТА: Ad noctum
•РЕЙТИНГ: NC-17
•ПЕЙРИНГ: ДМ/ПП
•ЖАНР: AU; ангст; драма;
•РАЗМЕР: миди
•ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ:
•ДИСКЛЕЙМЕР: Все права у тети РО. А я так (попой об косяк)
•СТАТУС: закончен
АННОТАЦИЯ: На написание сего произведения меня толкнул фик «Она все стерпит». Эта моя интерпретация той же по сути истории: «Однажды Панси застала Драко с другой и послала все…».  Здесь не будет никакого Вольдеморта, с его масштабным планом по захвату власти над всем миром, никаких мальчиков-которые-выжили-и-готовы-нанести-ответный-удар-злодею. Просто любовный четвероугольник: три девушки и один парень. Одна полюбит, другая думает, что любит, а третья просто рядом с ним. И он, не знающий, как поступить, когда в его сердце зарождается любовь, в которую он с таким усилием не верил всю свою жизнь…
•ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: Нецензурные слова, сцены насилия и унижения. ООС внешности персонажа. Усе, всех предупредила. happy.gif


Until you crash
Until you burn
Until you lie
Until you learn
Until you see
Until you believe
Until you fight
Until you fall
Until the end of everything at all
Until you die
Until you're alive
Don't save me, don't save me, cause I don't care
Don't save me, don't save me, cause
I don't care
Until you give
Until you've used
Until you've lost
Until you lose
Until you see, how could you believe?
Until you've lived a thousand times
Until you've seen the other side
This is my chance, this is my chance
(30 seconds to mars - savior)
Сообщение отредактировал NeZemnaja - 29.8.2010, 19:40
NeZemnaja
5.3.2008, 20:24 · Re: Научи меня любить NC-17, ДМ/ПП
Аватар
Глава 1
Дверь в его комнату была приоткрыта. Она стояла, закутавшись в простыню, и слушала приглушенные стоны, доносившиеся из неё. Одной рукой девушка опиралась о стену, чтобы не упасть, другой зажимала себе рот, чтобы не закричать. Боль, душившая её изнутри, рвалась наружу. Она искала выход, словно загнанный зверь, мечущийся в ней, как в клетке. Стоять босиком на полу было довольно холодно, но она не обращала на это внимания. Возможно, завтра её отправят к мадам Помфри, хотя какая разница, что будет завтра? Взгляд её карих глаз был направлен вглубь помещения -  туда, где стояла кровать, туда где он был с другой. Она отчетливо видела его вспотевшую спину, поднимающуюся и опускающуюся над загорелым телом, длинные ноги, обхватившие его за талию. Это было практически физически невыносимо -  стоять здесь и смотреть на все это. Их приглушенные стоны, становившиеся все громче и яростнее, смешались с её тихим плачем. Слизеринка прикрыла дверь и прислонилась спиной к стене. Ноги её не держали, и она медленно сползла на пол. Панси сидела, кусая губы и желая им скорой мучительной смерти.
Прошло около тридцати минут, а она продолжала по-прежнему сидеть около его двери, как послушная собачонка, которую выпроводили, чтобы она не мешала хозяину развлекаться. Девушка смахнула слезы, которые до сих пор катились по её щекам. Его стоны снова стали невыносимо громкими:
- Что эта бл*ть делала с ним?
Она нашла в себе силы подняться, закутавшись в простыню, которая практически сползла с неё.
Она ненавидела все: звуки его голоса, которые ласкали сейчас не её слух, не её черные волосы, разметавшиеся по подушке. Не её длинные упругие ноги, обхватившие его подтянутой тело. Его чл*н, который сейчас входил не в неё, причиняя невыносимую муку. Не её карие глаза, закрытые от наслаждения. Его руки, которые трогали не её тело. Его ложь и свои пустые надежды. Свои слезы и свою слабость. Свою зависимость и свою боль. Себя, его и эту дрянь, которая ответит за все.
Её кулак со всей силой ударился в дверь. Звук получился громким, даже слишком громким, она сама вздрогнула от его силы и бешенства в его звучании. Дверь открылась, хлопнувшись о стену. Двое любовников переполошились, не понимая, что происходит. А она стаяла закутанная в простыню на голое тело в дверном проеме, свет из коридора проник в комнату вместе с ней.
-Панси? – девушка пыталась спрятать свое тело под одеялом. Это была девочка из Рейвенкло с шестого курса – Лиза Бишоп.

Черные взлохмаченные волосы, карие глаза широко распахнуты, она прижимала руки к груди. Слизеринка буквально слышала, как бьется её сердце, отстукивая бешеный ритм.

Она скользнула по ней равнодушным взглядом.
-Какого черта ты не стучишь?
Серые глаза впились в её карие. Его губы были плотно сжаты, и он ждал ответа.
-Я постучала, разве ты не слышал? - наигранно изумленный голос. – Я хочу забрать учебник по трансфигурации, где он?
-В три часа ночи?!
Панси скривилась в улыбке, его вопрос явно подразумевал: «Когда я трахаюсь?».
-Простите еще раз, просто мне не спалось, и я решила сделать домашнее задание, а мой учебник у тебя. К тому же ты не спишь…
Он встал с кровати, абсолютно обнаженный, и, не стыдившийся своего тела, слизеринец прошагал к столу и взял учебник.
-Держи, - Драко протянул его девушки, и она, ухватившись за его край, попыталась забрать, но юноша не убрал руку. Панси посмотрела на него: его глаза были угрожающе прищурены, а губы все так же сжаты в одну тоненькую полоску. Наконец-то он отпустил.

Слизеринка сразу же вышла из комнаты, направившись к себе в спальню девочек.

Она зашла в комнату и рухнула на свою кровать, слезы её больше не душили, боль черной кошкой не скреблась внутри неё. Она чувствовала пустоту. Тугую, заволакивающую, пугающую пустоту.

* * *
Оказалось, проснуться было гораздо сложнее, чем пережить все вчерашнее. Она открыла глаза и сразу же посмотрела на себя в маленькое зеркальце, которое всегда держала под подушкой. Красные глаза, опухшее лицо, покусанные губы – не самый лучший её вид.
-Мерлин мой, Панси, что с тобой? – Миллисент нависла над ней, внимательно изучая её лицо. – Одолжить мой маскирующий карандаш?
Слизеринка кивнула головой.
Больше к ней с утра никто не приставал. Никто больше и словом не обмолвился, что она ужасно выглядит. Соседки по комнате просто бросали на неё взгляды полные притворного сочувствия и изредка перешептывались за спиной. В целом это было довольно обычное утро.
Спустя сорок минут Панси вновь взглянула на себя в зеркало: она выглядела намного лучше. Одевшись в школьную форму, девушка спустилась в гостиную.
Он сидел в кресле и о чем-то разговаривал с Блейзом. Взгляд серых глаз скользнул по ней, задержался на лице и снова вернулся к Забини.
«Ну что, дорогой, пора взять матч-реванш!»
Золотистые искорки заплясали в карих глазах, она натянула самую обаятельную и подкупающую улыбку.
-Доброе утро, мальчики.
-Доброе, - незамедлительно откликнулся Блейз.
-Вы идете завтракать?
Она продолжала улыбаться, не замечая раздражения в глазах Драко.
-Кстати, как спалось милый?
-Хорошо, - сквозь зубы прошипел слизеринец.
-Я так и думала. Ну, ладно, я пойду, не буду вам мешать.
Паркинсон направилась к выходу из гостиной.
Играть роль ограниченной, бестолковой, сумасбродной девицы она привыкла с детства. Это была своего рода самозащита, которая неплохо работала. Большинство людей привыкли видеть её избалованной стервой, которая спокойно шла по головам. Но была ли она такой на самом деле? Отчасти да, но, как и у каждого человека в ней было и хорошее. Только вот она привыкла прятать это «хорошее» в самый дальний уголок своей души. Потому что, когда живешь в стае волков, приходиться выть по-волчьи.
В Большом зале было еще мало народу, в субботу вообще многие предпочитали не приходить на завтрак, а отсыпаться в своих постелях. Она села за стол и начала завтракать. Сказать по правде, еда не лезла ей в глотку, но она жевала через силу, потому что когда ты пришел на завтрак и ничего не ешь, то все сразу же автоматически делают вывод, что у тебя неприятности. А ей это было ни к чему.
К её столу прошагала Лиза.
-Привет, а Драко еще не проснулся?
-Привет, милая, как дела? Драко?! Нет, он скоро придет, - Панси понимала, что подозрительно мила с этой… Она даже не могла подобрать ей подходящее название. Но девушка так привыкла, что чем больше она ненавидит человека, то тем приветливее и обходительнее с ним, а когда он расслабиться – удар, не обязательно в спину, можно и самый обычный апперкот.
-Ну, хорошо, - растерянно произнесла рейвенкловка. Скорее всего, она ожидала, что слизеринка поймает её в каком-нибудь темном углу и наложит на неё проклятье. И наткнувшись на подкупающую вежливость, растерялась.
Бишоп, развернувшись на каблуках, отправилась к своему столу.
Паркинсон действительно могла бы так поступить, но не стала. Она хотела практически одним ударом сразу уложить двоих. Нужно было только дождаться подходящего момента. Когда они оба будут уязвимы, именно в тот момент она нанесет свой удар, который приведет к нокдауну. Она хотела, чтобы им было больно, точно так же, как и ей той ночью. Слизеринка хотела их уничтожить, растоптать, превратить их сердца в пепел и развеять его над кучей дерьма, потому что там этим двоим и место. Ей за то, что была сейчас с Драко. Ему за это…
«-Мне кажется я сентиментальная дура!
-Почему ты так решила?
-Я ужасно соскучилась и готова разреветься…
-Ну не плачь, ты же знаешь, я не выношу женских слез.
-Мне нужно тебе кое-что сказать…
-Говори…
-Я знаю, ты не веришь в любовь… и…
-И … что?!
-Но я люблю тебя… Мне больно видеть, как ты мне изменяешь, я понимаю ты мужчина и все такое…
-Любишь?!
-???
-Разве бесчувственная кукла может любить?! Панси, посмотри на себя, ты хороша только в пастели и на светских мероприятиях в качестве подружки или на худой конец жены…
-…
- К тому же я не верю в любовь, это глупые сказки для дошкольников и тупых гриффиндорцев!
-Тогда, как назвать то, что я чувствую к тебе?
-Похоть, ты можешь называть это похотью, и мы можем удовлетворить её прямо сейчас…
-Ты…!!!
-Что я? Бесчувственный чурбан, обманувший чувства невинной девушки?! Не смеши меня, даже если любовь есть, такие как МЫ не умеют любить!
-И ты ничего не испытываешь ко мне?
-Похоть…
-И больше ничего?!
-Ничего…»

Панси закрыла глаза, чтобы не зареветь, нельзя, чтобы тушь потекла. Нельзя, чтобы это увидели все, кто сейчас находиться в большом зале. «Разве бесчувственная кукла может любить?» - выходит, что может! Она снова открыла глаза. Выпив стакан тыквенного сока, слизеринка покинула Большой зал.
Куда можно пойти утором в субботу, чтобы не напороться на однокурсников? Можно было бы пойти в библиотеку, но что там делать? Пойти на улицу? Там идет промозглый дождь. В оранжерею?
Панси решила выбрать последнее. Закутавшись в мантию, она направилась именно туда. Войдя в теплицу, она столкнулась с Грейнджер. А ей то, что здесь надо?! Девушка выходила из теплицы, но, видимо решив переждать дождь, который расходился все сильнее, осталась. Они уселись на разных концах одинокой скамейки каждая думала о своем, стараясь не обращать внимания на свою случайную соседку.
Слизеринка решительно смотрела в сторону кустов орхидеи, а гриффиндорка уставилась в учебник.
Две одинокие девушки, даже не пытались заговорить между собой, да и зачем им это было нужно? Они никогда не скрывали друг от друга, что испытывают, мягко говоря, не самые дружелюбные чувства по отношению друг к другу. Но сейчас это Панси совершенно не волновало. Ей вообще было наплевать на Грейнджер в целом, именно по этому она всегда ограничивалась только едкими замечаниями в её сторону. И ах, да… та история с репортершей… ну, это была так… маленькая шалость.
Слизеринка сжала руки в кулаки, эта треклятая Лиза Бишоп с её крашенными черными волосами и карими глазами, как она посмела влезть в их с Драко отношения?! До неё все было хорошо: да, он изменял, но всегда возвращался назад. Он всегда просился в ЕЁ постель, а эта девчонка просто увела его. Панси не могла в это поверить.
«-Может, пойдем к тебе в комнату?
-Нет.
-Почему?!
-Я устал от тебя. Сейчас я… встречаюсь с Лизой.
-А когда ты собирался сказать мне об этом? Сказать, что ты наигрался с глупой куклой «Панси» и теперь у тебя появилась новая…?!
-Я не думал об этом…
-Что? Хочешь… с нами двумя?
-Пока нет.
-Ты…!!!
-Я тоже тебя люблю, милая…».

После того, как состоялся второй памятный диалог в её жизни, она не плакала. Она просто молча сидела на своей кровати, обхватив колени руками, изо всех сил сдерживая слезы. Больно, когда тебя придает любимый человек, еще больнее, когда он на твоих глазах счастлив с другой. Паркинсон не могла этого вынести, она решила наказать этих двоих за то, что наградили её бессонницей, за то, что она подглядывала за их ночами, стараясь понять, что же все это время она делала не так. За все слезы, которые выплакала и особенно за те, которые оставила при себе.
Длинные ногти впились в ладони, оставив красные следы, а потом пошла кровь.
-Черт, - выругалась слизеринка.
Она достала платок, и вытерла четыре маленькие кровоточащие ранки.
Дождь барабанил по крыши оранжереи, отстукивая свой странный мотив. За то время, что она провела здесь, он разошелся только сильнее. Но нужно было возвращаться в школу. Наложив на руку исцеляющее заклинание, Панси создав невидимый зонтик, вышла из помещения и быстрым шагом направилась в Хогвартс.

Войдя в свою гостиную, слизеринка устроилась на коленях у Блейза. Девушка взъерошила его черные волосы, которые были на несколько сантиметров длиннее, чем следовало бы.
-Скажи, что ты сделаешь с Лизой? – лениво протянул он, поглаживая её коленку.
-О чем ты?
Забини усмехнулся:
-Только, не говори, что спустишь ей это с рук.
-Я не понимаю о чем ты, - спокойно ответила она, продолжая перебирать пряди его волос.
-Не уже ли?
Панси улыбнулась, и прижалась лбом ко лбу слизеринца:
-Я действительно не понимаю о чем ты. Лучше скажи, где пропадает наша парочка?
После её последних слов, Забини резко отстранился от девушки. Ухмыльнувшись, он нежно коснулся тыльной стороной ладони щеки слизеринки.

-В конце пятого курса ты перестала устраивать истерики после каждой измены, а потом каждая из его подстилок совершенно случайно травилась чем-нибудь или у неё вылезала страшная сыпь по всему лицу…
-К чему ты клонишь?
Он уткнулся в её шею, вдыхая терпкий аромат женских духов.
-Какая расправа ждет Бишоп? – проговорил Блейз, губами прикасаясь к её прохладной кожи.
-Я и пальцем не трону её, - ответила Паркинсон, откидывая голову назад и подставляя шею для поцелуев. И плевать, что в гостиной помимо них был еще кто-то. Хотя так лучше, все равно спать с ним она не собиралась.
-Может, сходим в Хогсмид?
-Может.
-Позовем Лизу и Драко?
Слизеринец отстранился и посмотрел в карие глаза:
-И все же что ты задумала?
-Ничего. Ровным счетом ничего.
* * *
Сходить в Хогсмид не получилось, весь оставшийся день Панси потратила на то, чтобы найти «влюбленных» голубков. Её поиски увенчались успехом только ближе к ночи, когда она патрулировала свою территорию.
Она шла очень тихо и осторожно вдоль коридоров, где были расположены кабинеты. Палочку она погасила еще пол часа назад, когда на неё накричал портрет какого-то престарелого маразматика. Подходя к одному из кабинетов, она услышала голоса: его и её.
-Ты действительно можешь соблазнить любую девушку?
-А ты сомневаешься во мне? – последовал вопрос на вопрос.
-Нет. Ну... а что будет, если допустим, эта девушка ненавидит тебя?
-Разве моему обаянию можно долго сопротивляться?
-Ну…
-Хочешь поспорить?
-…
-Назови любое имя и срок.
-Ты серьезно?
Слизеринка улыбнулась, если эти двое сейчас договорятся до нужного имени, то она получит отличный шанс на их уничтожение.


«Ну, же, Бишоп, вырой сама себе могилу!»
-Вполне, - ответил Драко и, вероятно, пожал плечами. Во всяком случае, такой жест с его стороны нарисовало воображение Панси.
-Ладно, ты должен соблазнить, - Лиза призадумалась. – Так… эта кто-то должна тебя ненавидеть, и будет лучше, если ты сам не будешь испытывать к ней положительных чувств. Кто-то, скорее всего из маглорожденных… Из Гриффиндора…
-Грейнджер?! – в его голосе прозвучал вопрос, смешанный с разочарованием.
-Пускай будет она. Срок – месяц, если ровно по истечению тридцати дней начиная с завтрашнего не затащишь её в постель, то станешь моим рабом на целый месяц.
-А если выиграю я?
-Я исполню любое твое желание.
-Только одно? Это немного не честно, не находишь?
-Ладно, тоже целый месяц буду исполнять любые твои прихоти.
-Договорились.
Наверное, они пожали друг другу руки или закрепили свой договор, как-то по-другому.
Если все пойдет так, как задумала слизеринка, то эти двое дорого ей за все заплатят. Осталось только выждать и наблюдать. А это она умела как никто другой.
По её маленькому, но очень хитрому плану эти двое сами уничтожат себя. И что будет самым странным, виною их падения стал какой-то паршивый спор. Но они об этом еще не знают...
Панси ведет себя так, как будто заранее знала, до чего добазарятся голубки. Да, она решила отомстить и, по идее, план мести должен был созреть в этот самый момент. Но создается такое впечатление, что Панси знала о споре. «Если все пойдет так, как задумала слизеринка»... А когда задумала? Успела за минуту, пока слушала? Или до того, как подслушала? Невозможно.
Коряво я, конечно, объяснила... Но надеюсь, ты поймешь мою мыслю...
Панси направилась дальше по коридору, напевая себе под нос слова песни, с недавних пор ставшей её любимой:
Я не растение
Я не буду контролировать себя
Я плюю на руку, кормящую меня
Я не буду контролировать себя
Воду прорывает
Вода захлестывает меня
Воду прорывает
Вода утекает
И в этот раз ты заплатишь
______________________________________________________
Эпиграф к фанфику -  30 seconds to mars – savior,
Полный текст песни и перевод  - http://www.amalgama-lab.com/songs/eng/3 … savior.htm
Отрывок песни в конце – Vegetable Radiohead
Полный текст и перевод - http://blissedlark.narod.ru/radiohead/p … etable.htm
NeZemnaja
5.3.2008, 20:26 · Re: Научи меня любить NC-17, ДМ/ПП
Аватар
Глава 2
Самое ужасное, что может быть на свете – это ожидание. Выжидать куда приятнее. Она занималась этим уже целую неделю, просто наблюдала за Драко, Лизой и Грейнджер. Бедняжка Бишоп еще не совсем понимала, во что вляпалась, ровным счетом, как и все остальные участники маленького представления, разыгранного под чутким руководством мисс Паркинсон.
Малфой уже развернул активную деятельность по отношению к гриффиндорки, Панси пару раз видела её выбегающей из кабинета с раскрасневшимися щеками. Она примерно представляла, как он будет действовать по отношению к этой девчонки. Скорее всего, для начала он прекратил нападать на неё по пустякам, затем начнет спектакль под названием «Я совсем не такой, как обо мне думают». Хотя все это было неважно, основную ценность для Панси составляло именно то, что будет у него внутри. Те чувства, которые в нем вызовет грязнокровка, те чувства, которые она направит в нужное русло. Те чувства, которые уничтожат Драко Малфоя, выжгут его сердце, превратив в пепел.
«Не смеши меня, даже если любовь есть, такие как МЫ не умеют любить!»
«Ты ошибался, Драко, и я докажу тебе это».
Слизеринка сидела за маленьким столиком в кофе, она ожидала Лизу. Они должны были встретиться здесь и пойти по магазинам, рейвенкловка хотела купить что-то особенное для своего парня. Панси не питала иллюзий на тот счет, что Лиза уже считает её своей подругой, но она к этому стремилась. Быть как можно ближе к своему врагу – этому она научилась у жизни. Бишоп должна будет со временем ей довериться, она станет для неё единственной опорой и поддержкой, когда начнутся её первые неприятности, она обо всем будет рассказывать ей. А потом… тот самый апперкот.
-О, Панси, вот ты где, - Лиза вошла в помещение и помахала слизеринке рукой.
-Привет.
-Как дела? Я слышала ты теперь с Блейзом.
-Нет, мы не встречаемся, если это тебя интересует, - отмахнулась девушка. – Лучше скажи, что ты хочешь купить.
-Ну… я думала, может красивое белье, что-нибудь красное.
-Белье? Сразу оставь эту затею. Парни, конечно, теряют голову от красивого белья, но это не тот случай.
-Почему?
«Мерлин, за что?!»
Панси снисходительно улыбнулась, откидывая назад черные волосы.
-Вы уже долго спите с ним и ему не до твоего белья, поверь. Нужно что-то совершенно другое.
Лиза вопросительно захлопала глазами.
-Скажи, он связывал тебя? – шепотом спросила Паркинсон.
-Нет.
-Наверное, боится тебя напугать, - задумчиво произнесла она. – Вот что, тогда просто сама предложи это ему.
-Ты уверена, что ему нравиться такое?
Девушка недоверчиво смотрела на неё.
Панси была бы рада соврать, но ей нужно было доверие этой… Она до сих пор не могла подобрать ей подходящего названия. Драко действительно любил такие вещи, когда они встречались, он частенько связывал её. Он любил быть доминатом, обожал, когда его партнерша была беспомощной и готовой на любые утехи. А Панси была одной из тех, для кого запретов в сексе не существует, она позволяла ему все чего бы он не пожелала. И вот как он заплатил ей за все это.
-Ты можешь мне доверять.
Лиза кивнула, соглашаясь со слизеринкой.
-Значит, по магазинам не пойдем?
-Мм…? – отозвалась девушка, поворачивая голову в сторону окна. Её внимание привлекла высокая фигура Малфоя, он стоял и разговаривал с Грейнджер. Рядом, с которой толпились её двое неизменных телохранителя. – По магазинам? Пошли прямо сейчас.
Расплатившись, Панси с Лизой вышли из кофе. Четверо ребят все еще стояли на своих местах: лицо Уизли приобрело багровый оттенок, а Поттер явно собирался набить морду слизеринцу. Бедная Грейнджер пыталась успокоить своих цепных псов, которые были явно не намерены её слушаться.
-Не понимаю, почему ты общаешься с ними, - произнес Драко, брезгливо посмотрев в сторону двух гриффиндорцев.
-А с кем она должна, не с тобой ли? – подал голос Рон.
Слизеринка улыбнулась одними уголками своих тонких губ, отметив про себя, что Бишоп не совсем нравилось то, что она видела.
-Ты могла бы найти себе кого получше, Грейнджер.
-Оставь нас, Малфой, - Гермиона как-то странно смотрела на слизеринца. В её взгляде не было привычной ненависти и жалости. И это был большой шаг в сторону падения трех и триумфа одной.
-Хорошо, - Драко пожал плечами. – Как пожелаешь.
Юноша зашагал прочь от «Золотой троицы».
Панси бросила сочувственный взгляд в сторону Лизы.
-Все-таки последуй моему совету.
-Ты так говоришь, словно это что-то значит, - рейвенкловка натянуто улыбнулась.
-Не обязательно.
Однажды мама Панси во время малочисленных бесед с дочерью сказала одну простую истину: «Что бы вспахать поле недоверия, достаточно лишь посеять зерно сомнения, и человек сам придет к нужному тебе выводу». Панси никогда не прислушивалась к матери, но теперь, похоже, пришло время послушать миссис Паркинсон. Все же иногда она говорила умные и полезные вещи.
-Гермиона… Он…
-Он ничего мне не сделал, Малфой вообще подошел ко мне по делам перфектов, а вы…
-Мы думали…
-Что вы думали, Рон, что я нуждаюсь в вашей помощи? Знаешь, иногда я всерьез сомневаюсь кто умнее из вас.
Грейнджер резко развернулась на каблуках и скрылась в толпе студентов.
-Ну что я опять сказал? - рыжий мальчик виновато развел руками.
Во время лицезрения этого диалога, Панси ухмыльнулась только на одном слове «сомневаюсь».

* * *
Когда ты не знаешь с чего начать – начни с самого простого. Самым простым на сегодняшний момент являлась Грейнджер. Она уже изменила свое отношение к Драко, пускай еще не была влюблена, но все же. Ей даже не обязательно было предаваться этому чувству, достаточно просто поверить, что она испытывает к нему симпатию, а потом её воображение дорисует все остальное. И никакая логика и разумные доводы ей не помогут, они никому не помогают.
Панси стояла около окна в спальне девочек, опираясь руками о подоконник, она рассматривала две маленькие фигурки в низу. Одна явно принадлежала светловолосому парню, а вторая темноволосой девушке. Двое перфектов разговаривали о чем-то, слышать суть их беседы было необязательно. Достаточно было просто стоять здесь и смотреть на них. Все, что её интересовало, она могла видеть и отсюда. Они стояли достаточно близко друг к другу, это свидетельствовало о том, что главная староста девочек уже допустила его в зону личного общения.
Слизеринка ухмыльнулась.
Зона личного общения у женщины гораздо меньше, чем у мужчины, и если она впускает его в эту так называемую зону, то значит видит в нем потенциального партнера, значит уже доверяет этому человеку. И, следовательно, у Малфоя есть все шансы, чтобы выиграть спор. Панси рассмеялась: «Как мило, выиграть дурацкий спор и проиграть целую войну».
Вот Драко приблизился еще на один шаг к грязнокровке, наверное, он что-то сказал, потому что она оттолкнула его и повернулась к нему спиной, чтобы уходить. Он резко развернул её за плечо и… поцеловал.
Слизеринка закусила губу и прикрыла глаза. Она сразу же вспомнила вкус его губ, то, как он целовался. Его поцелуи всегда были разными: нежными, грубыми, страстными, сухими, умоляющими, ищущими, заставляющими, обезоруживающими. Интересно, как он поцеловал эту девчонку, как целовал Бишоп? Был ли он в своих поцелуях так же откровенен с ними как с ней? Её тонкие пальцы сжали край подоконника, она открыла глаза, этих двоих уже не было.
Дверь в комнату девочек открылась, и кто-то бесцеремонно прошагал внутрь.
-За кем наблюдаем?
Это был Блейз. Он встал рядом с ней и положил руку на её талию.
-Так любуюсь местными окрестностями, - отмахнулась она.
-Меня тут просили передать тебе «Большое спасибо».
-И кто же? – спросила она, хотя ответ уже знала заранее. Наверняка Бишоп воплотила совет, данный Панси, в жизнь. Слизеринка видела выражение её глаз, когда они наблюдали эту сцену, наверное, девочка уже задумалась, а не зря ли затеяла весь этот спор. Сейчас в ней борются женщина и разумный человек. Победа будет за первой, потому что в делах сердечного характера побеждает именно она.
-Лиза. И за что же она благодарит тебя? – Забини вопросительно поднял брови, внимательно смотря на девушку.
-Не суть дела.
-Хорошо, не хочешь не говори, - рука юноши переместилась на ягодицу Панси, и он придвинул её к себе поближе. Он аккуратно взял её за подбородок и большим пальцем провел по её нижней губе.
Слизеринка облизала пересохшие губы.
И он поцеловал её. Что она почувствовала? Ничего… Пустота…
Паркинсон грубо оттолкнула его от себя.
-Больше не смей так делать, - зло прошипела она, вытирая рукавом рот. Панси вышла из комнаты почти бегом спустилась вниз и вышла из гостиной Слизерина.
Что её взбесило в его поступке? Точнее было бы задать вопрос, что напугало? Она почувствовала, только его язык, раздвинувший её губы и скользнувший внутрь, его слюни. И это было настолько мерзким и противным, что захотелось блевать. А от поцелуев другого всегда что-то шевелилось внутри, по всему тело разливалась томительная теплота, а здесь… ничего и еще сотню раз ничего.
Она остановилась в том самом коридоре, где подслушала разговор Драко и Лизы. Уткнувшись лбом в стену, она тяжело дышала, держась за живот. Тошнота стояла у самого горла. Стена была мокрой и омерзительно липкой, холод, исходящий от неё, пробирал до костей. Как раз над этим коридором находился туалет Плаксы Миртл, который, скорее всего опять был затоплен. Панси зажмурила глаза, чтобы не зареветь. Она приникла щекой к стене, и плевать, что по ней стекает туалетная вода. На все плевать.
Чья-то рука осторожно дотронулась до её плеча и развернула. Это был Кребб, мальчик смотрел на неё, явно не зная, что сказать.
-Все в порядке, - устало ответила девушка. – Просто тошнит.
Юноша кивнул, принимая её слова на веру.
-Пойдем, я отведу тебя в медпункт.
-Не надо, сейчас все пройдет.
-Эй, Драко, иди сюда… тут... э-э-э…
Слизеринец уверенной походкой приближался к ним.
-Панси, что случилось?
-Тошнит.
-Отравилась?
-Наверное.
-Может в медпункт.
-Нет.
-Как знаешь.
Светловолосый юноша направилась дальше по коридору. Он разговаривал с ней сухими отрывистыми фразами. Наверное, все еще злился на её недавнюю выходку, а она ведь была еще детской шалость по сравнению с тем, что она устраивала до этого. Девушка закусила губу, смотря в спину уходящему слизеринцу. Его красивая подтянутая фигура удалялась от неё, совсем как тогда, когда он променял её на Бишоп.
-Драко, - окликнула она его, - тебе понравился мой подарок?
Он остановился и, не оборачиваясь, ответил.
-Да. Ночь была прелестной. Спасибо, милая.
-Не за что, дорогой. Для тебя все что пожелаешь.
Слизеринец рассмеялся, как будто её слова были старой доброй шуткой. Он так и не обернулся – отметила она про себя.
Она лежала в ванной, отмокая в горячей воде. Протяжный мужской голос доносился из радиоприемника:
Ты из тех фантазеров
Которые приводят мир в порядок?
Я останусь дома навсегда
Там, где два плюс два всегда равно пяти
Я уложу на проходах
Мешки с песком и спрячусь
В январе были апрельские дожди
И два плюс два всегда равно пяти
Теперь это дьявольский путь
Нет пути назад
Ты можешь вопить и можешь орать
Уже слишком поздно
Потому что тебя здесь нет
Когда песня закончилась, слизеринка выключила радио и вылезла из ванны. Насухо вытершись полотенцем, девушка принялась одеваться. Надев простые потертые джинсы и белый топик, она уселась на скамейку, которая стояла около стены. Панси вспомнила поцелуй между Драко и Грейнджер, между юношей почти голубых кровей и маленькой грязнокровной зубрилкой.
Понравилось ли Грейнджер? Думает ли она о том поцелуе? Хочет ли чего-то более? Чего-то, что заставит её трепетать и просить пощады? Чего-то, что заполнит её до краев? Чего-то горячего, влажного, дикого и безудержного? Мечтает ли уже оказаться в его постели? На все эти вопросы был один ответ – да. Да, Да и еще раз ДА.
Она в этом не сомневалась.
А еще Бишоп, эта треклятая рейвенкловка, которой она подарила одну из самых лучших ночей в её жизни. Слизеринка могла бы многое ей рассказать о том, что он любит, какие позы предпочитает, как стонет когда ему действительно хорошо, с какой силой может извергаться его сперма. А что может дать она ему? Точнее, что дает? Секс в миссионерской позе! Обещание отсосать, когда они провстречаются год? Она и половину не может сделать для него того, что делала Панси. Но почему-то он все равно с ней.
В ванную вошла Грейнджер. Слизеринка не ожидала здесь с ней встретится, но видимо так легла карта, как говорят игроки. Тогда почему бы не воспользоваться шансом?
-Я… - Гермиона, по-видимому, тоже не ожидала этой встречи.
-Уже ухожу, - Паркинсон поднялась со скамейки. – Будь осторожна с Бишоп.
-Что?
-Я говорю, тебе следует остерегаться мести Лизы Бишоп, - Панси накинула мантию на плечи.
-При чем тут она?
-Она встречается с Драко и ей не понравится…
-Я не понимаю о чем ты.
-Да ладно, хватит строить из себя дурочку, тебе это не идет. Я видела, - Панси сделала намеренную паузу.
Щеки гриффиндорки вспыхнули. Почитать её эмоции было так легко, сейчас она была напугана. Сказать, что она видела их целующимися? Пожалуй, не стоит.
-То, как ты смотришь на него. Я знаю, ты влюблена в него, Грейнджер. И не смей отрицать!
-Ты говоришь глупости, - Гермиона смотрела куда угодно, только не в глаза слизеринки.
-Да не уж то? Во всяком случае, я тебя понимаю, в него нельзя не влюбиться…
С этими словами Паркинсон покинула ванную старост.
Она шла по коридору улыбаясь, хорошо, что на её пути не попадалось ни одного человека. Все уже, наверное, спали, отбой был пол часа назад.
Она любила мыться поздно вечером, когда можно спокойно идти с мокрой головой по Хогвартсу не опасаясь, что тебя кто-то заметит, когда можно идти и улыбаться не боясь, что тебя сочтут сумасшедшей. Ночью можно все, что нельзя при свете дня. Именно ночью мы совершаем самые безрассудные поступки.
Улыбка Панси сменилась ухмылкой, она представила, как Грейнджер сидит в ванной и размышляет над её словами, как убеждает себя, что не влюблена в Малфоя. Что он даже ей не нравиться, нисколько, ни капельки! Он не может ей нравиться, ведь он враг Гарри, он столько лет обижал её, столько лет смешивал с грязью... Но тогда же почему, когда он рядом сердце начинает биться чаще, и возникает дикое желание - прикоснутся к его губам?!
В том, что Грейнджер в итоге влюбиться в него, как последняя дура, слизеринка не сомневалась. Никто не может устоять перед ним… НИКТО. Нужно только, чтобы он испытал ответное чувство. Он должен полюбить эту грязнокровку, должен полюбить, так сильно, чтобы задыхался без неё, чтобы сходил сума, когда она рядом. Чтобы постоянно мечтал о том, как войдет в её горячее податливое тело, чтобы посвящал ей все свое время, чтобы разучился жить без неё, чтобы… испытал боль, тупую пронизывающую насквозь боль, от которой нет спасения. Чтобы потерял её, и захотел сдохнуть…
Нужно, чтобы она научила его любить. Чтобы рассказала ему о том, что у него тоже есть сердце.
Панси добралась до гостиной своего факультета, и начала подниматься наверх, в свою комнату. В полнейшей темноте она наткнулась на кого-то.
-Люмос.
Яркий свет вспыхнул на конце волшебной палочки и осветил лицо слизеринца, стоящего перед ней. Светлые волосы были взъерошены, глаза прищурены, а губы сложены в одну тоненькую полоску.
-Спокойной ночи, милый, - Паркинсон попыталась обойти его. – Нокс.
Свет погас.
Панси вздрогнула, когда почувствовала руки Драко, обнявшие её за плечи. Он прижался к её спине и прошептал на ухо.
-Пошли.
-Куда?
-В мою комнату.
Это было слишком большим искушением. И он это знал. Девушка собрала всю свою волю в кулак. Она хотела причинить ему боль, хотела, чтобы он заплатил за все, но было одно большое «НО», она все еще хотела его. Все еще задыхалась без него, все еще сходила с ума, все еще мастурбировала, когда думала о нем.
-Нет.
-Почему?
Наверное, нужно годами тренироваться, чтобы одно слово было настолько яростным, злобным и полным яда.
Он взял её руки и отвел за спину, Панси почувствовала, как веревка связала её. По её телу пробежала дрожь.
-Теперь я буду выбирать, когда нам трахаться, а когда нет!
-Не уж то?
Он рассмеялась, прямо ей в ухо. Его хрипловатый смех проник в самое сердце, в самую её суть, вызвав еще одну волну дрожи и возбуждения.
-Нет!
-Да, милая, да!
-Нет, - еще настойчивее произнесла девушка, - Нет, пожалуйста, нет!
____________________________________________
Использован отрывок песни - 2+2=5 (The Lukewarm) Radiohead
Текст и перевод, можно посмотреть здесь - http://blissedlark.narod.ru/radiohead/two01luke.htm
NeZemnaja
5.3.2008, 20:27 · Re: Научи меня любить NC-17, ДМ/ПП
Аватар
Глава 3
-Обычно ты просила, что бы я не останавливался, - прошептал он. – Что же изменилось, любимая?
Панси словно кипятком обдало от его последнего слова, оно было произнесено с таким злым сарказмом, что ей захотелось ударить его, как можно сильнее. Ударить, повалить на землю и пинать до тех пор, пока он не потеряет сознание.
-Отпусти меня, или я закричу.
-Обязательно закричишь, и будешь кричать все ночь, умоляя меня не останавливаться, - его горячий влажный язык коснулся мочки её уха. Слизеринка задрожала, и самое поганое, что это было не из-за страха, а из-за возбуждения.
Он убрал прядь черных волос ей за ухо и коснулся губами синей жилки, отбивающей бешеный ритм. Панси запрокинула голову назад, и закусила губу, чтобы не застонать. То, что она пыталась похоронить в себе столько времени, рвалось наружу. Тепло предательски растекалось по всему телу, ноги подгибались – и это было вызвано только одним его прикосновением.
-Не сопротивляйся, не веди себя как гриффиндорская девственница, ты ведь хочешь этого? Только не ври… хотя бы себе.
Хотела ли она? Это был глупый вопрос, не требующий ответа.
Снова почувствовать его губы, руки, тело, ласки, которые он может дарить – слишком великое искушение. А потом, что будет утром? Хотя… он может попросить её уйти, сразу же после того, как кончит. Эта мысль заставила её тело напрячься, а голос сделала стальным.
-Иди к Бишоп… Она тебя утешет сегодняшней ночью… я не намерена.
-Лиза, - с оттенком жалости произнес Драко её имя. – Она жалкое подобие тебя.
-Что ты хочешь сказать?
-Вчера, она предложила мне одну игру, думаю, ты догадываешься какую. Это все мне напомнило тебя и наши ночи.
-Не уж то? – теперь была очередь Паркинсон рассмеяться. – Иди к черту, Малфой, я не собираюсь с тобой трахаться…
Слизеринец резко толкнул девушку вперед, по направлению к двери в свою комнату. Панси попыталась, что-то сказать, но он заткнул её рот и отнюдь не поцелуем. Это было заклинание «Молчания», которое не позволяла ей говорить. Тогда слизеринка толкнула его плечом, он отшатнулся, но не упал, как она рассчитывала. Схватив её за воротник мантии, Драко поволок её в свою комнату.
Как только дверь за ними с силой захлопнулась, Малфой прижал Панси к этой самой двери. Его лоб упирался в ее лоб. Серые глаза смотрели в карие и видели в них злобу, ненависть и где-то на самом дне желание, которое она так отчаянно прятала.
«Только не потерять контроль, только не потерять…»
Девушка безысходно пыталась ухватиться за край исчезающего сознания, в то время как его руки исследовали её тело: сжимая, лаская, пощипывая и даря наслаждение. Сопротивляться этому было нереально и бесполезно. Он не даст ей шанс на спасение, не позволит сопротивляться, не позволит выиграть. Его губы накрыли ее, и она утонула, ушла с головой в ощущения, дарившие ей движениями его языка. Его поцелуй был приглашением, на которое невозможно ответить отказом. Он обещал рай на земле, вечную любовь и смерть в один день. Слизеринка отвечала яростными и предупреждающими выпадами, она покусывала его нижнюю губу, проводила языком по небу и слышала, как он стонал ей в рот. Панси захлебывалась ощущениями безысходности и неправильности всего происходящего. Она должна его остановить, потому что потом после всего, что произойдет дальше она, захочет сдохнуть и будет выть в душе, как подзаборная собака, которую снова выгнали из дома, чтобы не мешалась под ногами. Она отчаянно завертела головой, беззвучно крича «НЕТ!!!»
Юноша закусил губу.
-Ты так прекрасна, моя дорогая, когда сопротивляешься… Ты ведь знаешь, как меня возбуждают такие вещи…
«Ненавижу», - кричала вся её сущность, и где-то на дне её души эхом отдавалось: «Только не отпускай, только не уходи, не разбивай мне сердце снова».
Сняв с неё мантию, он расстегнул ширинку на её джинсах и стянул их вниз. Потом задрал топик и обнажил белую молочную грудь.
Слизеринец тут же прижался к ней губами. Панси ахнула, когда он принялся посасывать её сосок, свободной рукой пощипывая второй. Его губы переместились на её шею, а правая рука скользнула под резинку трусов. Девушка начала извиваться, желая, избавится от его прикосновений. Но он был гораздо сильнее, его тонике длинные пальцы проникли в самую её сущность и начали там двигаться, вначале медленно потом быстрее, еще быстрее и еще, доводя её до исступления.
Панси смотрела широко распахнутыми глазами в потолок, она ненавидела его за то, что он делал сейчас с ней, за то, что снова заставлял чувствовать, за то, что будет потом, когда он снова выгонит её из своей жизни. Она закусила губу, ненавидя себя за то, что не могла сопротивляться. Её глаза закрылись, и она услышала, как стонет во весь голос. Он снял с неё заклинание, чтобы слышать её крики, которые заводили его еще больше.
Веревка, связывающая её руки, исчезла, и она обвила его щею. Лицом уткнулась в его волосы, вдыхая их аромат.
-Драко… - простонала она его имя.
-Вот так, детка, я хочу, чтобы ты кричала, кричи!
-Драко!
-Громче…
-Драко!!
-Еще громче, детка.
-ДРАКО!!!
Его горячее дыхание обжигало её щеку, когда он двигался в ней. Это было поистине не с чем не сравнимое ощущение. Она кричала его имя, во время каждого его яростного толчка. В один из моментов ей показалось, что она просто умрет, разорвется на части, больше не выдержит. Тогда Драко опустил её на пол, и она встала в его самую любимую позу: на четвереньках, голова, опушенная на пол, а задница задрана как можно выше.
Он снова и снова входил её, даря то, в чем она так нуждалась все те ночи, когда подглядывала за ним и Бишоп, все те ночи, когда кончала с его именем на устах, но без него рядом. Он дарил ей… это так хотелось назвать любовью. Но это была не она.
Когда все закончилось, они просто лежали на полу, два голых гибких тела и тяжело дышали. Драко обнимал её, а она перебирала пряди его светлых волос.
-Почему, Драко?
-Что почему, - непонимающе спросил он.
-Почему ушел к Бишоп? Мне казалось, нам было хорошо вместе…
-Было, - огласился он.
-Тогда почему?
-Я тебе уже ответил в тот раз.
«-Может, пойдем к тебе в комнату?
-Нет.
-Почему?!
-Я устал от тебя. Сейчас я… встречаюсь с Лизой.
-А когда ты собирался сказать мне об этом? Сказать, что ты наигрался с глупой куклой «Панси» и теперь у тебя появилась новая…?!
-Я не думал об этом…
-Что? Хочешь… с нами двумя?
-Пока нет.
-Ты..!!!
-Я тоже тебя люблю, милая…».

На ум опять пришел тот диалог.
-Я ненавижу тебя, - тихо проговорила она и по её щеке скользнула слеза. Панси повернулась к нему спиной. Её плечи беззвучно подрагивали. Было такое впечатление, что ей вырвали сердце еще раз. Боль, тугая, режущая боль заполнила все её существо. Сердце сжалось в один маленький комочек и неистово колотилось об грудную клетку. Хотелось умереть.
-Ты же знаешь, я не выношу женских слез, - его ровный голос вывел её из себя еще больше.
Девушка встала и начала одеваться, он поймал её за руку уже у двери.
-Не уходи, мы еще не закончили.
-НЕ закончили? – закричала она. – Мне это надоело, слышишь? Надоело, что ты позволяешь себе просто так врываться в мою жизнь снова, что ты играешь моими чувствами, что считаешь, будто для меня эта ночь пройдет бесследно, и я буду рада, что просто трахнулась с тобой! - Панси тяжело дышала, смотря на слизеринца: его лицо было непроницаемым. – Кто я для тебя, Драко? Верная собачка? Захочу поглажу, захочу пну?! Кукла, которая ничего не чувствует? Или может шлюха??? Хотя нет, я не могу быть ею, потому что, знаешь, продажным девкам хотя бы платят за их услуги. А что ты даешь мне ты взамен? Боль, желание прыгнуть с астрономической башни, одиночество, и еще раз боль?! Ты говоришь, что такие как Мы не умеют любить, но ты ошибаешься, врешь сам себе. У тебя тоже есть сердце, которое однажды полюбит. И, знаешь, я желаю тебе этого, хочу, чтобы ты полюбил так, что не сможешь дышать без неё, что не сможешь жить без неё, чтобы, когда она тебя бросила, ты сдох от одиночества и боли, разрывающей тебя изнутри. Я действительно хочу этого!!!
Он отпустил её руку.
-Уходи, - ледяным голосом отозвался он.
Панси выскочила из комнаты и сразу же направилась в спальню девочек.
Она кинула мантию на свою кровать, и пошла в ванную. Включив воду, девушка сползла вниз по стене.
Из её груди вырывался рев, она скулила навзрыд и сжимала кулаки так, что костяшки пальцев белели. Судорожно запрокидывала голову назад и старалась не закричать во весь голос. Вот, что дарил ей он, вот, что обещали его поцелуи – вечный ад для неё одной. И вот, за что он должен заплатить, он обязательно заплатит.
Самое страшное – это перестать чувствовать. Не ощущать ничего: ни холода, ни тепла, ни любви, ни ненависти, ни надежды, ни грусти, ни сострадания… НИЧЕГО, одно пустое пугающее ничего. Которое, не съедает тебя изнутри, не разрывает твое сердце, не наполняет тебя до краев, не заставляет тебя чувствовать себя живым. Панси предпочла бы сейчас именно такую участь.
Она проснулась позже всех, и лежала в кровати до тех пор, пока Миллисент не сдернула с ней одеяло и не приказала вставать, одевается, и идти на уроки.
-Я не пойду, Милли, - шепотом сказала она, поджимая коленки к груди.
-Пойдешь, Панси, пойдешь и будешь вести себя так словно ничего не случилось. Словно ты не ревела вчера ночью, как побитая собака. Будешь улыбаться и делать вид, что все хорошо.
Как побитая собака. Черт, как же она права.
-Зачем? Я устала притворяться. Мне плохо, Милли, - девушка закрыла глаза и по её щеке скользнула слеза.
Сокурсница присела на край кровати и аккуратно кончиками пальцев провела по щеке слизеринки, вытирая слезу.
-Ты должна.
-Я никому ничего не должна, - слишком усталый голос, в котором слышались нотки начинающейся истерики.
-Себе, Панси, ты должна себе. Вставай, прими холодный душ, оденься и спускайся вниз с высокоподнятой головой.
-Милли…
-Вспомни, каждый раз, когда ты застукивала меня в ванной, бьющеюся в истерике, ты говорила, что я могу сколько угодно заниматься самобичеванием и реветь, как стая шакалов. Но завтра утром я должна быть при параде, улыбаться в лицо своим обидчикам потому, что они хотят увидеть совсем другое.
Она действительно говорила такое и не раз.
Ей приходилось жить в комнате с четырьмя девочками, которые были по своей сути замкнутыми и одинокими существами. Они делились между собой свежими сплетнями, планами на завтра, одеждой, косметикой, но никогда тем, что было внутри. Тем, что было спрятано за вежливо-прохладным выражением лица, и вечным ответом на все, что касалось запретной темы: «У меня все прекрасно, разве может быть по-другому, когда ты чертовски богата и дьявольски привлекательна?!». Каждая переживала свои горести, радости, победы и неудачи в одиночку. Они делали вид, что ничего не происходит, когда кто-то среди ночи ревел в подушку. Никогда не плакали на глазах друг у друга и никогда не обсуждали, с кем делят свою постель, почему отсутствуют по ночам и почему жизнь так несправедлива. Но иногда они не выдерживали, вставали среди ночи, шли в ванную, где одна из них билась в очередном припадке и говорили что-то в духе: «Перестань, а то завтра будешь весь день ходить с мешками под глазами. Мой маскирующий карандаш в третьем ящичке слева. Когда закончишь не забудь выключить воду». На эти слова в ответ всегда было вежливое «спасибо» и глупая несвойственная им улыбка. А утром, все было как всегда.
-Я помню, - Панси шмыгнула носом.
-Тогда вставай!
-Дай мне пять минут. И спасибо.
Миллсиент пролепетала что-то похожее на «не стоит благодарности» и вышла из комнаты.
* * *
Обязанности старости занимали слишком много времени, к концу учебного дня Панси буквально валилась с ног от усталости. Все, о чем она мечтала сейчас – это чашка крепкого чаю и что бы её оставили в одиночестве. Особенно эти первокурсники, которые все еще бегали к ней по поводу каждого пустяка. Слизеринка присела на край своей кровати и достала маленькое зеркальце из-под подушки. Из него на неё смотрели уставшие карие глаза, которые казались тусклыми и стеклянными, словно принадлежали потрепанной старой кукле.
Она еле удержалась, чтобы не вздохнуть и не послать все к черту, когда на пороге её комнаты появился пятикурсник Рик Тайлер – высокий худенький мальчик с темными глазами и смуглой кожей.
-Панси, там тебя кое-кто зовет.
-Кто и где? – сухо спросила она.
-Какая-то рейвенкловка, она сказала, что будет ждать тебя у входа в северную башню и что это срочно.
-Спасибо, Рик.
Паренек исчез за дверью.

Наверное, её ждала Бишоп, больше некому. Почему-то именно от этой мысли стало не по себе.
Никому. Никто её не ждет. Она никому не нужна. НЕ НУЖНА!!!
Эти слова звучали как приговор. Они болью отзывались в сердце, заставляя сжиматься в маленький комочек и отстукивать свой бешеный ритм. В этом грёбанном мире не найдется ни одного человека, которому она была бы нужна. Который бы задыхался без неё, ловил каждое её слово, каждый взгляд, готов был часами напролет просто слушать её голос или смотреть на неё.
Она была одна, наедине со своей болью. Так что будет плохого в том, если она поделиться ей с теми, кто имеет к ней отношение?!
Лиза ждала её у входа в башню, как и обещала. Она поглядывала на маленькие наручные часики, и смотрела по сторонам, выглядывая слизеринку.
Панси с какой-то садисткой радостью отметила про себя, что у рейвенкловки были красные глаза и припухшие веки. Наверное, проплакала всю ночь и весь день, что ж хоть кому то еще было плохо… Хотя… так же как и ей?
Шла ли боль этой девчонки в сравнение с болью Панси? В сравнение с болью подаренной им одним и тем же человеком? Нет, и еще тысячу раз нет. Но Паркинсон уже давно решила уровнять этот счет.
«И всем воздастся за грехи их», - пронеслось в её голове.
-Лиза, что случилось, ты плакала?
-О, я так рада, что ты пришла, - откликнулась девочка, пропустив ответ на её вопрос.
-Ну, ты же попросила. Так что случилось?
-Драко… он… - она всхлипнула и опустила глаза. – Я последовала твоему совету… и … Я думала ему хорошо… Я уверенна ему понравилось… Но…
Её плечи подрагивали, и она с трудом сдерживала плач, наверное, ей хотелось кричать и выть от боли, но она держалась из последних сил, чтобы не разревется на плече у той, которую еще совсем недавно считала своим врагом.
-Что он сделал?
Она задала только один вопрос, который ударил точно в цель.
Бишоп разревелась.
В глазах слизеринки она выглядела жалко и беспомощно. Её не хотелось утешить, не хотелось сказать, что все будет хорошо. Хотелось наоборот другого – растоптать. Это она и собиралась сделать, только не сейчас.
-Он… не пришел вчера… Понимаешь, он обещал и не пришел. А когда я спросила его почему он вчера даже не предупредил меня… Знаешь, что он сказал? – в карих глазах промелькнула злость. – Сказал, что не смог и это вообще не мое дело.
-А потом ты заплакала, и он сказал, что не выносит женских слез, развернулся и ушел, так?
Лиза кивнула.
-Панси, что мне делать?
-Ничего, вы же не расстались, так?
Девушка снова кивнула.
-Тогда все в порядке.
-Но…
-Ты ведь знала с кем начала встречаться. Он такой какой он есть, просто прими его таким или уйди навсегда…
-Я люблю его…
Это было то, чего она так хотела услышать.
В своем маленьком представлении для Бишоп она уже выбрала роль. Она будет главной злодейкой, которая разлучит двух влюбленных голубков. Ведьма, доведенная до безумия, натворит кучу ужасных ошибок, и расплата будет слишком высокой. Она останется одна, будет проклинать себя… она будет уничтожена, выжжена изнутри. И причиной всего станет её глупость.
Причиной всего станет… уже стал дурацкий спор.
-Лиза все будет хорошо, а теперь иди к себе и хорошенько выспись.
-Ты, правда, думаешь, что все будет хорошо?
-Конечно, а разве может быть иначе?!
NeZemnaja
5.3.2008, 20:29 · Re: Научи меня любить NC-17, ДМ/ПП
Аватар
Рождество.
Это один из её самых любимых праздников. Панси просто обожала все эту суматоху: беготню по магазинам в поисках подарков, девчачьи шушуканья по вечерам в гостиной и обсуждение своих будущих кавалеров и нарядов для традиционного бала в Черрети Холле. Она любила всю эту глупую нескончаемую болтовню о том, как должны сочетаться платье с помадой, о том, какой высоты каблуки предпочтительнее. Любила с гордостью рассказывать в сто сотый раз о том, что Черетти Холл отойдет ей в наследство после кончины его нынешней владелицы – её двоюродной бабушки.
В эти дни она, как и все отдавалась на растерзанье рождественскому настроению: много смеялась, улыбалась, мечтала и самое главное верила, что когда-нибудь это все непременно сбудется. Вечера, которые она не проводила в компании подруг, она проводила с Ним. В его комнате, сидя на мягком ковре возле камина они просто смотрели друг на друга и молчали. Драко иногда наколдовывал снег, который белыми хлопьями падал на пол и моментально исчезал. Иногда в комнате с потолка падал серебряный дождь, сотворенный из сотни маленьких конфетти. Думаю, не стоит говорить, что она была самой счастливой девочкой в Хогварце в эти часы?!
Она любила его. Мерлин, как она его любила!
Они так часто сидели, обнявшись перед камином… Её темная голова покоилась на его груди, он целовал её в макушку и шептал всякие нежности.
Рождество.
В этом году оно наступило так неожиданно и внезапно.
Оно наступило так не кстати.
Панси спустилась в холл, и прошагала к выходу из школы. Она уже толкнула массивную входную дверь, когда её окликнул чей-то писклявый голос. Это был профессор Бинс.
-Мисс Паркинсон, - завопил он из другого конца зала. И девушка обернулась. – Помогите мне, пожалуйста.
Карие глаза вначале лениво скользнули по коротышке профессору, и неожиданно остановились на огромной елке. Она была высоченная, макушкой упирающаяся в потолок. Бинсу уже удалось украсить её мишурой и горящими свечами.
Слизеринка чуть не ахнула.
Как она могла забыть про Рождество!
Похоже, мысль о мести вытеснила все, что было не связанно с Драко Малфоем. Она тихо выругалась. Даже письмо в ярко-зеленом конверте, которое она вчера по привычке сунула в нижний ящик своего стола, ни о чем ей не сказало. А ведь она ждала его каждый год, с особым трепетом и нетерпением – приглашение на Святочный бал.
А теперь?
С кем она пойдет на бал теперь?
Да и вообще стоит ли?! Ведь там будет он, вместе с Бишоп. Он купит для неё самое красивое и дорогое платье. Он будет танцевать с ней весь вечер, приносить для неё бокалы с вином, будет её целовать и…
А что останется ей?
Возможность лицезреть счастье этой… она до сих пор не придумала подходящего названия для неё. Возможность раз или два случайно столкнутся с ним возле стола с напитками, от которого она не собиралась отходить в этом году. Возможность сказать ему «привет», учтиво поздороваться с его родителями, быть приглашенной на танец кем-то другим.
Как же она ненавидела их всех!
-Мисс Паркинсон, позовите, пожалуйста, профессора Хагрида.
-Конечно.
Панси вышла на улицу и направилась к домику… Бррр, даже от звуков его имени ей становилось не по себе. Она ненавидела этого человекоподобного учителя, так же сильно, как и всех тех мерзких тварей, которых они проходили на его уроках. Ей нравилось только одно животное – Соплохвост, который чуть не зашиб Драко на третьем курсе.
«Надо было, чтоб прикончил», - со злостью подумала она. И от этой мысли на её губах заиграла ухмылка.
Она несколько раз постучалась в дверь «жилища» этого…
В дверном проеме возникла фигура учителя-переростка. Он недоверчиво оглядел её с ног до головы.
-Чего тебе?
-Вас завет профессор Бинс, он в холле украшает ёлку, - отчеканила она и сразу же повернулась, чтобы уйти.

Позади послышалось его хмурое «Спасибо» и скрип закрывающейся двери.
Она шла по маленькой узенькой дорожке, быстро перебирая ногами, назад по направлению к школе. Войдя в хогварцкий двор, Панси огляделась по сторонам.
Не заметить того, чье присутствие она могла ощущать даже кожей, было нереально.
Он стоял возле колонн, опершись на одну из них. Светлые волосы, были посеребрены снегом, на шее был замотан слизеринский шарф. Драко Малфой находился в компании Грейнджер, она что-то говорила ему, обильно жестикулируя руками и хмуря брови. Он – всего лишь улыбался одними уголками губ.
Панси так и стояла, смотря на них, не смея отвести взгляд.
Прекрасный, как ангел.
Это сравнение не для него. Нет, он не был так же прекрасен, как ангел. Эти небесные создания, прекрасны в своей непорочности и святости, в своей невинности и безгрешности, он не был одним из них.
Он был красив, как дьявол. Притягателен своим грехом, манящий, как беспробудная, беспросветная ночь. Пьянящий, как тысяча самых дорогих вин, умопомрачительный, как миллион самых бесценных бриллиантов. Всепоглощающий, как бездна.
Да, он, пожалуй, был бездной.
Дьявольской, черной, всеобъемлющей, уничтожающей на все на своем пути бездной. От которой нет спасения, от которой нет лекарства. Которая засосет тебя, подарит вечные темноту, ночь, одиночество и боль.
Рай, который выжжет тебя изнутри, отдав на растерзание внутренним демонам.
Вот, кем был Драко Малфой для неё, для всех и для каждого.
Бездна, рай, Драко Малфой – идентичные понятия.
Она стояла бы так и дальше, с широко открытыми газами, без обиняков глядя прямо на них. Если бы слизеринец, встретившись с ней взглядом, быстро не распрощался с Грейнджер и направился к ней.

-Панси?!
-С каких это пор ты общаешься с грязнокровками?
-Наш разговор носил строго деловой характер.
-Ну-ну, хотя, знаешь, меня это не касается, если предпочитаешь грязнокровок, то…
Она с удовлетворением отметила про себя, как его глаза сузились, превратившись в две маленькие щелки.
-Теряешь квалификацию, милый. Не нравится, когда я называю твою маленькую су*ку грязнокровкой?!
Маска гнева и раздражения, довольно резко сменилась каменным выражением лица.
-Ты можешь называть её, как хочешь. Она меня не волнует.
Месть – это священное слово месть, которое не давало ей покоя ни днем ни ночью. Отчаянная жажда возмездия, которая впивалась в неё своими острыми когтями, лишая сна и разума. Конец, финал, развязка… Она была так близко, ближе, чем все они думают.
Милый, любимый, Драко, раньше он никогда не опустился бы до того, чтобы оправдываться. Чтобы вот так, стоять напротив неё и утверждать, что она для него ничего не значит. Раньше бы он просто рассмеялся ей в лицо. Дернул бы её за руку, притянул к себе и, глядя в глаза, прошипел: «Я буду трахаться с кем захочу, тебя это не должно волновать, будь она трижды грязнокровка».
-Как скажешь, - сухо ответила она, хотя её глаза смеялись. Смеялись над ним.
Великий и ужасный Малфой начал оправдываться, что будет дальше?!
Дальше…
Он будет ползать на коленях перед этой девчонкой с копной каштановых волос, похожих на воронье гнездо. Он полюбит её, будет задыхаться без неё, будет желать её, как никто и никогда. Он будет захлебываться новыми ощущениями, эмоциями, которые, в конце концов, сольются в одну бесконечную боль.
Он будет любить, будет любим, и будет страдать.
Потому что любовь это боль.
До конца срока отпущенного ему осталось чуть больше двух недель.
Ровно через три дня после каникул, свершиться правосудие.
Судьей будет она – мисс Панси Паркинсон.

* * *
До каникул Панси удалось встретиться еще один раз с Бишоп, девочка снова была в слезах. Чем было это вызвано, она так и не рассказала. Хотя, кого это волновало?!
Слизеринка наслаждалась видом заплаканных карий глаз, спутанных волос, которые были собраны в жиденькую косичку, звуком её всхлипываний. Её слезы были самым лучшим лекарством для Паркинсон, самым лучшим подарком на Рождество.
А потом она уехала домой. В компании родителей пришлось провести целых четыре дня. Девушка часто запиралась в кабинете своего отца и мерила это просторную комнату своими шагами. Она ходила взад и вперед, время от времени поглядывала на часы, словно кого-то ждала. Потом усаживалась за письменный стол, наливала в высокий фужер коньяк и пила его залпом, заедая лимоном.
Миссис Паркинсон, делала вид, словно ничего не замечала. Когда Панси вечером спускалась ужинать, она не тревожила её расспросами, просто внимательно смотрела на дочь, и ждала, когда она обо всем расскажет сама.
-В этом году бал будет особенно чудесным.
-Да, мама.
-Ты уже выбрала платье?
-Нет, мама.
-Какое хочешь?
-Не знаю, мама.
Мисс Паркинсон поджала губы и с укором посмотрела на Панси.
-Милая, ты пойдешь с Драко?
-Нет, мама.
-Почему?
-Он меня бросил.
Мать больше не задала ей ни одного вопроса, они вообще больше не разговаривали. Мистер Паркинсон делал вид, словно такое гробовое молчание на кануне праздника было обычным явлением в его доме.
Они не трогали её, не лезли ей в душу.
И она была благодарна им за это.
Черетти Холл – один из самых известных особняков, в которых на Рождество собиралась вся богема Лондона, если не Англии. Великолепный праздник – святочный бал, был событием всего волшебного общества. На него стремились попасть все без исключения, кто жаждал власти, богатого жениха и море выгодных знакомств.
Все, за исключением неё.
Слизеринка стояла на самом верху огромной парадной лестницы, рядом со своей двоюродной бабушкой – дамой преклонных лет, в огромной шляпе с перьями. Они наблюдали за людьми, которые кружились по залу. Сегодня за день до кануна Рождества Черетти Холл был открыт только для самых близких друзей семьи, с которыми они должны были встретить сам праздник.
- Завтра Рождество – день, когда все мечты сбываются, - неожиданно произнесла её бабушка. – Я слышала, ты рассталась с Малфоем-младшим.
-Довольно резкий переход, не находите? – усмехнулась девушка. – Мама вам уже успела рассказать… Наверное, не забыла добавить, что он меня бросил.
Женщина улыбнулась, в отличие от ядовитой ухмылки Панси, её улыбка была теплой, такой, какой и должна быть улыбка заботливой бабушки.
-Упомянула. И что ты намерена делать по отношению к этому мальчику?
-Ничего.
- В манеже лжи
По кругу бежит
Красная лошадь улыбки твоей.
А я неподвижно стою на песке,
Хлыст правды сжимая в руке,
И нечего мне сказать:
Твоя улыбка также верна,
Как правда, что может больно хлестать, - внезапно процитировала старая леди. - Золотце мое, «ничего» не говорят, с таким блеском в глазах.
-Вы, так проницательны, бабушка.
-Так все же?
-Ничего… Ничего хорошего…
Панси прищурила глаза, сделав вид, что просто рассматривает кого-то из гостей, и рассмеялась про себя.
«Его ждет одно большое, сплошное ничего, он сам станет этим ничем».
Когда осталось пять минут до кануна Рождества, до того, как все поднимут бокалы, и будут поздравлять друг друга с праздником, она встала из-за праздничного стола и, извинившись перед гостями, поднялась в свою комнату.
-Только возвращайся скорее, милая.
-Хорошо. Я быстро, - кивнула она, и быстро взбежав вверх по лестнице, свернула в коридор.
Войдя в свою комнату, она установилась около письменного стола, на котором стояла фотография. На ней были запечатлены два подростка, прижимающихся друг к другу щеками и улыбающихся во весь рот. Это фото было сделано два года назад, когда Драко гостил в Черетти Холле. Это единственное фото, на котором он улыбался, так чисто и искренне, фото на котором он улыбался вообще.
Бездна, которая поглотила её, ровно два года назад смотрела на неё с этой фотографии смеющимися глазами, приняв образ ангела.
Панси собиралась, встреть Рождество, здесь, в своей комнате, наедине с фотографией, наедине с воспоминаниями, наедине с самой собой.
«Праздник, когда сбываются все мечты».
«-Ты будешь моей девушкой?
-Шутишь?!
-Ни сколько… Ты только посмотри, мы идеально подходим друг другу…
-Ага, я привлекательна, а ты чертовски привлекателен.
-Нет, я дьявольски красив, а ты… ты… ну… э-ээ...
-Я э-э-эээ… Это что новый эпитет? Хорошенького же ты обо мне мнения…
-Ну не дуйся, через пять минут рождество и ты…
-Я…?!
-Все о чем можно мечтать».

Как ни странно, она в это верила. Даже сейчас.
«-Драко, я тебя…
-Ненавидишь?
-Не то, чтобы просто хочу убить…
-Может, договоримся по-другому?
-Как?
-А вот так…
-Отпусти, что ты делаешь… Драко!!!
-Муррр, разве ты против…
-…
-И только попробуй сказать нет».

О чем мечтала, девушка с разбитым сердцем?
«-О чем ты думаешь?
-О том, как мне повезло с тобой.
-…Панси, иногда ты меня пугаешь.
-Драко, только не оставляй меня, хорошо?
-…
-Хорошо?
-…
-Хорошо?!
-Я постараюсь…»


Она подняла бокал с огневиски, который захватила с собой из-за праздничного стола и чокнулась с фотографией.
-С Рождеством, любимый.
А по её щекам текли слезы…
________________________________________
Использовано стихотворение Жака Превера – Красная лошадь.
NeZemnaja
5.3.2008, 20:31 · Re: Научи меня любить NC-17, ДМ/ПП
Аватар
Глава 5
Рождественское утро.
Панси стояла около окна в общей гостиной и слушала, о чем переговаривалась её семья. Все были увлечены предстоящим балом. Старая миссис Паркинсон в сотый раз просила домовых эльфов перепроверить все ли готово, её мать просматривала счета, а отец сидел возле камина и курил трубку, вставляя в монолог своей тещи указания насчет того, как следует расселить гостей за столом.
-Малфои должны будут сидеть ближе к нам, ясно?
-Да, сэр, - пищали домовики враз.
-Но Эдмунд, ты не забыл, что Панси больше не встречается с их сыном?
-Элизабет не забывайте, что Люциус мой деловой партнер и хороший друг нашей семьи, а если наши дети что-то не поделили, так это НАС не должно касаться.
Когда отец произнес фамилию Драко, Панси вздрогнула и обернулась к собравшимся лицом.
Сегодня вечером стоится бал, на который было приглашено более сотни людей. Весь бомонд английского общества соберется сегодня в Черетти Холле, чтобы отпраздновать Рождество. Там будет и Он, его семья и она. Бишоп появится с ним рука об руку, и начнутся сочувствующее взгляды в сторону его бывшей пассии, и пересуды на этот счет. Девушка закусила губу, отчетливо представляя, как будет слышать за своей спиной или, что даже страшнее в лицо: «Ах, бедняжка, упустить такого кандидата в мужья».
Хотя нет, все это пустяки, по сравнению с тем, что ей придется видеть их вместе. Целый вечер, просто стоять и наблюдать, как он будут веселиться с кем-то другим, как будет танцевать с этой…
А она?!
Ей придется улыбаться и делать вид, что все хорошо. Что все просто отлично и ничего не произошло. Слава Мерлину, что притворятся, было не так уж и сложно, с учетом того, что она училась этому всю свою жизнь.
-Милая, - мистер Паркинсон обратился к ней. – Иди наверх и начинай готовиться. Сегодня ты должна быть украшением этого вечера.
-Да, папа.
С отцом, как правило, она не спорила и никогда ему не возражала. Слизеринка покорно поднялась к себе в комнату.
Платье.
Обычно Панси отдавала предпочтение классическим нарядам. Черный, красный, зеленый – вот были те цвета, которые она считала идеальными для вечернего одеяния. Но на этот раз все было по-другому. Белый – сегодня она будет одета именно в этот цвет. Когда-то давным-давно этот цвет считали символом траура. И девушка решила, что он будет очень кстати.
Траур по любви, по жизни, по мечтам, и по нему.
Время шло очень медленно, но все же шло. Стрелки часов неумолимо подползали к отметине «шесть часов». Ощущение чего-то неотвратимого, безысходного давило на неё с такой силой, что Панси казалось, будто ей не хватает воздуха. Словно в один миг в комнате исчез весь кислород. У неё крутило живот и подташнивало, в какой то момент она вовсе передумала спускаться к гостям, решив сослаться на какую-либо лихорадку. Но потом все же взяла себя в руки.
Она стояла на верхних ступенях парадной лестницы и оглядывала зал царственным взглядом. Большинство гостей было уже на месте. Многие из них подняли глаза на спускающуюся мисс Паркинсон. Каждое движение под цепкими взглядами этих людей, давалось ей с трудом. Но она все равно натянула свою самую обворожительную улыбку, и старалась вести себя так, словно ничего не произошло. Словно еще ни кто не в курсе, что её бросили, променяли на какую-то…
-Добрый вечер.
-Я так рада вас видеть.
-Спасибо, что почтили нас своим присутствием.
-Миссис... у вас отличное платье.
Все её слова, обращенные к гостям, были насквозь фальшивыми ровно, как и её радостный взгляд. Они были настолько пропитаны ложью, насколько были сочувственны их улыбки.
Еще никто в лицо не осмелился сказать ей, что-либо на счет её разрыва с Драко. Но все их поведение говорило красноречивее каких-либо слов.
-Белое!? Необычный выбор, Панси, - за спиной раздался знакомый голос.
Она обернулась, старая сохранить безмятежное, спокойное выражение лица.
-Драко, очень рада тебя видеть, - её голос даже не дрогнул.
-Ты сегодня очень красивая.
Малфой смотрел на её оценивающим долгим взглядом, словно имел на это какое-то право. Девушка почувствовала, как в груди закололо от этих слов. Её сердце сжалось в один маленький комочек, раньше он говорил ей это только перед тем, как заняться с ней сексом.
-Спасибо.
-Пожалуйста, Панси. Но ты, правда, сегодня очень красивая.
Ей захотелось ударить его. Он что специально издевается над ней?! Зачем говорит такие слова, зная какое значение они имеют для нее?
-Ты тоже ничего, - холодно ответила она.
Он рассмеялся.
-Кстати, где Лиза?
-Пошла за напитками.
-Я думала, что это обязанность мужчины.
-Бишоп, не так консервативна, как ты.
-Кстати, как встретил Рождество? – спросила Панси, старательно пропусти его колкость.
Лицо Малфоя неожиданно стало сосредоточенно-серьезным, он нахмурил брови и плотно сжал губы.
-Нормально.
-Получил мой подарок?
Юноша расстегнул верхнюю пуговицу рубашки, чтобы она смогла увидеть часть серебряной цепочки, подаренной ею.
-Мне очень понравилось. Спасибо.
-Не стоит благодарности.
-А ты мой?
-Да, - едва заметно кинула она. – Спасибо.
Его подарок она получила вчера вечером по совиной почте. Она несколько минут не решалась его открыть, просто стояла и смотрела на небольшую синюю коробочку. Затем все же открыла. Драко подарил ей маленький флакончик самых изысканных французских духов. Её самый любимый аромат.
Между ними воцарилось молчание, наполненное смыслом, понятным только им двоим.
Когда к ним подошла Лиза, слизеринка только перебросилась с ней парой фраз и поспешила покинуть их общество.
Подойдя к родителям, Панси почувствовала, как тяжелая рука отца легла ей на плечо.
-Все хорошо, милая?
-Да, а что?
-Ты как-то побледнела.
-Правда?
Эдмунд внимательно посмотрел на свою дочь, но больше не произнес ни слова.
Она так и стояла около родителей, встречая новых гостей, и развлекая уже прибывших. Его стройная фигура несколько раз попадалась ей на глаза. Каждый раз он был вместе с Бишоп, казалось он не отходил от неё ни на шаг. Они постоянно держались за руки, улыбались друг другу. Им было весело.
И ей тоже, ей было чертовски весело, наблюдать за всем этим.
Панси имела честь быть приглашенной несколько раз какими-то молодыми людьми. Если бы вы спросили её, как они выглядели, она бы не смогла вам ответить. Их лица слились воедино для неё, все они были похожи только на одного человека, своими серыми лукавыми глазами, высокими скулами, хорошо очерченными губами, и светлыми волосами. Все они, казалось, имели одно имя - Драко Малфой.
«Мерлин, наверное, так сходят с ума», - не один раз за вечер думала слизеринка.
Несколько раз девушка пыталась спрятаться, незаметно улизнуть ото всех, затеряться на фоне стены, исчезнуть во всей этой суматохе. Она мечтала, чтобы её оставили в покое, чтобы дали возможность сбросить маску и просто побыть собой.
Как же она устала от всего этого. От людей, которым приходилось улыбаться, от постоянной лжи, от того, что нужно было быть сильной. Ну почему она хотя бы один раз в жизни не может побыть слабой? Почему ей нельзя просто разреветься на чужом плече? Почему её никто не может пожалеть? Почему его нет рядом?
Все эти вопросы стояли комом в её горле, в то время как она продолжала улыбаться своей самой ослепительной улыбкой.
-Панси, вы сегодня великолепны!
-Ах, спасибо. Вы слишком добры ко мне.
-Милая, вы просто чудесно выглядите. Белый вам к лицу.
-Мерси.
Весь этот спектакль продолжался до тех пор, пока её глаза снова не наткнулись на Драко и Лизу. Они стояли около стола с напитками и о чем-то разговаривали. Бишоп обильно жестикулировала руками, и время от времени хватала его за рукав. Он смотрел на неё сверху в низ, его глаза были прищурены, а губы сложены в ухмылку.
Он был зол.
Ей всегда хватало одного взгляда в его сторону, чтобы определить его настроение. И сейчас Панси знала наверняка – он зол. Чертовски зол. И то, что он сейчас не кричал на рейвенкловку, было вызвано только тем, что они были не одни. Слизеринка затаила дыхание. Её сердце бешено застучало в груди.
Что же происходит между этими двумя?!
Драко наклонился слишком близко к Лизе, по-видимому, что-то сказал, а затем резко выпрямился и, задев её плечом, направился к выходу из зала. Девушка проводила его глазами, а затем…
Панси видела, что Бишоп стояла, сдерживая слезы. Она беспомощно огляделась по сторонам, и тоже последовав его примеру, выбежала из зала. Не долго думая слизеринка быстрым шагом направилась за ними. Когда она оказалась в холле, то сразу же наткнулась на Лизу, та плакала.
-Что произошло? Где Драко?
-Я… Он ушел…
Она закрыла лицо руками.
-Куда? Что между вами произошло? Он вернется?
-Нет. Он ушел… К ней…
Панси взяла её за руку и повела в свою комнату.
-Ну же, Лиза, успокойся.
Когда девушки вошли в спальню слизеринки, то Паркинсон усадила рыдающую Бишоп на свою кровать и принесла ей стакан воды.
-А теперь все по порядку. - Её голос прозвучал властно и строго. Такому тону нельзя было не повиноваться.
-К кому к ней?
Хотя, Панси догадывалась.
Она уже примерно поняла, что произошло.
-К Грее-йнд-жер, - заикаясь, произнесла рейвекловка.
-К ней?! Не понимаю… - она театрально всплеснула руками, и присев рядом, приобняла девушку.
Лиза жадно глотала воду, словно умирала от жажды.
-Мы поспорили…
Дальше она рассказала все.
Панси несколько раз ухмыльнулась во время её монолога.
Дура, идиотка, возомнившая себя не понять кем… Ну, ничего она уже начала платить по счетам. И это только начало.
-Значит, вы поспорили, - задумчиво проговорила она. – Тогда чего ты расстраиваешься. У него осталось не так много времени, просто он хочет выиграть. Ты же знаешь, он не любит проигрывать. Драко Малфой еще ни разу ни в чем никому не уступил. Он всегда победитель.
-Но… я… мне… Она… мне, кажется, ему нравится…
-Ты говоришь глупости. Грязнокровка и Он?! Такого просто не может быть в природе. Это нонсенс, - Панси говорила на столько убедительно, что Лиза закивала в такт её словам.
-Возможно…
-Так и есть! Даже не смей сомневаться. А то, что он ушел, значит так нужно, ты зря расстраиваешься…
Она еще несколько минут успокаивала её, затем все же ей удалось выпроводить Бишоп назад в бальный зал и наконец-то вздохнуть свободно.
Панси уперлась лбом в дверь, наслаждаясь прохладой дерева.
Драко ушел к Грейнджер. Он покинул Черетти Холл ради грязнакровки, бросил свою девушку у всех на глазах ряди ГРЯЗНОКРОВКИ. Даже с ней он обошелся в тысячу раз лучше. Какая бы добрая или хорошая Бишоп не была, она никогда не простит его за это. Особенно когда спустится в зал, и станет ловить на себе сочувствующие взгляды, когда каждый второй станет спрашивать о её спутнике.
О, да, она будет ненавидеть его за то, что ей придется испытать.
Панси улыбнулась, понимая, что её страдания начались прямо сейчас. Прямо в ту самую минуту, как она начала спускаться в зал, с заплаканными глазами. Девушка быстро выбежала из своей комнаты, спеша насладиться её мучениями.
И всем воздаться по их заслугам.
* * *
Бал подошел к концу. Многие гости уже разъехались по домам, но все же были и те, кто еще пользовался гостеприимством хозяев. Панси сославшись на головную боль, поспешила покинуть гостей и направилась в свою комнату.
Она тихонько открыла дверь и, войдя, сразу же направилась в ванную.
Злая, усталая, но все же довольная, она скинула с себя одежду и залезла под душ. Вода приятно щекотала её тело. Это ощущение, постепенно вытеснило все ненужное и лишнее, что могло бы ей помешать уснуть.
-Я тебе говорил сегодня, что ты очень красивая?
-Малфой?! Какого черта? – закричала она, когда раздался его голос. Мерлин, она даже не заметила, как он вошел. Она по инерции прикрыла руками свои самые интимные части тела.
Он стоял, прислонившись к стене, и ухмылялся. На его правой скуле красовалась свежая ссадина, а нижняя губа была разбита. Взъерошенные светлы волосы падали на лоб, закрывая глаза.
-Ты не рада мне?
Что-то еще было не так. Помимо этих увечий, помимо того, что он был здесь, а не где-либо еще. Что-то не так было в его облике. Он откинул волосы с лица и взглянул на неё. Его серые глаза были затянуты поволокой, и они были как у…
-Ты пьян? – спросила она первое, что пришло ей в голову.
-Это так заметно? – юноша протянул ей полотенце, и она тут же поспешно замоталась в него.
-В общем, нет, - тихо ответила она. – Что ты здесь делаешь?
-Почему не спрашиваешь, с кем подрался?
-Драко…
-Тебе не интересно, да?
-Драко, с кем ты подрался?
Она прошагала в комнату и быстро надела халат.
-С Забини, из-за тебя, между прочим, - сухо произнес он.
-Из-за меня? – она резко развернулась к нему лицом. – Почему из-за меня?
Панси ничего не понимала, вот он стоит здесь посреди её комнаты и говорит, что он подрался из-за неё. Это что его очередная шутка?
Малфой просто стоял и смотрел на неё, не произнося ни слова. А потом вдруг, словно очнувшись:
-Ты сегодня такая красивая.
Её губы чуть заметно шевелились, но не одного звука из её уст он так и не услышал. Девушка обхватила себя руками и замотала головой.
-Не… приближайся ко мне… я не буду…
Он рассмеялся, холодным ледяным смехом, от которого у неё мурашки побежали вдоль позвоночника.
-Я не буду насиловать тебя, успокойся. Сегодня я уже получил свою порцию секса, - он снова рассмеялся.
Драко был похож на сумасшедшего. Всем своим видом, он внушал ей страх и ужас, она еще никогда в жизни не видела его таким. В нем было безумно все, от его взгляда, до того, как он поправлял свои непослушные волосы.
-Панси, скажи мне, что такое любовь?
Его вопрос поставил её в тупик.
-Я не понимаю…
-Чего тут непонятно, - закричал он. – Я спросил, что такое любовь? Ты столько раз твердила мне о своей любви, и не можешь сказать, что это такое?! Или ты мне врала, что любишь?
-Нет.
-Тогда, милая, что это такое? – он подошел к ней и взял за плечи. – Что это такое, будь добра, ответь мне.
-Любовь… лю-бо-вь… - начала заикаться девушка. – Это…
Её парализовал страх.
Любовь?!
А, черт возьми, что такое любовь? Какое-то неведомое чувство, которое заставляет её сердце биться сильнее? Простая реакция её организма? Что такое любовь? Она никогда не пыталась ответить на этот вопрос, она просто жила с ней, чувствовала её в своем сердце и знала, что это и есть любовь. Мерлин, да разве можно дать простое сухое определение этому чувству? Разве можно в нескольких словах вместить все ту нежность, которую ты чувствуешь к человеку. Разве может это определение передать всю то боль, радость, счастье, которые испытывает влюбленное сердце. Разве это все можно вложить в простую формулировку?!
Нет, нет, и еще тысяча раз НЕТ!
Она смотрела в его серые глаза, не в силах оторвать от них взгляда.
-Это… то, что я чувствую к тебе, - наконец выдавила он из себя.
Он тряхнул её за плечи и отпустил. Драко прорычал что-то нечленораздельное и рухнул в кресло, не отрывая от неё своего взгляда.
-Тогда скажи мне, как это – любить?
Она сглотнула.
-Любить?
Это был единственный вопрос, на который она знала ответ.
-Любить – это значит отдавать человеку все и не требовать ничего взамен.
Она опустила глаза, и заплакала.
-Знаешь, она сказал мне тоже самое.
Слизеринка упала на колени, и закрыла лицо руками.
-Уходи, пожалуйста.
Он молчал и ничего не отвечал.
Она заревела во весь голос, больше не в силах сдерживать себя. Горячие слезы побежали по щекам. Она ревела навзрыд, и все равно, что он смотрел на неё. Какая ей разница?! Она и так уже давно пытается строить из себя каменную скалу. Пусть лучше знает, что она не кукла, он живая. Черт возьми, они ЖИВАЯ! И она тоже умеет чувствовать. Умеет любить!!!
Любить - это значит отдавать человеку все и не требовать ничего взамен.
А она…
Мерлин…
Она... умеет любить…
Она живая…
Она ревела, как стая подзаборных псов, запрокидывая голову назад и громко шмыгая носом. Лепетала что-то бессвязное, просила его уйти.
А он все сидел и смотрел на неё.
Она не знала, сколько это все продолжалось. Только потом он неожиданно оказался рядом. Он обнял её и прижал к своей груди. И начал целовать в макушку и шептать всякие глупости. Она ревела еще больше и громче. Она просто физически не могла остановиться.
Пока он не поцеловал её.
Его холодные губы коснулись её губ. Он прижался к ней словно в горячке, его лихорадило, трясло. Она ощущала это каждой клеточкой своего тела. Неистовый, он принялся срывать с её губ поцелуи. Он был словно беспробудный пьяница, наконец-то нашедший заветную бутылку вина.
А потом она снова ревела, уткнувшись в его плечо…
И снова они целовались, как двое сумасшедших…
И снова плакала…
Ревела…
И они целовались…
Так продолжалось до самого рассвета.
NeZemnaja
5.3.2008, 20:33 · Re: Научи меня любить NC-17, ДМ/ПП
Аватар
Глава 6
Люди говорят, что сложнее всего притворятся.
Для Панси это было не так, сложнее всего - быть собой.
Когда ты играешь, ты забываешься, перестаешь чувствовать боль, перестаешь во что-либо верить, наедятся, ждать. Играть легче, когда ты играешь, ты можешь позволить себе все. Абсолютная безнаказанность она опьяняет, дарит не с чем не сравнимое чувство свободы, но в то же время отнимает кислород.
Да, скоро ты начинаешь задыхаться, тосковать по чему-то настоящему…
Спешишь снять с себя оковы лжи…
А потом собственноручно заковываешь себя в них снова…
Все-таки неисповедима натура человеческая.
Когда она проснулась, было раннее утро. Панси потянулась в кровати, перевернулась на спину, и зевнула, прикрыв рот ладошкой. Комната была наполнена ярким солнечным светом. Она несколько раз моргнула, окончательно прогоняя сон и села на кровати. Босые ноги коснулись теплого ковра. Слизеринка посмотрела на свои ноги, потом на тапочки, которые стояли в нескольких сантиметрах от нее, и наткнулась взглядом на мужскую рубашку. Белая, из дорогой ткани, она маленькой лужицей, растеклась у её ног.
Он все еще был здесь.
В подтверждение её мыслей, в ванной зажурчала вода. Он не ушел. Мерлин, почему он не ушел?! Было бы гораздо проще, если бы он просто без объяснений исчез. Растворился вместе с ночью. Почему он не сделал именно так?
Она на секунду прикрыла глаза, пытаясь успокоиться. Что ей теперь делать, как поступить? Вот сейчас он выедет из ванной…
И что? Что ей нужно сказать, сделать? Сделать вид, что ничего не произошло?
А что произошло? Самое ужасное было то, что она действительно не понимала, что произошло. Вчерашняя ночь, казалась просто выдумкой её больного воображения. Наверное, это просто домовик, сейчас наливает ей ванну…. А его нет… Он ушел…
Панси вскочила с кровати, накинула халат и выбежала босиком из своей комнаты. Она пробежала вдоль коридора.
Надоумленные взгляды портретов.
-Милочка, куда вы так спешите, у нас, что марафон организовали с утра пораньше? - донесся скрипучий голос её прапрабабушки с одного из портретов.
Девушка добежала до ванной комнаты для гостей, и заперлась там. Сейчас самый лучший выход это просто переждать здесь.
«Наверное, Драко рассчитывает на то, что я еще просто буду долго спать. Конечно, разве он может уйти и не принять душ?! Что ж, я просто облегчу ему задачу, уйти без объяснений». Её мысли лихорадочно скакали в его воспаленном мозгу. Казалось еще несколько секунд и её голова просто взорвется от такого напряжения. Слизеринка прислонилась спиной к двери, обхватив голову руками, она медленно сползла вниз.
Она не знала, сколько так просидела. Наверное, час, а может быть и больше. Наконец, девушка все же вышла из ванной.
Она наткнулась на мать. Миссис Паркинсон с удивлением посмотрела на дочь, особенно её взгляд задержался на босых ногах слизеринки. Но все же довольно холодным тоном она произнесла:
-Через пятнадцать минут начнется завтрак, не опаздывай.
Панси кивнула головой и направилась в свою комнату. Когда она осторожно открыла дверь и проскользнула внутрь, то первым делом прислушалась.
Тишина.
Ни одного звука.
Он ушел.
Она выдохнула, все же так намного лучше.
Так правильнее.
Ведь чтобы не произошло, а от своего плана она не собиралась отступать. Ни на шаг. Ни на один чертов дюйм. Он должен заплатить. Как бы сильно она его не любила, чтобы между ними не происходило, он должен заплатить.
«Любить – это значит отдавать все и не требовать ничего взамен».
А ведь она и не требует. Она давно уже ничего не просит. Просто все её слезы, вся её боль должны быть отомщены. Потому что помимо Малфоя в этом спектакле замешаны еще несколько лиц. Потому что, какая-то ревейнкловка увела у неё парня. Потому что какая-то грязноковка думает, что достойна его любви. Она просто обязана доказать им всем, что это не так.
Глупые, глупые люди.
Девушка спустилась вниз на завтрак. В обеденном зале за большим столом уже собралась вся её семья. Мать, отец, бабушка, несколько гостей, и он. Панси замерла на месте. А что он здесь делает?! Какого черта?!
Серые глаза смотрели на неё.
Она сглотнула.
Почему? Почему? Почему? Почему? Почему? Почему? Почему? Почему?
Почему он не ушел?!! Что он здесь делает?! По её грандиозному плану, он уже давно должен был испариться! А он сидит здесь и смотрит на неё. Вся её семья смотрит на неё.
И что она сейчас должна делать?
Захотелось рассмеяться, просто тупо заржать. А потом резко замолчать и убежать. Как можно дальше.
Девушка нашла в себе силы улыбнуться.
-Доброе утро, - еле выдавила она.
-Доброе.
Какое к черту доброе утро?! Нет, конечно, в глубине души она не просто хотела, она зверски желала, чтобы он остался с ней. Чтобы после вчерашнего все было хорошо. Но… Драко Малфой был не тем человеком, с которым этот номер мог прокатить. Она просто не знала, что он мог сказать ей в следующую секунду. Он мог сделать вид, что ничего не произошло… или же наоборот.
Наоборот.
Это слово, мысль пугала больше всего.
А что если он решил вернуться?! Не этого ли она хотела?
Этого. К этому стремилась. Этого ждала.
Но сейчас, когда это казалось возможным, казалось реальным… Она, почему-то больше всего хотела убежать. Хотела, чтобы он исчез.
У неё есть план. У неё есть отличный план. И через каких-нибудь пять минут он может просто провалиться.
Почему?!
Ответ слишком прост.
Если он попросит её вернуться, она так и сделает. Она не сможет отказать. Она слишком его любит, чтобы сказать «нет».
«Любить – это значит отдавать человеку все и не требовать ничего взамен». Это её слова. И она не сможет оказаться от них.
Уже никогда.
Потому что врать себе – это самый страшный грех.
Грех, от которого она устала.
-Милая, ты опаздываешь, - голос её бабушки, вывел девушку из транса. – Может уже, наконец, присядешь?
Все стулья были заняты, кроме одного. Наверное, не стоит говорить, рядом с кем стоял свободный стул?!
Она села.
Бледное лицо, взгляд темных глаз блуждающих по лицам собравшихся, идеально ровная спина. Осанка была настолько прямая, словно девушка проглотила металлическую тубу. Сказать, по правде она чувствовала себя точно так же.
Её ладони вспотели, от напряжения.
Все молчали. И как-то странно смотрели на них. Словно чего-то ждали.
«Наверное, объяснения», - с каким-то садистским удовольствием подумала она. «А действительно, какого черта здесь делает Драко Малфой?!»
Девушка пододвинула к себе тарелку и уставилась в неё. Словно она была сосредоточением этого мира. Его центром.
-Вчера был отличный праздник, - голос кого-то из гостей.
Началась светская беседа. Все как всегда, ничего необычного. Только её сердце как-то странно трепыхалось.
-Драко…, - голос её матери.
-Да, мэм?
-Тебе уже давно пора перестать называть меня мэм, для тебя я просто Элеонора.
-Хорошо Элеонора, - медленно протянул юноша, словно пробовал это имя на вкус.
-Значит сегодня вечером?
-Сегодня вечером.
Панси сжала ложку с такой силой, что, казалось, та сейчас сломается. Ей захотелось закричать: «Что такого произойдет сегодня вечером?!». Она еле сдержалась.
За столом снова началась светская беседа.
-Я пойду в комнату, - тихо сказала она и встала из-за стола.
-Хорошо, милая, - голос её бабушки.
Перед глазами все начало расплываться. Слизеринка по памяти добралась до коридора, ведущего в её комнату, и схватилась за стенку. Ей перестало хватать воздуха, она глубоко задышала, стараясь заглотить хоть каплю кислорода. Но воздуха критически не хватало. Сердце заколотилось с утроенной силой, ей стало страшно.
Чертовски страшно. Она одна здесь посреди этого коридора, задыхается, а все там внизу. Даже если она закричит, никто не услышит.
В глазах потемнело.
Чьи-то руки подхватили её…
Дальше только темнота.

* * *
Магическое радио приглушенно играло.
Он сильный и испорченный
Он знает, что он хочет
Он хочет быть любимым, и он хочет соответствовать
Он хочет, чтобы мы слушали
Он хочет, чтобы мы рыдали
Он был глупым ребенком, который превратился в
сильного уродца.
Но как насчет тебя?
Как насчет тебя?
Как насчет тебя?
Он живет со своей матерью
Но мы оказываем ему уважение
Он опасный фанатик
Но мы всегда забываем
И он точная копия своего папочки
Так как он обманывает своих друзей
И он добивается и задирается
Всеми известными ему способами
Но как насчет тебя?
Как насчет тебя?
Как насчет тебя?

Панси очнулась уже в своей комнате, рядом с ней сидела мать. Она заботливо убирала пряди волос с лица дочери.
-Ты как?
-Не знаю, - честно ответила девушка.
-Мы очень испугались за тебя, Драко пошел следом за тобой, он успел как раз во время…
Драко. Значит, это были его руки.
-Я, кажется, нормально, мам, - слизеринка попыталась улыбнуться. – Только не понимаю, что произошло. Точнее от чего…
-Перенапряжение, нервное перенапряжение. Так сказал врач.
-Наверное.
-Полежи еще пол часика, а потом надень свое самое красивое платье, приведи себя в порядок и спускайся вниз.
-Вечер, уже вечер?
-Да, половина шестого. Мы тебя там ждем…
-Хорошо.
Миссис Паркинсон направилась к двери.
-Мам?
-Что, дорогая?
-Что должно произойти сегодня вечером?
Элеонора улыбнулась.
-Секрет.
Она вышла из комнаты дочери.
Панси смотрела матери вслед. Она искренне не понимала, что должно было произойти. Хотя кое-какие догадки все были.
Она посмотрела на часы. До того, как ей нужно спуститься вниз остался час.
Девушка зажмурила глаза, и попыталась уснуть. Сон не шел. Она села на кровати.
Снова короткий взгляд на часы: осталось сорок пять минут.
Она встала, приняла душ, накрасилась, уложила волосы.
Осталось десять минут.
Платье… Ей нужно надеть самое красивое платье… Для чего?
Непонятно.
Время шло слишком быстро.
Платье было выбрано, надето, и она медленно спускалась вниз.
Красивая. Да, сегодня она была красивой.
Для чего?! Неизвестно.
Одна ступенька, вторая, третья, четвертая, пятая, шестая, седьмая, восьмая, девятая… Короткий взгляд в сторону собравшихся: все семейство Малфой, её семья и несколько близких друзей… Десятая, одиннадцатая, двенадцатая, тринадцатая… Снова короткий взгляд в их сторону… Еще несколько ступенек… Сере глаза, смотрят на неё… Серые глаза выбрали её своей мишенью… Своею жертвой… Еще несколько ступенек… Двадцать пятая, двадцать шестая… Последняя…
-Добрый вечер.
-Добрый.
-Вы сегодня очень красивы.
-Благодарю.
Натянутая улыбка. Она не понимает, что происходит. Словно, этот спектакль, а она самый главный актер, самый главный шут, дурак, который не понимает, что же за балаган твориться вокруг него.
Панси поймала на себе взгляд Нарициссы. Женщина с каким-то воодушевлением смотрела на неё. Словно была счастлива, искренне счастлива.
Взгляды других. Они были полны интереса, интриги и чего-то еще непонятного. Родители: они смотрели на неё с грустью, словно Панси вот-вот уйдет и больше никогда не вернется.
«Что происходит?» - закричал её внутренний голос.
Драко возник рядом с ней внезапно.
-Что происходит? - шепнула она, задавая свой самый сакраментальный вопрос.
-Ничего противоестественного, любимая…
Тонкие губы изогнулись в ухмылке, серые глаза прищурены.
«Любимая»…
Карие глаза округлились и с ужасом посмотрели на него.
-Неет, - выдавила она из себя.
-Ты разочаруешь публику?
_____________________________________
В тексте использован перевод песни Radiohead - How Do You?
NeZemnaja
5.3.2008, 20:34 · Re: Научи меня любить NC-17, ДМ/ПП
Аватар
Глава 7
-Ты разочаруешь публику? – голос как всегда холоден и насмешлив. Тонкие губы изогнуты в ухмылке, а глаза прищурены. Драко взял её руку. – Не делай этого, Панси.
Девушка машинально отдернула руку и сделала шаг назад.
-Я не позволю тебе распоряжаться моей жизнью, как тебе заблагорассудится, - прошипела она. – Я не частная собственность. И тем более не твоя!
Слизеринец приподнял правую бровь. Выражение его лица говорило о многом: он так не считал.
-Твои родители только что совершили выгодную сделку. Теперь ты моя, Панс… Через некоторое время станешь официальной.
Паркинсон сглотнула. Наверное, слишком громко. Сердце отбивало бешеный ритм, грозясь вырваться из груди. Удар за ударом. Кровь прилила к лицу, щеки вспыхнули. Еще один шаг назад.
За ними наблюдали присутствующие. Если бы не взгляды любопытных глаз, она бы ударила его. Мерлин ей в свидетели, она бы ударила его так сильно, на сколько это было бы возможно. Вложила бы в удар всю свою злость. А сейчас сил хватало на то, что бы просто пятится назад по направлению к лестнице.

Но Драко Малфой слишком опытный игрок чтобы допустить его побег. Юноша с бокалом вина в руках обошел её и заградил путь к отступлению.
-Это глупо Паркинсон. Даже не пытайся. Своим поведением ты похожа на истеричных гриффиндорок.
Эта реплика разозлила её еще больше.
Гнев – гораздо более приятное чувство, чем страх. Последний парализует, первый дает силу. Ненависть сродни любви. Она так же опьяняет, так же превозносит и так же бросает на камни. Но для Панси ненависть была предпочтительнее. Во многом из-за слизеринца.
Его она хотела ненавидеть, но ни как не любить.
-И много ты знаешь истеричных гриффиндорок?! Не думала, что ты путаешься с такими, любимый, - карие глаза напротив серых. В её голосе слишком много яда и желчи. Панси усмехнулась. Гнев придавал ей силу. Она уперлась правой рукой в бок, а левой дотронулась до своей шеи. – Ты разочаровываешь меня…
Малфой хмыкнул.
-Я всего лишь человек…
-Ты ничто…
Девушка не договорила.
Драко схватил её за руку и выволок в коридор. Он прижал её к стене так, что она не могла даже пошевелиться.
-А теперь послушай меня, любимая. Еще раз попытаешься назвать меня этим словом – и твое изуродованное тело найдут в сточной канве – это первое. Второе – мне плевать, что ты хочешь и что думаешь по этому поводу. Сейчас мы вернемся в обеденную, и на мой вопрос ты ответишь «да». Поняла?
Дрожь пробежалась по всему телу. Но гнев, сменившейся яростью был сильнее. Панси сделала глубокий вздох, словно ей не хватало воздуха:
-Не угрожай мне, Малфой. Иди к своей Бишоп… А меня оставь в покое… Мне тоже ПЛЕВАТЬ!!! – прошипела она.
-Причем тут она, Панси? – слизеринец уткнулся губами в её щеку. – Мы сейчас говорим о нас.
-Но нас нет, Малфой! НАС НЕТ!
Напряженное молчание.
Тишина, казалось, въелась в её уши, стала состоянием души. Он только отодвинулся, и жевалки заиграли на его щеках. Серые глаза стали ледяными, Драко закрыл их на секунду и когда открыл, то в них красовалось равнодушие.
-Мы есть, Панси. И я предлагаю тебе то, о чем ты так мечтала. Я выбрал тебя…
-И что ты хочешь, чтобы я прыгала до потолка? Ты этого хочешь? Нет, слышишь, я не буду этого делать…
Слизеринец ухмыльнулся.
-Почему бы тебе просто не сказать «да»?
Она упорно молчала, не желая отвечать. Действительно, почему бы и нет?
Девушка рассмеялась, громко, запрокинув голову назад. Когда истеричный смех прекратился, она с кислым выражением лица посмотрела на него, скривив губы.
-Я ненавижу тебя…
-Я не оставил тебе выбора. Ты ведь не захочешь опозорить свою семью?
-Я ненавижу тебя…
-Я знаю, любимая.
Они вернулись к гостям. Самое смешное было в том, что Панси все же пришлось ответить «да».
Помолвка была назначена на летние каникулы.
Драко Малфой – её проклятье, от которого не избавится.
Ночью она лежала с широко открытыми глазами и изучала потолок, на котором тени лежали причудливыми узорами. «Это ведь то чего ты хотела, разве не так?» - шептал внутренний голос. «Какая разница, какой ценой. Вот и твои мечты осуществились…». Слизеринка была слишком зла, чтобы плакать. Предательский голос нашептывал ей всякие гадости, в то время как сердце разрывалось от боли.
-Использовал… - единственное слово, которое она произнесла за ночь.
Утро наступило не скоро.


* * *
Милый, милый Хогвартс…

Это не для Панси, школу она не слишком любила. Школа – это сборище уродов.
Сейчас она сидела в купе Хогвартс-экспресса и читала «Ведьмополитен». Поезд был уже на пол пути ко «второму дому».
Напротив неё сидел Блейз Забини, а рядом с ним Миллсент. Они о чем-то переговаривались, не обращая на неё никакого внимания. Карие глаза были направлены на глянцевые страницы, с которых красовались полуодетые ведьмочки. Но зрачки не двигались. Слизеринка была полностью погружена в свои мысли.
С той самой ночи она так и не плакала, хотя уже прошла целая неделя.
Плакать довольно глупо и бесполезно. Жалеть себя тоже. Пришло время заручиться поддержкой более серьезных чувств.
Она подняла голову и взглянула на Блейза.
-Драко, с кем ты подрался?
-С Забини, из-за тебя, между прочим, - сухо произнес он.
-Из-за меня? – она резко развернулась к нему лицом. – Почему из-за меня?

Как она могла забыть об этом инциденте?! Девушка прищурила глаза и склонила голову слегка на бок. Миллисент словно уловив её мысленную просьбу, удалилась из купе без всякого объяснения своему действию.
-Блейз…
-Мм? – отозвался юноша.
-Почему вы подрались с Драко?
Слизеринец на секунду замер. Затем улыбнулся, и развел руками.
-Просто наши взгляды разошлись касательно одного вопроса.
-Спасибо.
-За что? - он непонимающе посмотрел на неё.
-Что не пытаешься строить из себя идиота.
-Не за что.
Паркинсон сложила руки на груди.
«Касательно одного вопроса…» - проворчала она про себя.
-Блейз, я знаю, что вы подрались из-за меня… скажи мне, в чем конкретна была причина.
-А что он сказал тебе?
Панси вздохнула.
-Не больше, чем ты сейчас. Просто ответь, хорошо?
Забини молчал, глядя на неё. Потом все же ответил.
-Он сказал, что…
Двери купе открылась, и на пороге появился сам виновник разговора. Драко был как всегда безупречен, прекрасен в своей ледяной красоте. Мальчик с обложки, он был воплощением самых смелых фантазий и, главное, что он был настоящим, реально существующим. Слизеринец застыл в дверном проеме, уставившись на Блейза Забини. Они обменялись короткими взглядами, и Панси почувствовала, как взгляд серых глаз остановился на ней.
-Что обсуждаем? – поинтересовался он, слегка прищурив глаза.
-Драко, - Панси выдохнула еще раз. – Ты не во время у нас с Блейзом серьезный разговор.
Мальчик зашел в купе и сел рядом с ней:
-И о чем же именно?
-Я уговариваю его стать моим любовником, - она выразительно посмотрела на Забини. Темноволосый слизеринец выглядел так, словно был не в свой тарелке. Он сложил руки на груди и посмотрел в окно, словно слова Паркинсон его ни как не касались.
-Из тебя вышла очаровательная невеста… уже выбираешь себе любовника… - взгляд серый глаз не обещал ничего хорошего. Он намотал локон её волос на палец и потянул на себя. Когда губы Малфоя приблизились к её уху, он прошептал:
-Советую тебе трижды подумать.
В следующую секунду губы юноши нежно коснулись мочки её уха. Мурашки пробежали вдоль позвоночника.
-Забини, ты не мог бы освободить помещение, мне нужно серьезно поговорить с Панси, - Драко Малфой даже не рассматривал «нет» в качестве ответа. И темноволосый юноша это хорошо знал, он вышел из купе, закрыв за собой дверь.
Тишина резала по ушам.
Драко просто сидел, разглядывая её. Он молчал, ничего не говорил и просто пялился, словно видел её впервые.
Это сильно раздражало.
Он сидит здесь и заявляет на неё свои права. А где-то в этом же поезде едет еще две… которые думают, что он принадлежит им. Она сжала челюсть так сильно, что казалась, зубы сейчас заскрипят. Глупые, глупые…
-Так и будешь молчать? – не выдержала Панси и повернулась к слизеринцу лицом.
Девушка не успела сообразить, что случилось, когда его губы коснулись её губ, а влажный язык проник в рот.
Он поцеловал её.
Сначала довольно нежно.

Его руки оказались на талии девушки. Он углубил поцелуй, заставив её застонать себе в рот.
Мерлин, как она сейчас себя ненавидела.
Вот он снова целует её, а она стонет от удовольствия. А ведь он просто целует её! Как целует Бишоп или Грейнджер. При этой мысли Паркинсон отодвинула от себя слизеринца.
-Не надо, - тихо произнесла она.
Он снова придвинулся и провел языком по её нижней губе.
Малфой никогда не понимал значения слова «нет». Ведь для него не существует запретов.
Панси задрожала.
Гнев клокотал внутри с такой силой, что казалось, её сейчас разорвет на сотни маленьких осколков.
-Не надо, - более настойчиво произнесла она. – Пока ты не скажешь своему гарему, что ты женишься на мне, до тех пор не смей ко мне приближаться! Это условие.
Драко усмехнулся, он поднялся и вышел.
Снова тишина.
Поезд уже подъезжал к станции.
А что будет с её планом мести? Если он выполнит условие, то все повалится…
И война будет проиграна…
А этого чертовски не хотелось.
Она должна хоть раз в своей жизни заставить его заплатить за все.
И плата будет высокой.
Хогвартс-экспресс остановился.
Раздался противный звук гудка. Девушка вскочила со своего места и выбежала в коридор, практически сразу она наткнулась на Бишоп. Та выглядела отнюдь не веселой, волосы были убраны в хвост, а под глазами залегли темные круги.
-Эй, в чем дело подруга? – бодро произнесла слизеринка. – У тебя что–то случилось?
-О, Панси, привет.
Лиза посмотрела на Паркинсон, словно её только что заметила.
-У меня все в порядке.
-Я вижу, - хмыкнула Панси. – Скажи мне, что произошло. Это связано с Драко? Он обидел тебя?
Тошнило. Тошнило от самой себя.
Приходилось изображать верную подругу перед какой-то рейвенкловкой. А ведь она всего лишь ничтожество. Жалкая пустышка, которая встала на её пути. Таких нужно уничтожать. Сразу и быстро. А эта история затянулась. Но ничего у неё есть еще семь дней. Ровно через семь дней, когда Драко представит доказательства того, что он соблазнил грязнокровку, Бишоп захочет умереть.
-Мы не виделись почти все каникулы… Знаешь, мне кажется он был с ней… Он пришел как-то раз и на нем был запах чужой женщины…
Девочка задрожала. Она обняла себя за плечи.
-Это так ужасно, Панси. Мне кажется, что я больше не выдержу, просто сойду с ума. Он сегодня приходил ко мне в купе и… и… вел себя так будто все хорошо… Но я-то вижу что с ним что-то не так… Он влюбился в неё… ВЛЮБИЛСЯ…
-Глупости.
Сердце защемило.
«Мерлин, ты же сама этого хотела… Так что успокойся. Он все равно будет с тобой… Хотя его сердце… Глупости у него нет…»
-Нет, это не глупости… Он изменился… Его глаза…
-Лиза, сейчас не подходящее время для такого разговора, давай встретимся в школе… завтра? Хорошо?
Рейвенкловка послушно кивнула и направилась к выходу из поезда. Все еще пытаясь сдерживать свои рыдания.
«Все идет по твоему плану… Черт, почему же тогда так погано на душе?»

* * *
Она сидела за слизеринским столом и пристально смотрела на Гермиону Грейнджер.
Каштановые волосы…
-Они похожи на воронье гнездо, - отметила она про себя.
Улыбка…
-Вот было бы здорово стереть её с этого ненавистного лица.
Глаза…
-Выколоть… Ненавижу тебя…
Внешне девушка оставалась беспристрастной. Непроницаемое лицо, холодный взгляд. Снежная королева рядом со своим королем.
-Праздник в Черетти Холл был самым лучшим событием… - доносились обрывки фраз до неё.
Вся её сущность сейчас была сосредоточена на гриффиндорке. Та улыбалась, разговаривая со своими друзьями. Выглядела такой счастливой.
-Черт, что же он говорит тебе, Грейнджер? Что любит? Не верь, он не умеет любить… Не знает, что это такое и не хочет знать… Какие слова бросает к твоим ногам, как целует тебя? Он делает тебя счастливой… а причина этому всего лишь спор. Малфой не может любить грязнокровку. Потому что ты однобокая, Грейнджер. Ты веришь, что все хорошие. А твои друзья делят мир еще и на плохих. Но все не так. Нет ни плохих не хороших… Драко показал тебе всего лишь одну из сторон своей сущности… и ты уже его боготворишь… Дура! Он соткан из сотни тысяч таких сторон… И не одна из них не достойна тебя…
Панси усмехнулась.
-Нет, план не должен провалится… Я должна отомстить… только ради того, чтобы показать тебе правду, Грейнджер. Мир не такой, как ты о нем думаешь… все гораздо сложнее.
Ночь наступила слишком быстро.
Панси застыла около двери слизеринца.
Ей придется это сделать…
Она постучала и вошла, не дожидаясь ответа.
-Доброй ночи.
Драко лежал на своей кровати, читая книгу в кожаном переплете. Он поднял голову и посмотрел на неё.
-В чем дело?
-Ты уже поговорил со своим гаремом?
-Нет, - сухо ответил он.
Панси присела рядом с ним.
-Я передумала, можешь не говорить… Пусть это останется тайной…
-С чего это вдруг такие перемены?
Слизеринка поцеловала его.
Он ответил на поцелуй.
Все лучше, чем придумывать объяснения.
Глупые, дурацкие, никому не нужные объяснения.
Малфой притянул её к себе за край рубашки и принялся за расстегивание пуговиц.
Еще можно остановить его.
Юноша целовал её в шею, губы, щеки, и снова в рот, выпивая до конца.
Пока не поздно.
Его руки, блуждают по её телу. Она где-то между реальностью и вечностью.
Это все же лучше… чем, если этой ночью он пойдет в чужую постель.
Он стащил с неё блузку и юбку. Начал целовать живот, оставляя мокрую дорожку.
Это лучше.
Панси зарылась руками в его волосы.
Лифчик улетел куда-то в сторону. Он приник губами к её груди.
«Ты шлюха, Паркинсон. Его верная шлюха, и ты останешься ей до конца своей жизни... ну же признайся в этом…»
Он выгнулась навстречу ему. Ловя каждое его прикосновение, хватаясь за каждое ощущение... Пытаясь его запомнить, загнать в свою память, чтобы никогда не выпустить потом.
«Шлюха».
Она освободила его от рубашки, провела рукой по гладкой, твердой спине.
«Ты делаешь это для себя, потому что ты ЕГО шлюха, и он это знает».
Она залезла рукой под резинку его трусов, и дотронулось до горячего, пульсирующего тела. Он хотел её с неимоверной силой. И она тоже.
«Шлюха!!!» - вопило её сознание. Но она уже его не слушала.
В этом мире не осталось ничего, кроме ощущения и человека, который их дарил ей. Панси выгибалась ему на встречу, сама подставлялась для поцелуев, сама обхватила рукой его чл*н и ввела в себя.
Это ночью он был зверем, а она его жертвой. Этой ночью ничего не изменилось. И утром тоже. Она снова ненавидела себя.
Семь дней.

До приведения приговора осталось семь дней.
А ей еще нужно так много успеть…
«Торопитесь жить, глупые ничтожества, через семь дней я отниму у вас охоту жить...»
Солнце медленно поднималось из-за горизонта, окрашивая небо в ярко-розовый цвет. Драко потянулся и открыл глаза. Место рядом с ним было пустым, а на подушке лежала записка:
-С добрым утром, ангел.
NeZemnaja
5.3.2008, 20:37 · Re: Научи меня любить NC-17, ДМ/ПП
Аватар
Глава 8
Панси сидела на подоконнике. Взгляд её карих глаз был направлен в толпу гриффиндорских семикурсников, все они столпились вокруг Гермионы Грейнджер, которая им что-то объясняла, при этом обильно жестикулируя руками.
Слизеринка ухмыльнулась и сложила руки на груди. По коридору к ней направлялась Лиза Бишоп. Сейчас она выглядела гораздо лучше, чем в Хогвартс-экспрессе. Темные волосы были убраны в косу, только вот круги под глазами никуда не делись.
-Лиза, привет, - самая доброжелательная интонация её голоса была подарена рейвенкловке.
«Итак, наш победитель… Панси Паркинсон – мисс Лучшая подруга года!» - девушка чуть не рассмеялась, вовремя скрыв улыбку за сочувственной маской.
-Вон она, - Панси кивнула головой в сторону Грейнджер.
-Вижу.
-И что ты будешь делать?
-Я не знаю, - рассеяно отозвалась Лиза, которая не сводила взгляда с гриффиндорки. – Через шесть дней он предоставит мне доказательство. А потом…
-Бросит.
Одно короткое слово заставило девушку резко обернуться к Панси. Она поджала нижнюю губу и обхватила себя руками.
-Не говори так.
-Лиза, он всех бросает рано или поздно, - голос совершенно лишен эмоций.

Ни намека на собственные чувства. Слизеринка закинула ногу на ногу. – Или ты думаешь, что он возьмет тебе замуж?
Глаза Бишоп как-то странно блеснули.
-Думала… Что делать, Панси? Я не могу ему позволить вот так уйти…
-А никто и не просит просто так давать уйти. Раскинь мозгами хорошенько… Что ты можешь сделать, чтобы это запоминалось ему на долго?
-Не знаю, а что я могу?!
Панси театрально закатила глаза. Эта глупая девчонка её уже порядком достала. Только и умеет что ныть, да лить слезы. Лиза Бишоп раздражала Паркинсон с такой силой, с которой ни один человек в этой школе не способен, даже Драко. Она мысленно обратилась к светловолосому слизеринцу: «Вот видишь, что ты делаешь с нами… Во что превращаешь… Ты заставляешь меня идти на крайние меры… Ведь я не могу оставить все как есть…. Я ненавижу тебя…»
Она действительно ненавидела его, сердце сжималось каждый раз при упоминании его имени, оно обливалось желчью и злобой перемешенной с нежностью и страстью.
Она действительно любила его, но какой-то неправильной любовью.

Какой-то своей, непонятной всем остальным, да и ей самой… Столько противоречивых чувств испытывать к одному человеку, столько слез пролить из-за одного человека, столько… и все это из-за одного человека. Это слишком. Пускай даже если этого человека зовут Драко Малфой.
«Панси, ты сама превратила его в Бога… Сама навязала ему эту роль в своем сердце, а сейчас удивляешься почему он вытирает об тебя ноги… Ты ничтожество! Ты. А не он…» - во всю кричало её сознание. Это всего лишь расплата за ошибки. Жестокая. Горькая. Но справедливая. Для всех.
-Не знаю… А что я могу… - передразнила её слизеринка. – Ты можешь только ныть. Подумай, Лиза, что может уничтожить грязнокровку…
Подсказка была брошена. Паркинсон искренне надеялась, что рейвенкловка все же её подберет.
Что может уничтожить Грейнджер? Слишком легкий вопрос, конечно же, ненависть её друзей. Ведь они самое больное её место. Нужно быть только полным кретином, чтобы этого не понять.
Или на худой конец Лизой Бишоп.
-Ладно, ты думай, а я пойду.
Девушка слезла с подоконника, одернула свою юбку и направилась в сторону слизеринских подземелий.
Зайдя в гостиную, она была слегка удивлена, обнаружив там Блейза Забини, который сидел в кресле. Он невидящим взглядом уставился в камин и никак не реагировал на её присутствие. Панси села рядом.
-Почему не на уроке?
-Не хочу, - сухо ответил он, так и не посмотрев на неё. Темные волосы были взъерошены, словно он даже не расчесывался с утра, а мантия не глажена. Не самый лучший его вид.
-Блейз, - тихо позвала она. – Я хотела с тобой договорить… Но если ты не в настроение…
-Договорить? Хм… давай договорим…
-Почему?
Только один вопрос. Её сердце сжалось и бешено застучало в груди. Что же она хотела услышать в качестве ответа? Вернее сказать, что же она боялась услышать. А если она всего лишь повод… что если просто у них был конфликт, и она послужила катализатором? Или нет… они подрались потому что…
-Я сказал Малфою, что если между вами все кончено… то он должен отстать от тебя, - было видно, что эти слова давались ему с трудом. Возможно, за ними было нечто большее. Чертов Драко Малфой, он заполнил все её существо, навсегда вычеркнув из её сознания других мужчин. Только он, а они теперь всего лишь призраки на её пути, вспышки, которые слишком быстро гаснут.
-И?
-Он сказал, что это не мое дело. И что ты не против того, когда он навещает тебя по ночам… Что тебе все равно, с кем он спит. Он сказал, что ты будешь ждать его, чтобы не случилось… А потом я ударил его… Это все…
«Это все», - эхом отозвалось сердце.
Злость, горечь, обида и непонимание захлестнули её с новой силой. Она – глупая надеялась на что-то… верила в него, как в Бога… А он…
Снова прошелся по её сердцу. Снова открыл старые раны и насыпал в них соли. Как же она ненавидела его сейчас. Только не заплакать. Только не заплакать.
-Спасибо, - её шепот разрезал тишину, воцарившуюся в гостиной. Она резко встала, чтобы убежать, но была схвачена за руку Забини. Зеленые глаза смотрели на неё с тревогой, смешанной с сочувствием.
Он жалел её. Жалел ЕЁ!
Она сглотнула.
-Пожалуйста, только не смотри на меня так… Только не ты… Я не выдержу…
-Вы идиоты, - холодно ответил мальчик. – Раньше я думал, что все не так… А теперь… Вы мучаете себя и людей которые находятся рядом с вами. Чтобы не случилось, чтобы не случалось, ваши отношения всегда остаются неизменными… Словно дикая изощренная игра…
-О чем ты говоришь? – Панси непонимающе посмотрела на него.
-Вы не заслуживаете жалости.
Слизеринка вырвала свою руку и побежала в комнату девочек. Слава Мерлину, там никого не было. Она упала на кровать и заревела.
Вот так, значит, за все свои слезы, страдания, за всю боль, которую ей пришлось вытерпеть, за все унижения она не заслуживает жалости. Ни капли, ни малюсенькой капельки. Да кто они такие, чтобы судит её?! Испытывали ли они хоть раз то, что испытала она? Погибали ли они в пламени ада. Превращали ли свое сердце в пепел, в одну большую ноющую рану? Умирали ли, чтобы воскреснуть в объятьях своего убийцы? Предавали ли себя? Других?
Нет и еще тысячу раз нет!!!
Да как они… они после этого смеют что-нибудь говорить… Кто им вообще дал право вмешиваться во все это…?! Они ничего не знают… Их мир, жизнь – одна большая иллюзия, где все хорошо. Они счастливы… Их любят… о них забоятся… А она?
Заботится ли кто-нибудь о ней? Любил ли кто-нибудь её…?
Горячие слезы лились из глаз. Она всхлипывала и выла в подушку, цепляясь в неё руками. Ни одна живая душа во всем мире не была способна понять её сейчас. Понять её боль.
Понять её боль – значило бы для каждого пройти сквозь ад… за ним… За тем, кто носил имя самой Бездны.
* * *
Ему нельзя смотреть в глаза, точно так же, как и вампиру. Иногда я вообще сомневаюсь, человек ли он. Его серые глаза, такие холодные и подчас безжизненные… В них можно утонуть, если смотреть слишком долго. Я неосторожная глупая девочка, я нарушала самый большой запрет. Я посмотрела в них.
Теперь это мое проклятье.
Мой личный ад. Ад на одного.
Но я не раскаиваюсь… Он не абсолютное зло… Зло ли он вообще? Я тоже в этом сомневаюсь… Он просто мальчик, который запутался, который должен быть сильным, потому что должен…
Мы все должны кому-то что-то…
Я люблю его. Иногда мне кажется, что он любит меня тоже. Он часто смотрит на меня, словно любуется. Возможно ли такое?
Хочется верить, что да.
Мы с ним два больших эгоиста. Ему хочется, чтобы мир принадлежал только ему, а мне что бы ОН принадлежал только мне.
Возможно, нас никогда не поймут. Не просят или не пожалеют. Но это ведь не важно… Мы привыкли быть сильными. Чтобы не случилось.
Я часто плачу из-за него. А возможно из-за своей глупости.
Он мой Бог, а я всего лишь мусор под его ногами. Хотеться верить, что это не так…
Во всяком случае, он без меня может, а я без него уже нет.
Мой наркотик.
Мой чертов наркотик!
Я засыпаю с мыслью о нем и просыпаюсь с ней же.
Вера – это слово мелькает в моем сознании слишком часто. Поможет ли мне она, погубит ли меня?
Кто знает…
* * *
После сильного эмоционально стресса всегда остается чувство пустоты. У Панси оно было особенным – огромная зияющая дыра внутри неё. Радовало только одно – скоро настанет час суда. Осталось еще несколько дней. Три или четыре.
Бишоп крутилась как белка в колесе. Она сделала правильные выводы относительно того, как стоит поступить. И теперь готовила маленькое представление.
Это было странно.
Все действие осуществиться её руками, но главной будет Панси. Интересно будет посмотреть на их лица, когда все откроется. Глупые, глупые людишки…
Но она умнее ли их?
Девушка отогнала от себя предательские мысли. Она не должна думать об этом, все будет так, как намечено. Уже менять что-то поздно. И нереально.
Она сидела в Большой Зале, делая вид, что увлечена учебником по зельям. Но её зрачки даже не двигались.
-Ты меня избегаешь? - голос того, о ком она просто хотела забыть.
-Да, - честный ответ, на ложь не оставалось сил.
Драко присел рядом.
Красивый, как всегда безупречный… Холодный, бездушный… Такой любимый и такой чертовски нужный!
-Что тебе нужно? – резко спросила она, не поднимая на него глаз.
Он пожал плечами.
-У меня все есть.
Эти игры. Вечные игры, от которых уже тошнило.
-Что тебе нужно от меня?
-Соскучился.
-О, великий Драко Малфой соскучился по мне… И что теперь прикажешь бежать за тобой и согревать твою постель? – голос полный желчи и сарказма.
-Нет. Она еще и так не остыла…
Слова словно хлыст ударили по её сознанию.
-Так тебе нужно еще что-то от меня? - Панси хрипло рассмеялась.
Просто начиналась очередная истерика. Так всегда, когда он рядом – либо рай, либо ад. Нет пограничного состояния.
-Собрание старост, я хотел тебе напомнить о нем, - интонация голоса вежливо-прохладная.
«Или о себе…»
-Как мило с твоей стороны.
-Я вообще очень милый.
Он встал со скамейки, чтобы уйти.
-И ненужно избегать меня, любимая… Все твои попытки всего лишь самообман… И не совсем удачный.
Он ушел, девушка даже не успела сообразить, что он имел в виду.
Чертов Драко Малфой!
Вездесущий Драко Малфой!
Он оставил её наедине с вопросами, которые требовали ответа. И вот парадокс – только он мог их дать. И никто другой.
* * *
Что происходит с нами?!
Меня всегда интересовал этот вопрос… И я никак не могу найти на него ответ.
Любовь?!
Это слишком странно для любви…
Ненависть?!
Слишком не похоже на неё.
Страсть?!
Слишком сильно для неё.
С тобой все слишком…
Я слишком нуждаюсь в тебе… Слишком гоню от себя…
Ты…
Я не знаю, как тебя описать. Что сказать о тебе. Но я знаю тебя вдоль и поперек, каждую клеточку твоего тела, каждый нерв, каждое твое слово, каждое движение, каждое прикосновение…
Ты безумное, дикое, страстное, ты сжигаешь все на своем пути…
Ты…
Это все, что есть у меня.
Я люблю тебя.

* * *
Приглашения были розданы.
На памятный вечер были приглашены только избранные.
Гермиона Грейнджер, Гарри Поттер, Рональд Уизли, Лиза Бишоп и Драко Малфой. Сколько же она ждала этого момента.
Ничего в тот вечер не предвещало беды. Драко и Лиза встретились в одном из заброшенных кабинетов Хогвартса.
-Ну, как, тебя можно поздравить с победой?
-А ты как думаешь, милая? – слизеринец вопросительно взглянул на рейвенкловку.
-Надеюсь, что нет…
-Зря. Я выполнил условие нашей маленькой игры. Вот доказательство, - он протянул девушке простыню, на которой отчетливо выделялось засохшее коричневое пятно.
-Кровь, - выдохнула девушка.
-Если это тебя не устраивает, то я могу позволить тебе заглянуть в мой Омут памяти… -
Он ухмыльнулся. Но ухмылка была тут же стерта с его лица, появившимся из темноты кулаком.
Драко отлетел назад и упал на пол.
Мантия невидимка слетела с фигуры разъяренного Уизли, которого пытался удержать Гарри Поттер, отчаянно цепляющийся за мантию друга.
Они все это время находились в этой комнате.
Бишоп театрально взвизгнула и подалась назад.
-Какая неожиданная встреча, - Малфой не терял самообладания даже в такой ситуации. Даже сидя на полу, с кровоточащей губой, он выглядел королем положения.
Рон вырвался и накинулся на него с новой силой. Поттер больше его не держал. Даже не пытался.
Драко получил несколько ударов в челюсть, под ребра и в живот. Ему так и не удалось подняться с пола.
-Прекратите, - вскрикнула Лиза. – Вы же его убьете!
Но её никто не слышал.
-Прекратите, - кричала она. – Если вы не прекратите, то я позову кого-нибудь из учителей.
-Мы так не договаривались, вы обещали, что не тронете его!
Это было то, что Панси так хотела услышать.
Это было то, что услышал Драко.
Дверь со скрипом отварилась и на пороге с палочкой в руке во всем своем великолепии предстала староста факультета Слизерин – Панси Паркинсон. Она улыбалась одной из своих самых ослепительных и самых настоящих улыбок.
Палочка была направлена на гриффиндорцев.
-Отойдите от него или пожалеете.
Те послушно отошли, потому что знали, что шанса достать свои палочки она им не даст. Девушка медленно подошла к Драко, протянула ему чистый белый платок.
-Вот. Вытрись.
Она присела рядом с ним на корточки. И посмотрела в его серые глаза. В них застыла боль.
Честная, откровенная боль.
-Видишь...
NeZemnaja
5.3.2008, 20:39 · Re: Научи меня любить NC-17, ДМ/ПП
Аватар
Глава 9 (последняя)
Это похоже на игру, жестокую изощренную игру для двоих. Только ты и я. Мы знаем о каждом действие друг друга, о каждом акте этой чертовой пьесы написанной нашей рукой. Она беспощадна. Потому что мы не нуждаемся в ней точно так же, как не нуждаемся в милосердии, сострадании и других податях. Ты и я. Это все, что мне нужно, это все, о чем я прошу. Наша боль, наша игра, наше безумие… Я согласен на все, только пусть это будет наше.
Игра определяет все и, в тоже время, не определяет ничего. Это абсурд, который заполнил наши сознания до краев. Ты любишь и не можешь быть с человеком. Тебя любят, но гонят от себя, разве это не абсурдно?
А мы короли этого абсурда – Я и Моя тряпичная принцесса.
Мы правили балом.
Я обвиняемый, а ты мой третейский судья.
У нас много имен и множество масок. Мы всё и мы ничтожны…
Но мы есть, и нас нет…
Это спектакль во имя тебя...
Потому что я должен показать тебе, что такое любовь… Все её стороны…
Я хочу научить тебя любить… Научить страдать…
Любовь – это боль для мазохистов. Для тебя и меня… И таких же миллионов чокнутых, как мы…

* * *
До того, как разобьешься,
До того, как сгоришь,
До того, как солжешь,
До того, как поймёшь,
До того, как увидишь,
До того, как поверишь.
Пока ты дерешься,
Пока не упадешь,
Пока всему не придёт конец,
До того, как умрешь,
И пока не будешь жив -
Не спасай меня, не спасай,
Потому что мне плевать!
Не спасай меня, не спасай,
Потому что
Мне плевать!
До того, как подаришь,
До того, как используешь,
До того, как потеряешь,
Пока не потерпишь поражение,
До того, как поймёшь, как же ты мог верить?..
Пока не проживешь тысячу жизней,
Пока на тебя не взглянут любящие глаза,
У меня ещё есть шанс, мой шанс!
30 seconds to mars – Savior (перевод)

Палочка была направлена на гриффиндорцев, Панси в любую секунду была готова выкрикнуть заклинание, если это понадобиться. Но те не двигались, они внимательно смотрели на неё, понимая, что шанса она им не предоставит. Слизеринка медленно подошла к Драко и протянула ему платок. Он послушно взял и приложил его к разбитой губе. Пришлось сесть на корточки, чтобы оказаться на уровне его глаз.
- Видишь, - произнесла она и замолчала, глядя в серые глаза. В них застыла боль. Честная, откровенная боль. Её сердце сжалось. – Тебя предали...
В комнате повисла тишина. Пугающая тишина, которая давила на всех присутствующих. Хотелось закричать и нарушить её, разбить на тысячу маленьких кусочков. Но Панси не спешила. Она встала, медленно повернулась к участникам представления. Карие глаза впились в Лизу Бишоп, которая находилась на грани истерики.
-Лиза, - ласково проговорила она. – Как ты могла?
-Что? – девушка непонимающе взглянула на неё, она напряглась, обхватила себя руками.
-Ты предала человека, которого любишь… - тихие слова одно за другим вонзались в тело рейвенкловки обоюдоострыми ножами. Слеза побежала по её щеке, она неловко вытерла её рукой.

-Но ты…
-Что я...?
-Это же ты…
Слизеринка рассмеялась. Пришло время раскрыть все карты и рассказать, что же здесь творилось на самом деле. Сбросить маски. Что ж, она начнет первой.
-Лиза, Лиза… Бедная, глупая Лиза… Не уже ли ты ничего не поняла?! - наигранно взволнованная интонация голоса. – Давай начнем с самого начала… Ты увела моего парня…
Девушка сглотнула.
-Моего парня! Думаешь, я могла так просто это все оставить… И вот когда я ломала себе голову над тем, что же с тобой сотворить, ты сама подала мне отличную идею… Спор! Глупый спор стал началом твоего конца, деточка. Ты сама вырыла себе могилу. Дальше дело оставалось за малым… Скажи, ты что-нибудь знаешь о технике, которая позволяет манипулировать чужим сознанием? Если нет, можешь спросить Драко, он у нас мастер в этом деле, - последние слова были произнесены с оттенком горькой иронии. Она посмотрела на Малфоя, который уже встал и облокотился о стену, наблюдая за представлением.
-Я... – закричала Бишоп. – Прекрати… Я не хочу слышать… Драко!!!
-Пусть говорит, - отозвался слизеринец. – Или есть то, что я еще не знаю?
Рейвенкловка закусила губу, по щекам текли слезы, теперь она даже их и не пыталась спрятать.
-Условия спора были презабавными… Затащить в постель грязнакровку Грейнджер. Срок – месяц.
-Не смей её так называть!
-Уймись, Уизли, - Панси направила на него палочку. Рыжий парень покрылся пятнами, и поплотнее стиснул челюсть. – Не уже ли не интересно, чем все закончилось?
Казалось, еще секунда – и гриффиндорец наброситься на неё с кулаками, но этого не произошло, он все же сумел взять себя в руки.
-Так вот как только спор был заключен, началась моя игра. Было не слишком сложно вбить в голову Грейнджер, что она влюблена, всего лишь пара тонких фраз, к тому же Драко тоже приложил не мало усилий к этому, да, дорогой? – Паркинсон ухмыльнулась, увидев, как жевалки заходили на щеках слизеринца.
-В общем, она сдалась на милость победителя, но вот незадача – наш соблазнитель оказался в шаге от провала, потому что… - пауза. – Влюбился сам.
Казалась в комнате все застыло, словно волшебники, которые сейчас находились в ней, перестали дышать. Панси чувствовала, как её начинает бить мелка дрожь. Может, все это стоит прекратить?! Уйти… Хотя уже поздно. Поздно бежать, придется довести все до конца. Уже нельзя повернуть. И ничего изменить. Один короткий взгляд в сторону Драко. Он держит себя в руках, идеален как всегда. И только Мерлин знает, что твориться в его душе. Почему он ничего не делает? Просто смотрит… Разве ему не хочется кричать? Ударить её? Убить? Он должен ненавидеть…
Его чертово хладнокровие!
Ледяной принц…
Слишком ледяной… Лишенный чувств… Кукла… Мечта…
-Да, вы, не ослышались. – Панси снова рассмеялась. – Лиза, ты сама мне об этом говорила, помнишь?
Та кивнула: коротко и обреченно.
Добро пожаловать в ад.
-И вот наша бедная девочка поняла, что, как только закончиться их спор, Малфой её бросит. Она не была готова потерять его вот так… И… в результате с моей легкой руки рассказала все друзьям грязнокровки… - карие глаза окинули взглядом гриффиндорцев. – Ваши действия вообще было легко предугадать… Устроили Грейнджер головомойку, заперли её в комнате и сами поскакали наказывать её обидчика. Не так ли?
Взгляды мальчиков были красноречивее любых слов. Она улыбнулась. Все так, как она сказала.
-Ну, Лиза не плачь… Тому, что ты полная дура, уже не помочь… Ты сама своими руками все разрушила. Ты это понимаешь?
Рейвенкловка кивнула.
-Вот так вот… Ну, у вас есть, что сказать? А если нет, то я вас больше не задерживаю… - Панси чуть склонила голову на бок, внимательно следя за присутствующими.
Лиза Бишоп вылетела первой из кабинета. Эта ночь запомниться ей надолго.
Так ей и надо.
Каждому воздается по его заслугам.
Поттер и Уизли тоже направились к выходу, проходя мимо Драко, Рон произнес:
-Держись от неё подальше, Малфой! Или клянусь, я тебя убью…
Драко лишь усмехнулся.
- Умоляю тебя, Уизли…
Мальчики вышли.
И снова тишина.
Драко Малфой стоял неподвижно, одним плечом опершись о стену. Серые глаза внимательно смотрели на неё. Он выжидал. Словно хищный зверь готовился к прыжку.
Панси сглотнула. Мурашки пробежали вдоль спины. Девушка закусила губу.
-Ты хочешь мне что-то сказать?
-Да, поверь, мне есть, что тебе сказать, - он улыбнулся. Спокойная улыбка, которая не предвещает ничего хорошего.
«Мерлин, Панси, ты просто забыла, с кем имеешь дело…»
Захотелось убежать.
Он убьет её. Потому что она разрушила всю его жизнь… Она только что растоптала его любовь, его мечту… Хотя чем она отличается от него? Он сделал тоже самое! С ней, с её жизнью… Он такое же чудовище, как и она. Одинаковые. Идентичные. Мерлин…
Он сделал шаг по направлению к ней и схватил за запястье. Серые глаза прищурены, тонкие губы плотно сжаты.
-О чем ты думаешь?
-О том, как мне повезло с тобой.
-…Панси, иногда ты меня пугаешь.
-Драко, только не оставляй меня, хорошо!
-…
-Хорошо?
-…
-Хорошо?!
-Я постараюсь…

Один рывок – и она оказалась прижатой щекой к стене. Он навалился на неё всем телом, лишая возможности двигаться. Горячее дыхание обжигает шею, пальцы держат её руки, прерывистое частое дыхание. Она зажмурила глаза, чтобы не заплакать.
-Для начала позволь поздравить с удачным представлением. Ты была на высоте, любимая…
Последнее слово обожгло её. Заставило задрожать, слезы хлынули из глаз.
-Я ненавижу тебя, - прошипела она.
-А я думал, любишь…
Драко замолчал, упершись лбом в её затылок.
-Мне кажется, я сентиментальная дура!
-Почему ты так решила?
-Я ужасно соскучилась и готова разреветься…
-Ну не плачь, ты же знаешь, я не выношу женских слез.
-Мне нужно тебе кое-что сказать…
-Говори…
-Я знаю, ты не веришь в любовь…и…
-И … что?!
-Но я люблю тебя… Мне больно видеть, как ты мне изменяешь, я понимаю ты мужчина и все такое…
-Любишь?!
-???
-Разве бесчувственная кукла может любить?! Панси, посмотри на себя, ты хороша только в постели и на светских мероприятиях в качестве подружки или на худой конец жены…
-…
- К тому же я не верю в любовь, это глупые сказки для дошкольников и тупых гриффиндорцев!
-Тогда, как назвать то, что я чувствую к тебе?
-Похоть, ты можешь называть это похотью, и мы можем удовлетворить её прямо сейчас…
-Ты…!!!
-Что я? Бесчувственный чурбан, обманувший чувства невинной девушки?! Не смеши меня, даже если любовь есть, такие как МЫ не умеют любить!
-И ты ничего не испытываешь ко мне?
-Похоть…
-И больше ничего?!
-Ничего…

Слизеринка плакала. Он все еще прижимал её к стене и даже не думал о том, чтобы отпустить. Они оба молчали, тишину нарушали только её всхлипывания.
Сердце разрывалась на тысячу маленьких кусочков, оно болело так, как ни болело никогда. Дура, что ты наделала?!

Он должен тебя убить за это. Уничтожить. Не Бишоп оказалась в аду. А ты!
Ты выстроила его сама для себя. Комедия, которую ты разыграла для других, оказалась трагедией только для тебя одной. Что ты будешь делать, когда он уйдет? Когда он сейчас покинет приделы этой комнаты. Навсегда.
Навсегда – самое страшное слово. Оно пульсировало в её голове. Заставляя думать о самом худшем. Самое худшее – это жизнь без него.
Неужели ты поняла это только сейчас?! Неужели понадобилось столько времени, чтобы понять это…
Понять любовь?
Твою чертову, больную любовь…
-Может, пойдем к тебе в комнату?
-Нет.
-Почему?!
-Я устал от тебя. Сейчас я… встречаюсь с Лизой.
-А когда ты собирался сказать мне об этом? Сказать, что ты наигрался с глупой куклой «Панси» и теперь у тебя появилась новая…?!
-Я не думал об этом…
-Что? Хочешь… с нами двумя?
-Пока нет.
-Ты..!!!
-Я тоже тебя люблю, милая...

-Панси, зачем?
-Драко, я…
Он отпустил её и отошел к окну.
-Я люблю тебя…
Словно это что-то может изменить. Слова, о которых он и так знает. Правда, которая никому не нужна.
Слизеринка подбежала к юноше, она схватила его за его плечо и развернула к себе лицом.

Серые глаза смотрели на неё с равнодушием, как на пустое место.
Она проиграла.
Драко никогда не будет с ней, теперь он вряд ли когда-нибудь распахнет двери своей комнаты для неё. И свое сердце. Теперь все кончено.

Это конец.
Их нет.
Больше нет.
С её легкой руки…
Она на секунду прикрыла глаза, подбирая слова. Нужно было что-то сказать…
Хотя, что говорить? Все и так сказано…
-Я… - она задыхалась в слезах. – Я… я…
Тонкие пальцы коснулись её щеки и вытерли слезы.
Она была не в силах говорить, язык заплетался, слова перемешивались с плачем и всхлипыванием. Панси опустились на колени перед ним. Её Богом. Девушка закрыла лицо руками:
-Уходи, пожалуйста… Иди к ней… Если она тебя любит по-настоящему, то простит…
Он присел рядом с ней на корточки и протянул платок.
-А ты бы простила?
Панси подняла на слизеринца глаза.
-Да, - одно кроткое слово.
Она сказала правду. Что бы не произошло, что бы не происходило, она все равно будет его любить. Это нельзя объяснить, это нельзя понять, в это нельзя поверить, но это так. Он все, что у неё есть, это все, о чем она мечтала всю свою жизнь. Её чертова мечта, бездна, в которую затянуло с головой, которая поглотила её. Без права понимания, без права осознания. Она не хочет делить его ни с кем. Пусть это будет только её боль, только её наказание, только для неё. Но её ОДНОЙ.
Ты и я. Вот что имеет значение.
Если другие не понимают, не признают... Это только их проблемы, важно, что твориться между двумя.
Ты и я.
Самое главное.
Мы не можем это потерять…
Только не сейчас…
-Драко…
-Панси…
Ты и я.
Поцелуй. Нежный и соленый от слез. Она вцепилась в воротник его рубашки, притянула к себе. Горячие губы касались лба, глаз, волос, щек, шеи. Пальцы цеплялись за одежду, губы впивались в губы. Бешенные, страстные и непонятные никому двое. На краю пропасти. На грани. Вне времени. Вне существования. Вне бытия. Вне вещей. Выше всего. За гранью.
За гранью этого мира, за гранью своей изощренной игры. Наконец-то похожие на себя.
Брошенные, преданные, изголодавшиеся по друг другу.
Без масок.
-Я не могла по-другому. Понимаешь?
Он кивнул.
-Я не жалею ни о чем. Драко, я буду поступать так с каждой, кто посягнет на тебя. Кто подумает, что она достойна тебя!
Он кивнул и снова поцеловал.
-Это твое право бороться за то, что принадлежит тебе.
-Я люблю тебя.
-Я люблю тебя.
* * *
Я и мой Ледяной принц.
Это похоже на игру, жестокую изощренную игру для двоих. Только ты и я. Мы знаем о каждом действие друг друга, о каждом акте этой чертовой пьесы написанной нашей рукой. Она беспощадна. Потому что мы не нуждаемся в ней точно так же, как не нуждаемся в милосердие, сострадание и других податях. Ты и я. Это все что мне нужно, это все о чем я прошу. Наша боль, наша игра, наше безумие… Я согласна на все, только пусть это будет наше.
А мы короли этого абсурда - Мы правил балом.
Я твоя судья - а ты мой оправданный заключенный.
У нас много имен и множество масок. Мы всё и мы ничтожны…
Но мы есть, и нас не может не быть…
Ты научил меня особу таинству. Тому, как тебя нужно любить.
Любовь – это боль для мазохистов. Для тебя и меня…
Amoura
5.3.2008, 21:16 · Re: Научи меня любить NC-17, ДМ/ПП
Аватар
QUOTE (NeZemnaja)
Она стояла, закутавшись в простыню, и слушала приглушенные стоны, доносившиеся из неё.
из простыни  o.O
QUOTE (NeZemnaja)
Его чл*н, который сейчас входил не в неё, причиняя невыносимую муку.
однако забавно... Во-первых, член это не матерное слово, кроме того рейтинг позволяет. Но члены, входящие в других и причиняющие боль... это лол...
В первых двух абзацах штампы откровенные: боль, мука... Нет, я сама люблю утрировать, но уж предложения советовала бы пооригинальнее соорудить.
я постараюсь прочитать попозже, хотя бы первую главу. Впрочем, если вам не нужна критика, на этот можно остановиться.
Грамматику тоже могу поглядеть, пока не всматривалась.
ДжинниПоттер
7.3.2008, 19:30 · Re: Научи меня любить NC-17, ДМ/ПП
Аватар
я читала, это так здорово, вот только мало очень, еще бы про них написала.
Ссылки на тему
› На форум (BB-код)
› На сайт или блог (HTML)

Ответить в данную темуНачать новую тему
1 чел. читают эту тему (гостей: 1, скрытых пользователей: 0)

Администрация не несёт ответственности за достоверность информации размещённой на форуме о любви и отношениях - она предоставлена в информационных целях и зачастую может быть не достоверна. Никакую информацию кроме правил форума не следует расценивать как публичную оферту - она ей не является. Мнение парней и девушек, пользователей нашего форума, скорее всего не совпадает с мнением администрации, ответственность за содержание сообщений лежит только на них. Всю ответственность за размещённую рекламу несёт рекламодатель, не верьте рекламе!
Сейчас: 5.12.2016, 15:24
Малина · Правила форума · Удалить cookies · Сделать вид что всё прочитано · Мобильная версия
Малина Copyright форум живёт в сети с 2007 года! Отправить e-mail администратору: abuse@malina-mix.com
Яндекс.Метрика