Малина - форум о любви и отношениях
Форум о любви · Красота и здоровье · Мобильная версия
X   Сообщение сайта
(Сообщение закроется через 2 секунды)
ИгрыИгры   АнекдотыАнекдоты   ПодаркиПодарки   RSS



 
Ответить в данную темуНачать новую тему
* 

Методы борьбы

Рилан
2.1.2008, 3:41 · Методы борьбы
Нет аватара
Название: Методы борьбы.
Автор: Рилан.
Чтобы победить могущественного врага, нужно быть очень сильным. Гарри стремится к могуществу, и кое-чего уже достиг. Вот только стоит ли идти на всё ради своей силы? Предстоящие испытания рассудят, тем более, что хватит их и Гарри, и Рону, и даже Невиллу.
Присутствует параллельный мир.
Рилан
2.1.2008, 3:42 · Re: Методы борьбы
Нет аватара
Глава 1. Плата за силу.
– Это не улыбка, это оскал! – взмолился фотограф.
Небольшая комната, со всех сторон увешанная серыми занавесками, казалась жутко душной. Гарри позировал в ней уже пол часа, и всё время что-то было не так!
– Гарри, – Слагхорн преградил дорогу подростку, рванувшемуся вперёд, – успокойся. Так надо.
– Знаю, – нехотя ответил Поттер, делая глубокие вдохи и выдохи, чтоб успокоится. Он не любил фотографироваться. Ненавидел, когда статьи про него попадали в прессу, на всеобщее обсуждение. А вот теперь сам этому способствовал. Потому что так надо. Кому?
– Не думай об этом, – посоветовал Слагхорн. – Размышляй о хорошем. Подумай, какое взрывное заклятие ты сможешь создать после этой статьи!
"О хорошем? То, чем я занимаюсь, делает меня сильнее. Это можно считать хорошим".
Про магию, среди посвящённых именуемую не иначе как "сверхсила", он узнал вскоре после смерти Дамболдора. Это понятие включало возможность использования чужих сил. Если человек переживает за тебя, он как бы посылает часть своих эмоций в пространство. Чувства сами выплёскиваются из него. И если они адресованы тебе, ими можно воспользоваться. Это есть ни что иное, как сила. Незаметная, если ты небезразличен только одному человеку, и страшная, если тебя обсуждают тысячи.
– Расслабься. – Давал указания Слагхорн. – Да сбрось ты своё напряжение! А теперь... нет, лучше не улыбайся! Просто подумай о чём-нибудь очень приятном. Как будто собираешься вызвать патронуса.
– "Слагхорн... Пожилой человек, а вон как засуетился", – нехотя подметил Гарри. Это лишний раз ему напомнило, что старый учитель видит во всём, прежде всего, свою выгоду. Слагхорну надо было в очередной раз выставить его на показ, и он это сделал. Сделал, как только понадобилось. При Дамболдоре такого не было. Гарри никому не позволил бы так с собой вести. Да что там! В те относительно спокойные времена он даже не подозревал о существовании "сверхсил".
Нельзя сказать, что нынешний декан слизерина в наглую использовал молодого мага, ничего не давая взамен. С его помощью Гарри действительно очень быстро освоился со сверхсилами. Подзывая обращённые к нему положительные эмоции, он мог создать отличного патронуса, даже не вспоминая ни о чём счастливом. При этом олень превышал свои обычные размеры раза в два, и мог освещать пространство не хуже стадионного прожектора. Стоит ли говорить, что от заступника буквально веяло силой?
Это давало некоторые шансы на победу в противостоянии с Вольдемортом, ведь тёмный маг пользовался теми же силами. О, Вольдеморт прекрасно знал о сверхсилах! Только ему не надо было вертеться, как идиоту, перед камерами. Страха, который перед ним испытывали, вполне хватало, что бы разом уложить бригаду авроров.
– Снято, – с явным облегчением сообщил фотограф.
Слагхорн отвёл Гарри в сторонку:
– Ты нормально? – Поинтересовался он, внимательно вглядываясь парню в глаза.
– В порядке, – ответил Гарри, тут же выставив ментальный блок. Тоже, кстати, Слагхорн научил. То, на что Снейпу не хватило половины года, вышло у нового профессора зельеделия за пару месяцев. Уровень мастерства, конечно, не весть, какой, но пока хватало. Война не оставила в стороне даже такого человека: старик боялся победы Тома. Сделать Гарри сильным было в его интересах. А возможно, Слагхорн просто не хотел, что б Лорд так быстро узнал об этих его уроках. Старик, как ни крути, был тем ещё манипулятором: всё, что ни делал – к выгоде.
Натолкнувшись на блок, Слагхорн принял его как отказ делиться своими мыслями. Тем ни менее, что б понять, как тяжело юноше, свободное владение Лиглименцией не требовалось.
– Если сможешь заехать в Хогвартс, у меня кое-что припасено, – предложил Слагхорн.
Гарри только помотал головой:
– Не смогу, через двадцать минут...
– Ясно, – прервал его учитель, – но как сможешь, всё же приходи.
Выйдя из комнатки, парень сразу почувствовал прохладу просторного министерского коридора. – "Комитет колдовских игр и спорта", – напомнил он себе, – "надо спуститься на четыре этажа ниже".
Слагхорн удалился, едва посчитал свою задачу выполненной. Гарри же ожидали в аврорском отделении, но только через двадцать минут. Оттуда студентов отправляли прямиком в учебку, место которой держалось в строжайшем секрете.
Учебка... Академия авроров, если точнее... Попасть туда оказалось далеко не так сложно, как некогда представлялось. Пробным методом, с первой же попытки удалось выяснить, что достаточно пойти на сделку с министром. Когда это только задумывалось, разумеется, идея Слагхорна, Гарри предполагал, что Скримджер будет в обиде на него после того решительного отказа. Но, видимо, Руфус спрятал свою гордость очень глубоко. Гарри не знал, хорошее это качество, или не очень. В любом случае, факт остался фактом: Предложение, поступившее от Поттера, приняли с распростёртыми объятиями. Министерство, в результате, получило такое необходимое им интервью с успокоительными речами и заявлением, что всё почти замечательно. А Гарри неожиданно стал студентом той самой Академии авроров. Экзамены в неё... впрочем, какие экзамены? Ему даже школу заканчивать не понадобилось.
* * *
Время было ещё только обеденное, но двое подростков, сидевших тёмной комнате, совершенно этого не ощущали. Ночная вылазка давала о себе знать. Спор, тем ни менее, они вели довольно оживлённый:
– Всё равно, он очень подозрительный тип, – заявил Рон. – С чего ты решила, что ему можно доверять?
– У тебя все подозрительные, – отмахнулась Гермиона.
– И что, я кода-то был неправ? – Рон отхлебнул ещё сливочного пива. Разговор шёл скорее по инерции. Он и сам прекрасно понимал, что особого выбора у них нет. Но этот мрачный тип, появившийся неизвестно откуда, знающий о хоркруксах, да ещё и строящий глазки Гермионе. Откуда его вообще принесло?
– Если так ставить вопрос, – как можно более беззаботно отозвалась Гермиона, – то ответ положительный.
– Положительный?! – Как-то лениво возмутился Рон, – да ты сама-то. Взять хотя бы... Снейпа! Ты даже не брала в расчёт, что он может быть не на нашей стороне.
– А вы с Гарри, значит, тогда не ошиблись, с записями принца-полукровки? – Ответила Гермиона. – Что вы тогда говорили?
– Ну конечно, – не остался в долгу Рон, – как мы могли сомневаться в мнении лучшего специалиста по книгам, за всю историю Хогвартса. Но этот... как его там, кстати, ну, в общем, неважно. Он человек тёмный, и мне его история кажется не очень-то убедительной. А то, как он узнал про... Уже всё?
Рон даже перевернул свою банку, не поверив, что его пиво уже закончилось. Слишком увлёкся беседой. Не долго думая, Рон призвал к себе ещё пива. Из-за слабого освещения невозможно было рассмотреть, откуда именно вылетела очередная порция.
– Мы всё равно должны проверить, – напомнила Гермиона. – Как только вернётся Гарри, отправляемся на место.
Рон внимательно на неё посмотрел. То, что затея ему решительно не нравится, он уже сообщал. Он ведь и сам мечтал как можно быстрее расправиться с хоркруксами, но сейчас чувствовал необъяснимую тревогу. Слишком легко оказалось отыскать этот самый пятый хоркрукс. Ни в какое сравнение не идёт с мучениями, испытанные ими во время поиска четвёртого. Появиться там они должны вместе с Гарри. Лучше б они отправились проверять ловушки своими силами. Только как же донести это до Гермионы, что б она к нему прислушалась?
– А может, сами по быстрому всё проверим? – Предложил Рон, – мы ведь, в отличие от Гарри, теневые фигуры. Нам проще.
Гермиона как-то странно на него посмотрела:
– Хочешь поменяться с ним местами?
– Что? – Не понял Рон.
– Тебе не нравится быть "теневой фигурой", – неожиданно спросила бывшая староста.
– Да! То есть, нет. То есть... я вообще не о том, – наконец сориентировался Рон. – Моё мнение, раз уж спросила, Гарри было бы намного легче, если б он не ненавидел так свою известность. Другие же могут наслаждаться ей, и горя не видеть. А он, одновременно ненавидит известность, и стремится к ней. Его ж теперь фиг чем расшевелишь!
Гермиона задумчиво вертела свою банку в руках. Она не знала, как можно помочь Гарри. Последнее время он стал совершенно неузнаваем: ходит весь мрачный, разговор может вести только о деле. Или о другом деле. За последнее время ни разу не сыграл с Роном в шахматы. И даже ей не удалось вдолбить ему, что организму хоть иногда надо давать отдых, если не хочешь основательно подорвать здоровье.
Рон между тем снова напомнил о своей идее:
– Ну, так как, слазаем туда вдвоём? Так получится надёжнее... Да что же это опять такое! Ассио сливочное пиво!
Резкий возглас друга вывел Гермиону из задумчивости.
– Нет Рон, – ответила она, – мы можем не справиться без Гарри.
* * *
В это время в очень далёком мире, ужасно похожем на тот, в котором вели свой обыденный разговор друзья, творились совсем другие события. Вернее, сначала в нём всё развивалось так же: сосуществовали миры магов и магглов, те же люди и там и здесь совершали те же поступки, но потом что-то пошло не так. Гарри Поттер, совсем ещё мальчик, только поступивший в школу магии и чародейства «Хогвартс», был убит в запретном лесу.
Новость потрясла магический мир. Но это оказалось всего лишь началом. Спустя некоторое время последовали куда более ужасные события...
Из Хогвартса стремительной походкой вышел пятнадцатилетний мальчик с немного вытянутым лицом и белыми волосами. Впрочем, несмотря на то, что он учился ещё только на пятом курсе, любой в Хогвартсе узнал бы Драко Малфоя. А хорошо знающий его человек удивился бы такой непривычно стремительной походке. Но вот молодой Малфой чуть пошатнулся, и поспешно отошёл в сторону, что б переждать превращение.
Уже через пол минуты на его месте стоял лорд Вольдеморт. Поводив немного по своей одежде палочкой, он преобразил обтягивающую его форму школьника-слизеринца в чёрный плащ нормального размера. Оглянувшись последний раз на замок, Лорд тьмы двинулся прочь, стремясь поскорее выйти за барьер, не позволяющий аппарировать.
В принципе, он бы мог не в кого не превращаться: школа, как и вся страна, была под его полным контролем. Остатки Ордена Феникса, давно залёгшие на дно, но всё же пытающиеся вести партизанскую войну – не в счёт. Лорд искренне не понимал, на что они надеются. То, что он выиграл эту войну, стало понятно уже тогда, когда никто не явился отвоёвывать занятое Пожирателями смерти министерство. Тогда они перестали прятаться от авроров – "Вот они мы, возьмите, если сможете". Но нет, им не хватило ни духу, ни сил.
Казалось бы, Вольдеморт наконец-таки добился исполнения своей мечты. Англия под контролем. Соседние государства не вмешиваются. Вмешиваются, вернее, со своими попытками завязать мирные отношения и обезопаситься от нападения. Но это всё, на что они пока способны. Все боятся! Радоваться надо. Но как бы не так! Теперь Вольдеморту хотелось получить нечто большее. Сделать то, чего так боялись соседние государства. Новое нападение!
Сейчас, когда битвы только утихли, Вольдеморт не считал возможным заставлять своих приспешников куда-либо нападать. – "Пожиратели должны немного отдохнуть, иначе не смогут чувствовать радость от причиняемой боли". – Несложное соображение, но решить эту задачу могло только время. Опять требовалось выжидать. Что же касается нового, подконтрольного ему аврориата, то тут вообще тяжёлый случай. От прежней организации удалось унаследовать лишь название.
Три года назад, когда Том только-только возродился, всё было по-другому:
Никто, кроме самых верных слуг не знал, что он вернулся. Зато сам он знал всё. Был полон сил и планов как разделаться с тем или иным магом. Теперь же враг остался только один.
Всё бы ничего, есть как переждать затишье, только Невилл Лонгботтом – это не враг, а какая-то тень пародии на нечто, напоминающее противника. И сегодня Вольдеморт устроил маскарад с применением оборотного зелья вовсе не из ностальгии по детству. Просто хотелось посмотреть, что представляет из себя "избранный", как противник. Результат оказался неутешительным: Снейп определённо перехвалил мальчишку, классифицировав его как "бездарность и полное ничтожество".
– "Хм, на уроках зелий он возможно и дотягивает до этого", – продолжал оценивать ситуацию Реддл, – "всё-таки сотворить ТАКУЮ смесь из абсолютно безвредных ингредиентов! Северус, вероятно, и сам не знает, как такое возможно".
Единственное, на что Лорд не мог жаловаться – у противопоставленного ему мальца имелась предрасположенность к окклюменции, которую Дамболдор успел как-то усилить перед своей смертью. Но на фоне того, что Лонгботтом не мог спокойно пройти по коридору, не задев что-либо по пути, это казалось совершенно незначительным.
Почему же тогда пророчество недвусмысленно указывает на мальчишку, которому сам он смог оставить лишь шрам?
– "Расправится с таким – слишком просто и скучно даже для самого бестолкового Пожирателя. Пытать его? Но это удовольствие максимум на сутки. И то, если малец крепок". – В последнем лично Вольдеморт очень сильно сомневался. Удивительно, как Лонгботтом до сих пор сам себя не прикончил. – "Идея! Так и сделаю!"
Вольдеморт, давно уже вышедший за пределы защитного поля Хогвартса, на радостях прибавил шагу. Его воображение уже взялось за прорисовку плана. Плана, который без сомнения превратит жизнь "последнего врага" в ад, которого не удалось бы добиться ни одним пыточным проклятьем.
Сообщение отредактировал Рилан - 30.6.2013, 8:22
Рилан
2.1.2008, 3:43 · Re: Методы борьбы
Нет аватара
Глава 2. В академии.
Полигон, на который вскоре попал Гарри, представлял собой усыпанную песком площадку. Бескрайнее песочное поле, перекрываемое такими же песчаными холмами, простиралось до самого горизонта. Как в пустыне. Только на самом деле такой вид был обыкновенной иллюзией. Уроки боевой магии проходили на куда более ограниченной территории.
Ганс с Марком были уже здесь, и в данный момент, по-видимому, пытались вспомнить одну из стандартных защитных комбинаций:
– Да нет, он это как-то не так делал, – пытался втолковать Марк. – Помнишь, сначала сногсшибатель был, затем дезориентирующее, а потом вот... Ну, ты помнишь, у него потом палочка в левой руке очутилась.
"Уход ошпаренного тролля", – безошибочно определил Поттер. Он прекрасно знал этот приём, но идти к однокурсникам и показывать его не решился. Оба парня были куда старше, и Гарри с ними почти не общался. Да что там, он даже не знал, на каком факультете эти ребята учились. Всё-таки магическую школу они окончили отнюдь не в прошлом году.
По меркам аврорской учебки, нынешний набор студентов оказался просто огромным. Включая Гарри – целых четыре человека. Четвёртой, кстати, единственной, поступившей сюда, как и положено, сразу после школы, оказалась Кэтти Белл.
Вспомнив о ней, Гарри вздохнул. Справлялась его старая знакомая неплохо, но Поттер был уверен – ей здесь не место. Могла бы ведь пойти куда угодно! Конечно, безопасности сейчас нет нигде. Возможно, аврорам даже лучше – они хотя бы постоять за себя могут, но всё же, не её это.
В поле зрения Гарри опять попал Ганс, что-то увлечённо показывающий своему другу жестами. Лектора до сих пор не было, и Гарри вновь вернулся к своим размышлениям.
"Кэтти. Война начала её затягивать ещё в бытность его учёбы в Хогвартсе", вспомнил он. "Младший Малфой пытался пронести чёрномагический медальон именно с её помощью. Но что теперь?"
Больше всего Гарри боялся, что Кэтти решила стать аврором только из мести. При призыве частичек чужих эмоций, проще – сверхсилы, он чувствовал эти самые эмоции по-особому. Желание мести само по себе обладало страшной разрушительной силой. Силой, разрушающей, прежде всего, душу испытывающего её. Ему, конечно, и своих проблем хватало, но об этом Гарри как раз старался думать как можно реже. А вот за Белл, после смерти её матери, он беспокоился всерьёз. Она тогда вообще сильно изменилась, и это до сих пор не проходило.
– Привет, Гарри, – автоматически поздоровалась Кэтти, появившись из бункера, служившим входом на площадку. Поттер только кивнул в ответ, вновь вернувшись к своим мыслям:
"Легка на помине. О, чуть не забыл!"
– Ты принесла конспект?
– Конечно, – прозвучал безразличный ответ, – он остался в раздевалке, потом передам.
На этом все разговоры прекратились. Кэтти стояла абсолютно неподвижно. Гарри принялся неспешно расхаживать взад-вперёд: ему, наконец, удалось переключиться на насущную проблему – необходимость выделить немного времени для разбора записей Кэтти. Самостоятельное прохождение программы седьмого курса Хогватса задним числом к лёгким задачам не относилось.
Инструктор – уже не молодой аврор в круглых очках, которые по старомодности вполне могли поспорить с Гарриными, появился строго к назначенному времени, тут же сделав объявление:
– Вам должно быть об этом известно, – бодро начал мистер Элман, – но, на всякий случай, напомню ещё раз: десятого числа вы проходите экзамен на первый уровень. Всё, что необходимо, мы прошли. Осталась только "сфера страха", ей сегодня и займёмся. Вопросы есть?
Вопросов задавать никто не стал, но вообще, Гарри искренне не понимал эту суету с уровнями. У авроров они использовались для определения имеющихся навыков, знаний и опыта, и всего их было восемь. Но вот зачем защищать первый уровень, если его, как известно, присваивают даже тем, кого выгоняют из академии в первый же день?
Следующие пол часа шла лекция. Меньше всего это было похоже на уроки в Хогвартсе. Студенты полукругом стояли вокруг инструктора, и тут же делали пометки того, что посчитают важным в его речи. А важным там было практически всё: Элман позже спрашивал материал чуть ли не дословно. Ганс для записи лекций очень кстати купил самопишущее перо – здесь это только приветствовалось. Ему достаточно стало просто приказать артефакту записывать за Элманом. Гарри тоже мог бы себе такое позволить, но предпочитал стоять и делать пометки.
– …Таким образом, – продолжал инструктор, – этот щит способен надёжно защищать от большинства средних, и всех без исключения низших заклятий. И, как любая сфера, прикрывает своего создателя со всех сторон.
Лектор ненадолго прервался, оглядев собравшихся вокруг него студентов, и продолжил уже чуть медленнее:
– Надеюсь, вы не будете повторять ошибок своих предшественников, стесняясь использовать такую защиту только потому, что в её создание нужно вложить свой страх. Я говорил это раньше, и сейчас повторю: жизнь потерять не трудно, и не стоит этого делать только из-за пренебрежения к некоторым возможностям. Использовать нужно всё.
– "Использовать нужно всё", – мысленно повторил Гарри, – "так ли уж и всё?" – Последнее время его уверенность в этом вопросе шаталась всё сильнее. Особенно, с тех пор, как с подачки Слагхорна о нём написали книгу. Это было невыносимо…
– Вопросы есть?
Резкий вопрос Элмана вывел Гарри из задумчивости.
– Ганс? – По обыкновению, напоследок опрашивались те, кто имел особенность что-то уточнять. Ганс никак не отреагировал. – Отлично, – тут же переключился Элман – Гарри?
– Есть, – тут же отозвался Поттер. – Мы ведь сейчас проходим щиты с высоким коэффициентом сдерживания. Почему тогда сфера страха не годится против сильных проклятий и высшей магии?
– Знаешь, Гарри, – сказал Элман, – вот именно в этот раз я надеялся, что ты не будешь меня спрашивать. Этот щит тебе не подойдёт. Я ещё ни разу не замечал в тебе страха.
– Им могут прикрыться от меня, – напомнил Гарри.
– Верно, – ответил инструктор, – что ж, всё равно б сказал: сила щита напрямую зависит от вкладываемого в него страха. И теоретически, он действительно способен блокировать некоторые заклинания высшей магии. Но практика показала, что для этого нужно испытывать такой ужас, при котором человек едва способен воспроизвести нужное движение палочкой.
Элман взглянул на часы:
– Что ж, вижу, времени у нас осталось мало, так что сферу попрактикуем в следующий раз. Сегодня вторник, следовательно, режим "каждый сам за себя".
Зная, что будет дальше, Гарри поспешил убрать подальше свой пергамент.
– Чего вы ждёте! – Элман в который раз счёл движения будущих авроров слишком медлительными. – Раз, два, три, начали!
Инструктор произнёс всё это с такой скоростью, что студенты едва успели отослать заклинаниями свои конспекты куда подальше. Не прошло и секунды, как к Гарри понеслось первое заклинание. А ещё через столько же времени закипел настоящий бой.
Пользуясь тем, что все его соперники прямо перед ним, Гарри мысленно произнёс:
– "Унда аетереус!"
Рука автоматически воспроизвела необходимое движение, воздух перед Гарри как будто сгустился, и в следующий момент к остальным студентам понеслась ударная волна. Она смела бы всех троих, но ребята, которых здесь учили тому же, чему и Поттера, без труда защитились.
Даже в такой группе Гарри умудрился стать фаворитом, а с лидерами, как известно, надо разбираться в первую очередь. Поттер настолько привык что "каждый сам за себя" ничем не отличается от "все против Гарри", что атаковал по возможности сразу всех. Ответ не заставил себя ждать: Ганс послал сильнейшее болевое заклятие, Марк, не долго думая, запустил сногсшибателем, а Кэтти, заходя сбоку, принялась воспроизводить сложное самонаводящееся проклятие, само находящее жертву.
Резкий шаг в сторону и разворот. Уход, с виду, не сложный, но какой полезный! Два проклятия прошли мимо, Кэтти снова на виду, Ганс – тоже не потерялся. Марк, правда, сзади, но это ненадолго.
– "Протего!"
Ярко-синее, искрящееся заклинание Кэтти, в поисках цели начало выписывать в воздухе свою извивающуюся траекторию. Врезавшись в обычно едва заметное щитовое заклинание Гарри, оно сделало щит таким же ярко-синим и искрящимся. Сам Гарри тем временем уже ставил блок на режущее проклятие Ганса, пущенное под ноги. Легонько отпрыгнув в сторону, он пропустил дальше пущенную Марком белую вспышку, которая с резким свистом понеслась в сторону Кэтти. – "теперь пусть она уворачивается".
Это могло бы кого-нибудь сильно удивить, но Гарри приходил в восторг от подобных тренировок. Здесь его оставляли любые проблемы – о них просто некогда думать. Он практически ничего не замечал, даже инструктора и пейзажей полигона. Трёх противников с их проклятиями и неплохой защитой вполне хватало. Почти такое же чувство невесомости, как при полёте на метле.
Хотя, нет! Ощущения, вызываемые полётами, давно притупились. Но это было даже лучше самого первого полёта! Гарри прекрасно чувствовал возможности противника, их силу, их превосходство. Одна ошибка равнялась проигрышу. Но он так же чувствовал, что может этой силе сопротивляться. Бой шёл, а он держался, до сих пор держался. И Гарри так же прекрасно знал, что пока не ошибётся, общая сила противников, которую он ощущал почти физически, едва ли что ему сделает.
Гарри этого не видел, но Элман, стоящий чуть в стороне, очень внимательно наблюдал за ним. В принципе, он, будучи инструктором, и так имел обязанность за ним наблюдать, как за самым центром потасовки. Однако на этот раз у Элмана был дугой интерес:
– "Отчаянный мальчишка, уже который раз дерётся против всех, и всякий раз терпит поражение. Другая тенденция: сражения длятся всё дольше. Победит ли сегодня?"
Студенты меж тем продолжали кружиться в своих замысловатых траекториях и обсыпать друг дружку разнообразными порчами и проклятиями. Все четверо делали это невербально, но опытному аврору созерцания характерных движений и цветов лучей вполне хватало. Элман легко различал кто, что, и как применил.
На его глазах, Гарри, постоянно вертящийся, и отражающий обратно всё, что отражается, попытался выполнить комбинацию проклятий, отбиться от которой почти невозможно.
– "Так, это – крыло Гиппогрифа", – намётанным глазом определил Элман. – "Ах, это было ложное крыло". Мальчишка запустил в конце цепочки совсем не то, что от него ждали.
– "О, а тут уже "пламенный дракон" в исполнении Ганса. Заметит ли Гарри?"
Гарри заметил. Он знал все последовательности, изучаемые первокурсниками до конца года, так что распознавать их среди мельтешащих перед глазами разноцветных лучей труда не составляло. Комбинация, на его взгляд, не имела ничего общего ни с пламенем, ни с драконами, но легче от этого не становилось.
Поттер уже готовился плести против него защиту, как почувствовал несогласованность. Кэтти, тоже собиралась атаковать, хотя Ганс, похоже, рассчитывал, что она, как занявшая удобную позицию слева от него, прикроет. Гарри и сам не знал, как это понял, ощущение, что союзники не чувствуют друг друга, как будто на мгновение повисло в воздухе. Воспользовавшись заминкой, он тут же стремительно атаковал:
– "Ступерфай! Петрификус Тоталус!"
И тут же закрылся полупрозрачной сферой, от неизвестного заклинания Марка. Сфера исчезла уже в следующий момент. Что б увернуться от последовавших заклинаний сразу троих волшебников, Гарри пришлось резко залечь на песок.
А затем ещё резче подбросить себя самолевитацией. Землю под ним пропахало сразу тремя проклятиями, пущенными с разных сторон. Первой в поле зрения появилась Кэтти.
– Инкарцеро!" – Не задумываясь атаковал он.
Привычные белые канаты вырвались с конца палочки, и… тут Гарри что-то упустил. Его резко закрутило в воздухе, от чего небо и земля смешались. Вскоре он не смог видеть и это – зрение резко отключилось, и перед глазами встала сплошная темнота. Но зато он всё ещё смог почувствовать, как тело полностью расслабляется, больше не подчиняясь ему. И ещё, Гарри успел расслышать усиленный магией крик инструктора:
– Стоп, достаточно!
Поттера тут же расколдовали и помогли подняться. Как только зрение восстановилось до своего прежнего состояния, он смог взглянуть на Элмана. Тот, как ни в чём не бывало, стоял на своём обычном месте. Остальные ученики выглядели недоумённо, должно быть, как и сам Гарри. Обычно в ходе сражения выявлялся победитель.
– Время, – спокойно пояснил Элман. – Мы сегодня немного задержались на теории, время вышло. Все свободны, идите, переодевайтесь.
Не задерживаясь здесь больше ни секунды, инструктор поспешил покинуть полигон. Гарри быстро взглянул на свои новенькие часы – "действительно, время". Его уже ждала другая, скрытая от министерства, площадка. Теперь, после тренировки в обычных условиях, требовалось попробовать всё то же самое с применением сверхсил. Впрочем, как знал Гарри, ребятам сейчас тоже не дадут расслабиться.
– У вас сейчас зелья? – Поинтересовался он у них. Самого Поттера до других уроков не допустили:
– "только боевая магия, как договаривались" – напомнил ему тогда  министр, лично присутствовавший на первой тренировке. – "Остальное – по отдельной договорённости. Если договоримся…".
– Перемещения, – буркнул Марк. Его ответ отвлёк Гарри от воспоминаний. Ни Слагхорну, ни, тем более, министру Скримджеру он не говорил, что на самом деле рад отсутствию других занятий в аврорской академии. И если к зельеварению в этом заведении он относился так же, как к аналогичной дисциплине в Хогвартсе, то перемещения у него ассоциировались с прорицаниями. Поттеру, по крайней мере, они казались столь же полезными. Аппарировал он и так отлично. Местная "школа полётов" различалась с той же "школой", через которую проходили члены факультетских квиддичных команд на ежедневных тренировках, так же, как и мастерство самих школьных игроков и профессионалов квиддичного спора высшей лиги. И пусть в Хогвартсе ученики тренировались под присмотром более опытных студентов, а здесь за ними наблюдает профессиональный тренер: Всё равно, Кэтти смогла бы сдать норматив сидя на метле задом на перёд и с завязанными глазами.
Пожалуй, единственно полезное, чему его могли бы научить на перемещениях – создание портключей. Но зачем же, спрашивается, кому-то обучать этому Поттера, если министерство магии так следит за их использованием, а гражданскому, по определению, запрещено их создавать.
Ставшее привычным выражение отчуждённости на лице, при воспоминании об этом, ненадолго сменилось ухмылкой. – "Им незачем меня этому учить. Уже незачем.
Где министерство не пройдёт
Друзья всегда помогут…".
* * *
В другом мире, тем временем, лорд Вольдеморт сидел в отделе секретов – пожалуй, самом загадочном месте во всём министерстве магии. Тут было, на что посмотреть. Взять, например, хотя бы те полупрозрачные сферы. Они висели прямо посреди комнаты, в которой, из-за темноты, не представлялось возможным понять: где вообще стены и потолок. Обыватели магического мира не имели о них никакого понятия. Некоторые учёные, занимающиеся аномалиями, наталкивались на названия этих загадочных объектов. А Вольдеморт – он ещё в молодости интересовался такими вещами, и вот оно, свершилось, – теперь можно не только взглянуть на чудеса магии, но и поиграть с ними, если очень хочется.
Шарики скользили под взглядом Лорда уже не первый час, но он, казалось, и не замечал их. Огонь в красных глазах потух. Достойное решение проблемы до сих пор не находилось.
Задача казалась такой простой. Но как опустить Лонгботтома, если падать дальше уже некуда? А если и есть, это явно не даст нужного эффекта.
Лорд неспешно перевёл взгляд с одной сферы на другую, такую же.
Задача имеет устраивающее его решение, лучший в мире манипулятор, из ныне живущих, конечно, не сомневался в этом. И он его найдёт. Обязательно.
Сообщение отредактировал Рилан - 30.6.2013, 8:11
Рилан
3.1.2008, 7:55 · Re: Методы борьбы
Нет аватара
Глава 3. Объявление.
Как хозяин дома, Гарри имел лучшую в поместье комнату. Когда-то в этом помещении на третьем этаже тосковал Сириус, и вот, теперь, пришёл черёд Поттера. Юный маг сидел, забившись в угол. Нет, комнату вовсе не обделили мебелью, напротив, она была превосходно обставлена в каком-то там стиле. Но парень предпочитал сидеть так. Здесь всё равно никто не увидит. Слагхорн может быть спокоен, репутация не пострадает.
Для того, чтобы добраться сюда сегодня, пришлось красться мимо своих спящих друзей. Оказалось, что Рон с Гермионой вознамерились подождать его в гостиной. Опять хотели поговорить.
Но Гарри не желал сейчас ни кого видеть!
О чём им говорить, о делах?! Поттер считал, что на  сегодня посвятил этому достаточно времени.
А может, еще лучше, они решили, что его стоит развлечь? Как будто не понимают, что об этом даже думать противно!
Гарри повертел в руках книгу. Даже не книгу – небольшую книжицу, с уже затёртым до дыр переплётом. Глаза у парня были открыты, но сейчас, когда ему ни что не мешало, ничего из окружающей обстановки он не видел. Вместо мрачных стен перед его внутренним взором стояли воспоминания: Рождество в Норе. Сад тогда весь покрылся снегом. И, вопреки предосторожностям Дамблдора, всё-таки состоялся разговор с Министром магии.
Это было первое предложение. Всего лишь первое. В тот день Гарри удалось хорошенько отшить Скримджера – до конца учебного года тот к нему не совался. Позже Поттеру пытались навязать и другие сделки, от которых можно было отказаться ни чуть не менее эффектно.
Наивный, он тогда ещё не знал, чем придётся заниматься. Только сейчас вот Гарри ясно понимал, что несколькими поездками в министерство он бы ещё очень легко отделался.
А потом пошло. Начиналось, как и всё остальное, с мелочей. Сверхсилу, видите ль, надо поддерживать! И что, это и есть поддержка?
Как же иногда бывает противно!
Это воспоминание сменилось более поздним: На этот раз Гарри находился в Хогвартсе, а точнее, в кабинете Слагхорна. Голова гудела, и ничего удивительного в этом не было. Мягкий ковёр, созданный старым учителем специально для занятий с Гарри, уберёг того от боли в локтях, которая могла бы появиться при падении. Но головная боль от этого только лучше чувствовалась. Ещё бы, старому учителю удавалось прошибить его блок всё реже, но зато, когда удавалось, это становилось всё болезненнее.
Обнаружив себя лежащим на ковре, Гарри готовился быстрее вскочить, готовясь к следующей, более удачной попытке сопротивляться, но Слагхорн его остановил:
– Не мучай себя этим, Гарри.
Поттер не сразу понял, что тот имеет в виду, но Слагхорн, видя его замешательство, разъяснил подробнее.
– Тебе не нравится то, что ты делаешь, – сказал он, – это чувствуется. Но ты не обязан мучить себя этим. Выкини переживания из головы, иначе не сможешь защититься!

Обычно Гарри так и поступал. Старался не вспоминать о том, куда всё это повело его дальше. Загонял это как можно глубже. Но сегодня – не тот день. Скопившееся внутри должно получить выход! Гарри не пытался заминать не единой детали.
Зажавшийся в угол юноша сильнее сжал книжицу, которую до сих пор мучил. На самом деле, несмотря на своё состояние, она была почти новой. Всего-то пара месяцев со дня впуска. Это был не учебник по высшей магии, и не аврорское пособие. Книжица вообще не имела не малейшего отношения к защитной магии. На затёртом переплёте легко читалось:
"Ялдред Уорпл"
А чуть выше автора, в самом центре, крупными буквами было написано:
"Великие и знаменитые маги нашего времени: Гарри Поттер.
Издание второе, дополненное".

* * *
Наутро, в другом мире.
– "Лунный камень издавна имеет огромное значение в зельеделии. Используется, как правило, в виде порошка, в который его необходимо растереть. Да, так и отвечу".
Невилл Лонгботтом, студент пятого курса из колледжа Гриффиндор, опаздывал на завтрак. Большинство ребят уже спустилось в большой зал, но Невилла это мало волновало. Перекусить он всё равно успеет. А вот предстоящее сдвоенное зельеделие – истинный кошмар.
– "Лунный камень применяется в усмирительном зелье. Вот бы напоить таким Снейпа, или Амбридж".
На самом деле умудрённый опытом студент не на секунду не верил, что дополнительное повторение ему поможет. Если Снейп решит, что сегодня с Гриффиндора стоит снять, ну, хотя бы, тридцать четыре балла, Невилл будет терять их хоть по одному, хоть по два, не имеет значения как. Зельевару не составит труда найти, к чему придраться. И тем ни менее, Невилл повторял упорные попытки заучить хоть что-нибудь.
– "И вообще, эта Амбридж... нет, не то, Зелья. Надо сосредоточиться на зельях. Лунный камень... так, на чём я остановился?"
Феноменальная рассеянность мешала Невиллу, сколько он себя помнил, и не только в учёбе.
– "Лунный камень используется..."
С неприятным скрипом Невилл провалился ногой сквозь исчезающую ступеньку. Пришлось осмотреться:
– "Всё правильно, эта лестница, четвёртая ступенька сверху. Впереди ещё одна, такая же".
Так просто высвободить ногу из плена не удавалось. Впрочем, Лонгботтом такого и не ждал. Пришлось лезть за волшебной палочкой, которая, как он помнил, должна была находиться в сумке. Заклинание, позволяющее высвободиться, он знал очень хорошо. Жизнь научила. Невилл занёс палочку, но та, к его несчастью, выскользнула из пальцев. Перехватить её не получилось, так что вскоре она докатилась до самого низу.
День не задался. Как будто мало одних только сдвоенных зелий. Невилл, тем ни менее, не сдавался. Выйти можно и не из такой ситуации, в этом он не раз убедился на собственной шкуре. Другое дело – как выйти?
Достав пособие по чарам, Невилл вставил его в одну из щелей ступеньки, и использовал несчастную книгу как рычаг. Жёсткий переплёт учебника очень помогал. Мигом высвободив ногу, Невилл устремился вниз. Как-то его палочка уже терялось – запомнилось надолго. Необходимо вернуть её как можно скорее.
Невилл спускался очень быстро, и, как и следовало ожидать, вскоре раздался новый скрип.
– "Ну, конечно, вторая ступенька!"
На сей раз, парень чуть не сломал ногу. Впрочем, схема давно отработана. Невилл вновь потянулся за книгой по чарам. Он уже очень давно перестал задаваться вопросом, кто и зачем понаставил в замке столько ловушек.
Спустя две минуты добраться до большого зала всё же удалось. День, возможно, не такой уж и плохой. Пивз, по крайней мере, ещё не встречался. Завтрак уже, правда, заканчивался, но это ничего. Гул от разговоров учеников всё ещё сильный, и расходиться ещё не начали – самое время.
Сидел Невилл, по давней привычке, чуть в стороне от однокурсников, за одним из четырёх школьных столов. Он торопился побыстрее разобраться с едой. Напротив него о чём-то болтали Дин с Симусом. Чуть дальше мило сплетничали Лаванда с Парвати. Справа же сидела Гермиона, оживлённо переругивающаяся с Роном.
Прислушавшись к ним, Невилл даже чуть улыбнулся. Вчера, он совершенно чётко помнил, Рону удалось вывести отличницу из себя настолько, что она на пол гостиной пообещала, что не будет обращать на него внимания. Очевидно, от соблазна прокомментировать особенно тупой, с её точки зрения, поступок, всё же не удержалась.
В общем, всё протекало как обычно. Протекало, пока из-за учительского стола не поднялся директор, и не попросил тишины.
Антонин Долохов, человек с бледным, вытянутым лицом, держал речь перед этим залом только один раз – когда в начале года вступил в должность нового директора школы. Само его назначение привело к тому, что многих студентов просто не отпустили в школу. Несмотря на то, что нынешний пятый курс сохранился в полном составе, явственно чувствовалось, что многих не хватает.
– Итак, – начал свою речь директор, растягивая на лице улыбочку. – Как я и обещал, в школе будет многое изменено и улучшено. Сегодня, я хочу сообщить вам, что учебные часы уроков по Защите от сил зла, сокращаются вдвое.
По залу пронёсся гул, который в целом вполне походил на одобрение. Очередного профессора по защите не любил никто. Об это почти не говорили, по крайней мере, при Невилле, но доходили слухи, что эта ведьма работала ещё при старом министерстве. То, что она имела занятость и сейчас, при полной замене кадров, было чудом, но, узнав изворотливую буквоедку поближе, удивляться переставали.
Антонину пришлось усилить свой голос специальным заклинанием, что бы перекрыть гомон.
– Вместо этого, – продолжил он, – в Хогвартсе вводится специальная игра, цель которой многократно вас усилить. Военная игра поможет вам не стать лёгкой мишенью на любой войне. Участвуют все студенты, кроме первых курсов.
Далее пошло перечисление правил. Директор, в отличие от профессора по защите от сил зла ненавидел произносить речи. Да и не умел это делать. Тем ни менее, разобрать, в чём суть, оказалось вполне реально. Каждому участнику выдавался жетон, символизирующий жизнь. Этот самый жетон нужно было отстоять в сражениях, отбирая, по возможности, чужие. При том сражаться разрешалось везде, где вздумается, что действительно на прочь перекрывало правила, существовавшие при предыдущих директорах.
Невилл тут же прикидывал последствия. Гермиона, судя по озабоченному виду, тоже. Рон наоборот развеселился, решив, что это будет весело. Директор же, не обращая ни на что внимания, торопился поскорее покончить с выступлением:
– Игра командная. Можно сражаться и по одиночке, но долго так не продержаться. Победят, как вы поняли, те, кто соберут подавляющее количество жетонов.
Проговорив это, Долохов всё же соизволил присмотреться к слушателям. Нововведение вовсю обсуждалось, но большинство ребят всё же ждали, чего он ещё поведает.
– И последнее, – сообщил Антонин, – собирать свою команду могут только лидеры. Достойных определит магическая жеребьёвка очень могущественного артефакта.
Рилан
3.1.2008, 7:56 · Re: Методы борьбы
Нет аватара
Глава 4. У пещеры слепого мастера.
Чуть раньше, в мире Гарри.
Прыжок в пространстве, ещё один, и ещё... Аппарацией всех троих друзей управляла Гермиона. Место, к которому требовалось попасть, оказалось очень отдалённым. Далеко за пределами Англии. Гарри уже давно перестал обращать внимание на неприятные ощущения, связанные с таким способом перемещаться, как всё вдруг прекратилось.
– Это тут, – сообщила Гермиона, – нам надо к тому пригорку.
Гарри огляделся. Они попали в окрестности какой-то горной деревушки. Здесь, как и в Лондоне, тоже стояла ночь, но воздух был куда более свежим. Видимость – вообще замечательная: на белом нетронутом снегу при полной луне всё просматривалось до ближайших утёсов. Деревенька, правда, имела свои, искусственные источники освещения, но друзья туда не смотрели, им предстояло пробираться в противоположную сторону.
– Красиво, – вздохнул Рон, оглядывая ландшафт.
– Ага, – буркнул Гарри, – а у Люпина опять беспокойная ночка.
– Ну что, пошли? – Не дожидаясь ответа, Гермиона двинулась вперёд, показывая дорогу. Рон последовал за ней. Гарри же решил задать вопрос, который не успел разрешить ещё до выхода на место:
– Почему вы решили, что хоркрукс спрятан именно здесь?
– Здесь во времена Тома жил какой-то крутой старик, – пояснил Рон, – жил себе, жил, а потом вдруг таинственно умер. Он вполне мог быть одним из наставников Риддла.
Снегу местами было по пояс, но Гермиона, хотя и с великим трудом сдерживалась, чтобы не пыхтеть от натуги, всё же нашла силы объяснить подробнее:
– Ещё до первой войны здесь жил некий Астимзий, – сказала она. – Он был слепым, но, если то, что я узнала, правда, – настолько владел Леглименцией, что мог спокойно разгуливать по улице, глядя на мир глазами случайных прохожих.
– Мощно, – поразился Гарри, – но не думаю, что прохожие приходили в восторг от вторжения постороннего в их сознание.
– Так и есть, – пропыхтела Гермиона, – его выгнали из деревни. Кстати, мы почти добрались. Вон оттуда можно будет увидеть пещеры, в одной из которых поселился Астимзий после изгнания.
– Как тут вообще можно жить?! Жуть, – счёл нужным поделиться своим мнением Рон. – Что здесь вообще делать нормальному человеку?
– Он был сильным магом, Рон, – напомнила Гермиона, – такой волшебник в состоянии наколдовать себе уютное жильё.
– Меня другое интересует, – всё же сказал Гарри. Он шёл последним, по уже почти проделанной в снегу борозде, так что, несмотря на увешивающую его гору оборудования, рассуждалось Поттеру легче всех. – Для лиглеменции очень важен зрительный контакт. Слепота ему не мешала?
– А кому она не мешала, – пожала плечами Гермиона. – На самом деле – не знаю. Сведений сохранилось очень мало. Известно, что Астимзий был действительно выдающимся мастером. Вероятно, нашёл какой-то способ обойти это препятствие. Можно ведь обойтись и без зрительного контакта.
– Можно, – согласился Гарри. О том, что ему это до сих пор не удаётся, он решил пока помолчать.
Последующие пять минут путники продвигались молча. Пока не добрались, наконец, до места назначения. Их взглядам открылась поляна, что ли, находящаяся на дне горного оврага. Ничем примечательным она не выделялась: камни, покрытые толстым слоем снега, и несколько древних и давно высохших деревьев.
– Здесь он и жил, – вздохнула Гермиона. – Вход в пещеру, должно быть, засыпало. Его ещё придётся поискать.
– Что же, твой Джек его так и не нашёл? – поинтересовался Рон.
– Мы договорились встретиться здесь, – невозмутимо ответила Гермиона, – вот все вместе и поищем.
– Постойте, – Гарри понял, что немного отстал от жизни, и решил уточнить: – Джек, это информатор?
– Угу, – буркнул Рон, – должен ждать нас здесь. Может, уже ушёл?
Гермиона промолчала, внимательно оглядывая всё вокруг. Гарри сосредоточился, пытаясь почувствовать магию, как это некогда делал Дамблдор, но так ничего и не уловил.
– Вообще-то, это странно, – наконец, сказала Гермиона, – следов нигде нет, а вон там снег взъерошен, как будто их замели заклинанием. Но это глупость, Джеку незачем от нас прятаться. К тому же, мы договаривались, что не будем аппарировать непосредственно к пещере Астимзия.
– Может, это всё же не он, – предложил Гарри, – взгляни, вон там тоже снег как-то не так лежит, и там.
– Подозрительно всё это, – согласился Рон, – может, лучше не соваться сюда сегодня. Мало ли, что этот Джек напутал.
– Мы уже сунулись, – напомнила Гермиона, – к тому же, надо разобраться с этим побыстрее...
Неожиданно тишину глухой поляны прорезала серия хлопков.
– "Ступерфай!" – Сориентировался Гарри ещё до того, как понял, что произошло. Появившаяся фигура в чёрном плаще легко отбилась.
– Это ловушка, – прикрикнул Гарри на друзей, – Аппарируйте!
Рон с Гермионой и сами это поняли. Появление дюжины фигур, закутанных в одинаковые чёрные плащи, с белыми масками в комплекте, могло означать только одно – они крепко влипли. При этом маги, похоже, знали, куда идут. Вместо того, что бы попадать в снег, они висели в нескольких футах над землёй, поддерживаемые самолевитацией. Группу возглавлял... о нет, ну точно влипли!
Раздался негромкий хлопок, с которым обычно исчезала Гермиона, но тут над полем пронёсся еле заметный синеватый отблеск, и у неё, вместо аппарирования, получился какой-то неловкий кувырок в воздухе.
– "Антиаппарационный барьер", – с ужасом понял Гарри.
– Куда же вы так быстро, – вкрадчивым голосом поинтересовался Вольдеморт, – только встретились, и сразу расставаться.
Гарри сосредоточился, чтобы укрепить свой ментальный блок. Собственно, это единственное, в чём он был уверен, – в любом случае необходимо защитить сознание. Что делать дальше, он не знал. Помощи ждать не приходится, аппарировать – невозможно. Здорово, если Гермиона не расщепилась при своей попытке, а то упала в снег, и не видно её. Рон в ярости принялся лупить по Пожирателям смерти, повисшем в воздухе полукругом, всевозможными сглазами. Впрочем, на сей раз Вольдеморт взял с собой лучших. Опытные убийцы легко отбивали любые выпады Рона. Но что же делать ему, Гарри? Вольдеморт разрешил эту проблему за него:
– Круцио!
Уклониться, стоя по пояс в снегу, не так-то просто. Заблокировать такое проклятие, да ещё и пущенное с такой силой – тоже. Вместо этого Гарри лёгким взмахом палочки подкинул себя в воздух.
– Круцио! – повторил Тёмный лорд.
Гарри отлевитировал себя чуть ниже, на уровень Вольдеморта, и проклятие проскочило над ним. Требовалось чем-то ответить. Гарри ещё раз сосредоточился, на этот раз на эмоциях, которые к нему испытывают. Не здесь. Нескольких Пожирателей смерти, как бы они про него не надумали, слишком мало для сверхсилы. Но где-то далеко, в городах, преимущественно – британских, у различных волшебников имеется на его счёт какое-нибудь мнение. Оно-то и пригодится. Для заклинания, которое собрался применить Гарри, особых эмоций, или же их оттенков не требовалось. Главное, не призывать разом противоположных чувств.
– "Отлично, первый этап пройден", – Гарри не то, что б поздравил с себя с успехом, но всё же приободрился. Он первый раз призвал сверхсилу в реальном бою. Волшебное чувство, что ты наполняешься могуществом, трудно с чем-то сравнить. Да и стоит ли? Главное сейчас то, что не всё ещё потеряно.
– "Ступерфай!" – мысленно произнёс Гарри.
Это надо было видеть! Палочка Поттера завибрировала от еле сдерживаемой мощи, и выпустила ослепительный красный луч, толщиной с мусорный бочонок.
Вольдеморта такое заклятие, впрочем, не впечатлило. Резкое движение палочкой, и вот, он уже защищён чёрной сферой. Гарри знал, что это. Мистер Элман только сегодня рассказывал про сферу ужаса. Только то, с чем пришлось столкнуться сейчас, ни в какое сравнение не шло с тем, что им показывали ещё днём. Страх и ужас, который испытывали перед Вольдемортом был настолько велик, что Гарри чувствовал силу, исходящую от защитного заклинания, не прикладывая к этому ни малейших усилий. Что не удивительно: одно только вымышленное имя этого мага боялись произнести. И это в те времена, когда о нём уже лет десять ничего не слышали. Гарри до сих пор помнил своё первое посещение косого переулка. Но то – тогда, а сейчас…
Как и стоило ожидать, невероятной силы сногсшибатель отскочил от "сферы ужаса" как мячик от стены, и, насквозь прошив попавшееся ему на пути дерево, унёсся неизвестно куда.
Слева что-то выкрикивал Рон. Пожиратели, судя по всему, не имели приказа немедленно их уничтожить. Иначе бы Рон уже лежал, а не пускал разноцветные лучи, от которых в глазах не рябит только потому, что все присутствующие давно привыкли и не к такому. Да и самого его не трогают – привилегия Лорда остаётся таковой.
– Круцио! – сделал другую попытку Гарри. Заблокировать непоправимое проклятие почти невозможно. Жаль, сверхсилу вложить в него не удалось. Такой ненависти к нему не испытывали. Некоторые, конечно, здорово недолюбливали – но этого так мало! Вырвавшийся из Гарриной полочки бледноватый луч разбился о сферу, окружившую Вольдеморта, не причинив ей не малейшего вреда.
– Не можешь преодолеть защиту? – Наигранно-сочувствующе поинтересовался Вольдеморт. – А я ведь, как ты заметил, даже не со своей палочки колдую. Специально для дуэли с тобой подобрал.
– "Сектум семпра!", – мысленно выкрикнул Гарри. – "Бесполезно!".
– Балуешься тёмной магией? – снова поинтересовался Вольдеморт. – Дай, покажу, как это делается, мальчик. Круцио!
Всё произошло за считанные мгновения. Гарри едва успел отлевитировать себя в сторону. От разрушительности, и силы проклятия, волосы вставали дыбом. Как когда-то, при поединке Лорда с Дамблдором. Следом за пыточным проклятием уже летело ещё одно – рубящее. И в исполнении Вольдеморта оно могло запросто перерезать человека пополам, даже не сбавив при этим силы.
Чтобы защититься от предстоящего располовинивания, Гарри пришлось создать щит надежды. Снова тянуться к чужим эмоциям, звать их к себе, вплетать в стандартное аврорское заклинание. На всё ушло меньше секунды. И вот из палочки парня уже вытекает голубоватая струя, тут же преобразовавшаяся в круглый щиток.
Рубящее заклинание Лорда с треском разбилось об щит Гарри, даже не поцарапав его. Вернее, вмятина была, но она тут же обратно затянулась. Вольдеморта это, впрочем, не разочаровало. А точнее, такой поворот не произвёл на него ни малейшего впечатления. Короткий, едва уловимый взмах вражеской палочки, и в сторону Гарри понёсся бледный тонкий лучик, цвет которого определить не удалось. Вот уж действительно – бледный. Врезавшись в щит надежды, заклинание бесшумно исчезло.
Гарри сдержал улыбку: Вольдеморту тоже не всё даётся. Вот только показывать, что это так его воодушевляет – не стоит. И что это вообще было за проклятие? Сам Гарри такого не знал.
Вольдеморт, с чуть опущенной палочкой, чего-то выжидал. Внезапно, под взглядом Гарри его щит начал терять яркость.
– "Но щит надежды не должен исчезать сам. Я же его ещё не снимал!"
Защита его, между тем, закончила бледнеть, и принялась покрываться трещинами, как глина в высохшей на солнце луже. А вскоре после этого щиток и вовсе принялся осыпаться вниз, как ну очень уж старая штукатурка.
Гарри был в шоке:
Как же так! То, чему его учили – не работает.
– "Щит надежды – это же высшая магия, не чуть не проще Патронуса, только защищает не от дементоров, а от проклятий. Заклинания, требующие эмоций – все очень сильные. А в это я вплёл сверхсилу! Его невозможно так просто уничтожить! И тем ни менее – щит разрушен..."
Вольдеморт не атаковал, наслаждаясь эффектом. "Избранный" по-прежнему не снимал ментального блока, но к чему он, если по лицу видно – мальчишка ошарашен.
– Я вижу, и с защитой у тебя нелады, – промолвил Вольдеморт. – А говорили, подающий надежды юный аврор. Знаешь, придётся тебя всё-таки уничтожить.
Гарри держался с палочкой наизготовку, но раз уж Вольдеморту самому не терпится поболтать, надо продолжать разговор. Вдруг в голову придёт что-нибудь гениальное, и у них появится шанс?
– Если ты такой крутой, зачем потащил с собой столько народу?
Для выразительности, Гарри обвёл свободный рукой по-прежнему зависших полукругом Пожирателей смерти. Те уже даже не двигались – Рона всё-таки уделали. Оставалось только надеяться, что не убили.
– Да я и сам перестаю это понимать, – сказал Вольдеморт, – ни как не могу привыкнуть. В твоём случае, Поттер, законы здравой логики просто перестают работать. А я, если честно, считал, что самым шизонутым у вас был Дамблдор.
– Я его ученик, – напомнил Гарри.
– Ну-ну, не ты один такой несчастный! – Вольдеморт имел просто отличное настроение, – и я всё-таки не понимаю, почему вас отправили только втроём? На старину Шизоглаза нашла блажь, или Фениксами руководит не он? Странно, вроде самый старый. Или, по сложившейся традиции, их возглавила директор Хогвартса, Макгонагал?
Гарри не слушал. Речь Вольдеморта многое объясняла. Например: Том знает, или просто догадывается, чем они тут планировали заняться. Но сведений, если верить его же словам, у него очень мало. Он понятия не имеет, что никто в Ордене феникса и не догадывается о его драгоценных хоркруксах. И, опять же, опираясь на речь Вольдеморта, можно сделать вывод, что Лорд до сих пор не знает точно, кто возглавляет Орден Феникса.
– "Кто-то из них троих обязан выжить. Выжить, и рассказать о хоркруксах, о том, какие уже уничтожены, и какая система защиты уже встречалась. Вольдеморт не торопиться только по тому, что считает свою тайну широко известной".
Дожидаться помощи по-прежнему не приходилось. Не заметить такие всплески магической энергии просто невозможно, но ни одного аврора, разобраться, в чём дело, сюда по-прежнему не послали. Видимо, место действительно очень глухое.
– Унда аетереус! – Заклинание ударной волны, в которое Гарри вложил столько сил, было направлено вовсе не в Вольдеморта. Тот всё равно отбился бы. Зато, пустив его в землю, Гарри поднял в воздух чуть ли не весь снег на поляне. Для того, что б скрыться от Пожирателей смерти такого было мало, но Гарри не собирался останавливаться. Вслед за снегом в ход пошёл чёрный порошок темноты, выуженный из внутренней подшивки мантии. Воздух тут же рассекла серия сногсшибателей, абсолютно бессмысленных – Гарри не стоял на месте. В данный момент он отпустил заклинание самолевитации, и пытался по земле добраться до Гермионы.
– Не дайте ему уйти, – вскричал Вольдеморт, почему-то, с противоположного конца поля.
Проклятия прорезали воздух и справа и слева от Гарри, но он продолжал двигаться по своему пути. Гермиона упала где-то здесь, он точно помнил. Конечно, уйти обязан хоть кто-то из них, но бросить друзей Поттер просто не мог.
– "Протего!" – Встретил очередное заклинание Гарри. Само ли оно пыталась отыскать жертву, или это было обычное проклятие, от которого достаточно увернуться? Теперь уже никто не узнает. Снег, казалось, сыпался со всех сторон, даже снизу. Из-за чёрного порошка парень не мог видеть собственных рук. И хорошее в этой ситуации только одно – его тоже никто не видит.
Что бы ещё больше усложнить задачу Вольдеморту и его прихвостням, Гарри снова полез во внутренний карман. Под руку попалась мягкая, тонкая ткань. Не то – мантия невидимка будет только зря путаться, а тут и так ничего не видать. А вот и та самая дурацкая коробка – "безопасный взрыв". Сам Гарри предпочитал звать его фейерверком. Творение сие, отнюдь не производства близнецов, навязал ему Слагхорн. Герой ведь должен эффектно появляться и удивлять. Гарри тогда не стал особо отпираться, здраво рассудив, что это всё же лучше, чем разучивать красивые в исполнении, но абсолютно бесполезные во всём остальном, заклятия. Несколько таких уроков уже было – зрелищно, ничего не скажешь, но он-то тут при чём?
Наскоро выполненная установка, и надо уже мотать. Совершенно ясно, что он ошибся, и Гермиона не здесь. Ничего, кроме иногда проскакивающих отсветов, углядеть по-прежнему не удавалось, но зато ко всему добавился грохот "безопасного взрыва".
Можно ли так шуметь в горах?
Гермиона бы знала. Вернее, и сейчас знает. Не думать о плохом. Мы на относительно ровном месте. Есть ещё шанс уйти. Уйти…
Принять решение требовалось немедленно. Шум стихал. По сути, этот самый фейерверк – всего лишь эмуляция серии взрывов. И эта самая серия подошла к концу. Он не может бросить друзей. И провалить свою миссию – тоже не может!
Внезапно всё прекратилось. То, что не получилось в своё время у школьников, вышло у Вольдеморта. Гарри даже представления не имел, что за магию тот применял. Зато видел результат: остатки чёрного тумана уплывали плотной струйкой куда-то в низовья. Гарри всем телом ощущал чистоту и свежесть воздуха.
– Не хорошо уходить, не закончив своих дел, – сообщил Вольдеморт, стоя прямо напротив него с палочкой на изготовку. Говорил абсолютно серьёзно. Значит, церемониться больше не будет. И давать время, чтобы все могли прочувствовать его силу – тоже.
Гарри не ответил, молча приняв стойку. Странно, но он чувствовал, что ещё сможет кое-чем удивить. Авторское заклинание Гермионы, о котором пока никто кроме них с Гермионой не знает. Короткий, хорошо заученный взмах палочкой и...
Палочка исчезла, и появилась в руках Лорда. Гарри уже ничему не удивлялся. Волшебная палочка исчезла в одном месте, появилась в другом. Какая разница, как? Для него, теперь уже никакой. Пророчество сбывается – его прихлопнул не какой-то там Пожиратель смерти, и не тёмная тварь. Если точнее, с ним пока вообще ничего не сделали. Но это дело нескольких секунд. Помощи ждать неоткуда. Рон лежит без сознания. Совсем недалеко. Гермиона – да вон она, совсем не там, где её так искали. Жива, но в каком-то полувменяемом состоянии – стоит на коленях, и держится обеими руками за голову.
– Знаешь, Поттер, – прошипел Вольдеморт, – я ведь не только специальную палочку для боя с тобой приготовил.
– "Ну, конечно. Прощальная речь, как же я мог забыть! Опять будет жаловаться на жизнь: никто, видите ль, не способен оценить его гениальности. Проживу на минуту дольше".
– Я нашёл специальное смертельное заклинание, изобретённое Гриндевальдом. Говорят, старик сам его ни разу не использовал. Ты первый, на ком его испытают.
Гарри незаметно потянулся к внутреннему карману своей мантии. Не зря же его увешали всевозможным оборудованием, как рождественскую ёлку игрушками.
– "Так, не ясно, что это даст, но пока никто не заметил. Ещё чуть...".
Замораживающее проклятие настигло Гарри так неожиданно, что он даже шелохнуться не успел. А Вольдеморт принялся читать ужасное заклинание, зачем-то изобретённое Гриндевальдом. Явно ведь, не для сражений. Думбльдор чем-то похожим приоткрывал свой защитный барьер, некогда висевший вокруг Хогвартса. Такие же непонятные слова на неизвестном языке.
А вот и луч проклятия. Красивый. Он-то и поставит точку во всей этой чехарде с пророчеством и избранными. Странно, когда Поттера коснулось заклинание, он ничего не почувствовал. Только, стал чуть... прозрачнее?
– "Меня превратили в призрака?"
Бывший Гриффиндорец с недоумением наблюдал, как его собственная ладонь обесцвечивается всё сильнее. Вот сквозь неё уже стало видно Гермиону, с ужасом на него взирающую.
– Прощай, Гермиона.
Голос пока твёрд. И это тоже странно, хотя... он же ещё ни разу не умирал. Всё в новинку. Один раз, на своём четвёртом курсе, он тоже был уверен, что шансов нет. Не знал тогда Гарри, что ещё поживёт после встречи с Вольдемортом. И тем ни менее, тогда он не чувствовал страха не перед чем. Не чувствовал он его и сейчас.
Гермиона ничего не ответила. Просто, не смогла ничего сказать. Зато Вольдеморту такая сцена доставляла истинное удовольствие.
– Прощай, Поттер. Больше не увидимся. Это заклинание отправляет человека туда, куда он меньше всего хочет попасть.
– Неужели к Дурслям? – Не удержался Гарри. Какой там страх, он вообще ничего не чувствовал. Он и себя-то уже почти не видел – лишь очертания.
– На тот свет! Все боятся смерти, Поттер! Учти, мальчишка, это проклятие создано Гриндевальдом. Твой любимый Дамблдор, к которому, кстати, ты скоро присоединишься, подписал бы его проще. Что-нибудь типа "Поможет откинуть копыта" или...
Дальше Гарри не слышал. Покрытая чёрным снегом поляна, Вольдеморт, Пожиратели смерти, Рон с Гермионой, все они исчезли. Осталось только осознание, что ни кого из них он никогда больше не увидит и не поприветствует. Никогда.
– "Так вот, какая она, смерть. Я так и не попросил прощения у Джинни".
Сообщение отредактировал Рилан - 30.6.2008, 6:58
Рилан
3.1.2008, 7:59 · Re: Методы борьбы
Нет аватара
Глава 5. Лидеры игры.
– "Нет, нет, НЕТ!" – Гермиона не могла этого стерпеть. Вольдеморт влез в её сознание, и теперь просматривал отрывки её воспоминаний так свободно, как будто они были его собственными. – "Только не это. Только не изобретённое мной заклинание! У него же есть слабое место".
– "И замечательно, что оно есть" – прозвучал холодный голос в её голове.
Круговорот различных образов – то, о чём она думала, работая над заклинанием, тут же прекратился. Вольдеморт уже узнал всё, что хотел.
Холодный снег, в который она успела уткнуться лицом, пытаясь спрятаться от леглименции, быстро приводил в себя. Гермиона рывком вскочила. Наверное, стоило делать это помедленнее: движение отдалось такой резкой болью в голове, что в следующий миг она уже оказалась на коленях. Всё тело жутко трясло, но, заметив, что Гарри уже был без оружия, Гермиона тут же забыла об этом.
Довольный собой Вольдеморт принялся за свою победную речь:
– Знаешь, Поттер, я ведь не только специальную палочку для боя с тобой приготовил.
– "Всё-таки он попытался его использовать. Проклятое заклятие. Так не должно было случиться", – стучало у неё в голове, – "не должно. Мы обязаны были победить. Не сейчас, конечно, но обязаны!"
– Я нашёл специальное заклинание, – продолжил Вольдеморт, не обращая на неё ни малейшего внимания. После того, как у Гермионы выбили палочку, и пошарились в мозгах, интерес к ней тут же пропал. Оставалось только с ужасом наблюдать, как тёмный Лорд читает это самое своё, точнее – Гриндевальдово, заклинание.
Ужасно видеть чью-то смерть. Видеть, и осознавать, что шанс, возможно, был. Сейчас ему уже не помочь. Ещё ужаснее, что гибнет не кто-то безымянный, а твой лучший друг. Гермиона наблюдала всё это прямо перед собой. Она заворожено следила за всем, что происходит всего в нескольких шагах. События текли мучительно медленно: Вольдеморт долго произносил заклинание, Гарри не упал замертво, а вместо этого начал растворяться в воздухе. Даже не растворяться а... исчезать. Превращаться в ничто.
– Прощай, Гермиона.
Гарри произнёс это удивительно спокойно. Ему не больно?
Лучше б было больно, очень больно, но за то он был бы жив. Мёртвые боли не чувствуют. Надо сказать, что всё в порядке.
– Я... – Гермиона тут же поняла, что сказать ему такое не сможет. На этот раз не потому, что её держит какая-либо магия. Просто не может!
Вольдеморт, в отличие от неё, наслаждался зрелищем. Возможности позлорадствовать он не упустил:
– Прощай Поттер. Больше не увидимся...
Дальше Гермиона не слушала. Забыв обо всём, она кинулась прочь из этого места. Обычно очень предусмотрительную и довольно расчётливую девушку перестало волновать всё: Пожиратели смерти, казавшиеся теперь не только безликими, но и безформенными силуэтами. Вольдеморт, покачивающийся от усталости после использования последнего заклинания. Хотелось убраться отсюда. Вернее, этого ей хотелось и раньше, но сейчас это была уже не попытка отступить, а просто желание сбежать. Не имеет значение куда. Гарри уже повидал на своём веку убийства ближних людей, но она-то ещё нет! Люди ещё не умирали прямо на её глазах.
Стоит ли говорить, что бежала так Гермиона не долго? Одно заклинание, попавшее между лопаток, и ноги тут же слиплись вместе. Снова носом в снег. Ещё заклинание, и её грубо подкидывает в воздух, перекидывая на спину. В нескольких шагах стоял один из Пожирателей. Как и остальные слуги Вольдеморта, явившиеся сюда, он не произносил не слова, но в отличие от них, стянул маску.
– "Джек?! Но как же..."
– Авада...
– Не торопись, – рядом внезапно возник Вольдеморт, – как же можно! Посмотри на это растерянное детское личико, она тебе так доверяла.
– Как Вы и приказывали, мой Лорд, – ответил Джек. На его лице не отразилось ни единой эмоции.
– Ты заслужил мою награду, – довольно ответил Вольдеморт. Должно быть, никто ещё не видел его в такой эйфории. – А ей придётся пожить ещё немного. Кто-то ведь должен возместить о последних минутах "мальчика, от которого не осталось ничего".
И уже громче скомандовал:
– Уходим!
Над поляной разнеслась серия хлопков.
* * *
В четвёртом доме по тисовой улице царило полнейшее спокойствие. Как, собственно и на всех остальных улочках небольшого городка Литтл Уингинг. Оно и понятно, три утра всё-таки, все нормальные люди спят.
В самом четвёртом доме жило не просто, а "исключительно нормальное" семейство. Но вот, к благополучному дому покачиваясь начал подходить непонятно откуда взявшийся человек. В свете уличных фонарей можно было заметить, что его здорово помяло. Одна только его одёжка, необычная, даже по меркам магов, чего стоила! Впрочем, несмотря на яркость фонарей, всё, кроме спины, находилось в тени.
Немного постояв перед широкой, хорошенько запертой дверью, молодой парень принялся обходить дом стороной, явно обдумывая пути проникновения. Особенно ему пригляделось одно из окон второго этажа, к его же сожалению, высоковато расположенное...
Гарри Поттер вовсе не был вором, он так возвращался к себе домой. Вернее к месту, которое он некоторое время обязан был считать своим домом. Меньше всего на свете ему хотелось тревожить Дурслей, но ничего не поделаешь, вернуться в штаб квартиру Ордена Феникса юноша так и не смог. Вроде бы выходил оттуда ещё утром, и не кто даже не планировал менять защиту, а сейчас ему даже приблизиться к старинному поместью не удалось.
Около двух минут парень отстранённо таращился на окно, в котором даже свет не горел. Почему он аппарировал именно сюда? Само как-то получилось. Гарри вообще с трудом понимал, что он делает. Сейчас им владели только две силы. Непреодолимое желание выспаться, завалиться прямо там, где стоишь, и не просыпаться. И, собственно, инстинкт самосохранения. Очнувшись на поляне, на той же самой, заснеженной, где некогда попрощался с жизнью, он с трудом осознал, что ему необходимо срочно выбираться.
Сознание работало заторможено, как никогда. Произнеси сейчас кто-нибудь "Рон", или "Гермиона", он бы наверное долго вспоминал, что это такое? Но мысль, что спать где попало, в его случае – смерти подобно, всё-таки заставляла напрягать голову, и двигаться дальше. Куда-нибудь, где относительно безопасно.
Неестественной походкой, словно зомби, подойдя к стене, Гарри зачем-то её потрогал. – "Не пройти. Хотя, это ж стена!"
Как всё-таки хотелось попасть внутрь совсем тихо. Подумав ещё пол минутки, Гарри аппарировал, стараясь при этом не хлопнуть слишком шумно. Это получилось. Отчасти. Дело в том, что приземлиться ему посчастливилось не куда-нибудь, а на кучу барахла, непонятно почему валяющегося в его комнате. Посреди тихой ночи это казалось настоящим грохотом, но сам юноша его уже не услышал. От резкого, и не очень удачного приземления сознание окончательно отключилось.
* * *
– "Шаги. Идут!"
– "Хм, опять показалось". – Ещё раз прислушавшись, есть ли кто поблизости, Невилл вернулся к свому занятию – изучению плаката.
– "Лидеры обязаны...", – Невилл ещё раз содрогнулся. Гриффиндорец вовсе не был трусом, но ситуация, в которую он попал, не могла ему присниться и в страшном сне. Лидер. Ну какой же он лидер? Лидер должен быть на виду, вести за собой, а он боится спуститься в большой зал, и застать там остатки завтрака. Да какой там, спуститься, а если он просто кого-нибудь встретит? Что ему скажут? Ну почему всегда, когда меньше всего на свете желаешь выделяться, всё идёт не как у людей!
Утро, словно в насмешку, выдалось необычайно ясное. Погода – просто идеальная, не жарко, и не холодно, это даже здесь, в замке, прекрасно чувствовалось. Но от этого становилось только противнее. Почему он! Ведь ещё утром, всего-то какие-то двадцать назад, всё было просто замечательно.
– "Поправка, я думал, что замечательно, потому что не знал", – напомнил себе студент, повторно пробегая глазами правила большой игры, выведенные мелкими буквами внизу плаката. – "Неужели ни одной лазейки?"
А выход действительно не предусматривался. Полномочия лидера не передавались, не отменялись, они вообще были "пожизненными", то есть, отменить их могла "смерть", игровая, конечно. Вот только "мёртвые игроки" – тоже игроки, и, тут Лонгботтом был уверен, что с ним согласится хоть весь Хогвартс, лучше уж ежедневные отработки у Снейпа, чем такое. Составитель правил, кем бы он не был, позаботился, что бы "не живым" жилось по-настоящему кошмарно.
Если Гриффиндорцы "умрут в игре" это будет его вина. Обязанности лидера прописаны зелёным по белому. Он обязан организовать команду, но кто, кто в здравом уме за ним пойдёт?
На самом деле, пессимизмом Невилл не отличался. Он даже успел найти относительно положительный момент: если бы не проспал сегодня, встретился бы в факультетской гостиной с однокурсниками, и тогда, узнал бы новость от них. Хотя, если подумать, что бы сделали гриффиндорцы: посмеялись над худшим лидером за всю историю школы? Вряд ли, ведь им теперь придётся присоединяться к лидерам чужих факультетов. Что ж, это не так уж и плохо.
Другое дело, директор говорил, что при жеребьёвке учитывается пожелание студента.
– "Так как стало возможно, что я, один из избранных?"
Ответа Невилл не знал. Зато знал, что если это и ужасная ошибка, идти придётся до конца. Один из девяти, это почти приговор. Перед тем, как всё-таки уйти, Невилл бросил последний взгляд на список "избранных", появившийся в дополнение к объявлению этим утром. Золотистыми чернилами, которые, по утверждению Долохова, невозможно подделать, было выведено девять фамилий в столбик. Лонгботтом знал почти всех.
Седрик Диггори – единственный лидер хаффльпафа. Что ж, у этого дома реальные шансы. Вчера весь вечер только и разговоров было, что об игре. Ещё бы, ради неё отменили квиддич и соревнования половины кружков. А приз победителей? Никто не сообщал, что это будет, но поговаривали, что выигравшая команда получит нечто, по цене сравнимое с самим замком "Хогвартс". А сам Седрик – хаффльпавцы за него стеной. Кажется, никто из них и не сомневался, что он станет одним из лидеров.
Драко Малфой – самый молодой лидер, не считая самого Невилла. Но то ж Малфой. Да он с первого курса неслабую свиту имел. Дальше, Маркус Флинт – тоже слизеринец. Капитан квиддичной команды. Далее..., ха, да тут больше половины – слизеринцы. Трудно придётся Хогвартсу.
Рилан
3.1.2008, 8:01 · Re: Методы борьбы
Нет аватара
Глава 6. В гостях у родственников.
Очнулся Поттер весь в пыли. Впечатление создавалось такое, что в этой комнате несколько лет никто не убирался. Можно просто диву даваться, как родственнички умудрились захламить помещение всего за несколько месяцев. Теперь комната использовалась как склад, и, судя по толщине слоя пыли, заглядывали сюда крайне редко.
Гарри валялся прямо в центре комнаты, поверх всего хлама. Сейчас это его мало волновало, как и то, что надо бы куда-нибудь идти. А всё из-за того, что идти больше некуда. И незачем. Теперь жить надо будет ещё и без Рона, ровно как и без Гермионы. Даже в кошмаре Гарри не мог представить себе такого существования. В голове не укладывалось, что это уже не кошмар, это реальность.
Их он знал ближе, чем Сириуса, и много лучше, чем Дамболдора. И смерть лучших друзей воспринималась совсем по-иному. Не было ни единой слезинки, ни безудержного желания крушить всё на своём пути. Психика как-то адаптировалась к потерям. По крайней мере, Гарри не чувствовал того же, что и тогда, когда на его глазах погибали Сириус и Дамболдор. Но глухая тоска, опустошавшая душу так, как не смог бы ни один дементор, казалась хуже всего.
Почему, вот почему они погибли, он-то ведь выжил? Собственно, смерти своих друзей Гарри не видел, но их шансы не оставляли сомнений. Может быть, их не убьют сразу, но от этого только хуже. Знать, что они в лапах Вольдеморта, что из них пытаются выбить те крохи информации, которыми они располагают, и не иметь возможности хоть чем-то помочь.
Каждый раз, когда мысли возвращались к такому обороту, Гарри прикладывался к склянке с обезболивающим средством. Он знал, что потом его будет жутко мутить: зелье вообще предназначалось для наружного применения, а вовсе не для использования в качестве алкогольного напитка, вопреки мнению одного вечно весёлого аврора. Но до такой ерунды не было никакого дела, когда вся безвыходность ситуации выпирала на лицо.
Что они противопоставят Вольдеморту? Даже если узнают, что друзья находятся в одном совершенно конкретном месте, надо только вытащить их – абсолютно ничего. Сейчас, после поединка, Гарри понимал это с какой-то особенной, пугающе жестокой ясностью. Ведь он пожертвовал всем, чем мог: свободным временем – целиком  полностью уходившем на тренировки и обучение сильной магии. Своими деньгами, в несчётном количестве уходившими на защитные прибамбасы, Сейчас Поттер был обвешан ими обильнее, чем рождественская ёлка игрушками. Сколько уходит на редкие магические книги, изредка появляющиеся в продаже, он даже не смотрел. А его некогда чистая совесть? Сколько сказано им на публику в обмен на благосклонность министерства магии, и ту самую дешёвую славу, которой он пользовался для усиления своих заклинаний?
Всё оказалось бесполезным. Против тёмного мага «избранный» продержался всего несколько минут, и то лишь потому, что тот не особенно торопился.
– «Ясно, не торопился. Риддлу тоже надо сверхсилу поддерживать».
Так кто теперь встанет против старины Тома? Гарри мысленно сопоставил с собой знакомых членов Ордена феникса:
У Аластора Хмури побольше боевого опыта, у Ремуса Люпина – лучше развита реакция, и поистине немного найдётся магов, способных тягаться в искусстве трансфигурации с такой ведьмой, как Минерва Макгонагал. Но что их теперь поминать, Риддл – колдун не их уровня. Против таких бойцов, как члены Ордена, у Тёмного лорда всегда найдутся не менее выдающиеся Пожиратели смерти. Как не крути, Вольдеморт – его судьба. Они сразились, и всё встало на свои места. Не то, что следовало бы ожидать чего-то другого, ведь Гарри не закончил своего обучения, но бой заставлял всерьёз засомневаться в сделанном выборе. На тот ли путь он замахнулся?
– "Не на путь", – тут же поправил себя Поттер, – "не на путь, на метод!"
Попытка прийти к победе как можно быстрее и любой ценой, провалилась. Она, фактически, стоила его лучшим друзьям жизни. И нет смысла вспоминать, что сидеть на месте и не высовываться никто из них не смог бы.
– "Вот сейчас, почти полдень». – Внезапно вспомнил юноша, только сейчас обратив внимание, что вот уже который час бесцельно пялится на луч света, пробивающийся через дырку в плотных занавесках. – «Что бы я делал? Правильно. Спешил бы в аврорскую академию. А что я сейчас сделаю?"
Губы невольно скривились в нервозной улыбке. Из-за чего бы он не выжил – это шанс. Ещё один шанс, неизвестно из-за чего выпавший на его долю. Теперь он не будет продавать сам себя, даже для того, что бы стать ещё сильнее. Хватит. Он уже побыл плакатом министерства магии, его там за это здорово натаскали, и что, помогло?
Не сильно.
Вот именно. Хватит жить по чужим правилам. Я, теперь я – почти свободен...
Гарри сам удивился своим мыслям, но это правда. Он ведь, умер для всех? Да, его ведь убили. Убили так, что он сам в это поверил. Вот только мёртвым он себя ни в коей мере не ощущает. Что его спасло: случайность, везение? Пока что Поттер даже не пытался найти ответы на эти вопросы. Сейчас важно не это. Главное, жизнь его теперь изменится, и он уж точно не позволит вернуться ей в прежнее русло. Зато теперь он не обманет ни одного человека с газетной страницы, пытаясь уверить массы, что всё под контролем. Не задумается перед фотокамерой о том, что его волосы опять торчат не в ту сторону. Да он просто затаится, и никому не покажется на глаза, пока ему самому, Гарри Поттеру, это не понадобится. Разве что...
Джинни.
Гарри знал: если исчезать из мира, то для всех. По-другому – просто не получится. Сейчас – возможность почти идеальная. Максимум, на что смогут рассчитывать желающие его найти – его же жалкие останки. Но уйти, не предупредив её?
А ещё... тут Гарри старался не давать своему воображению разворачиваться. Больше не думать о Роне и Гермионе. Им это больше никогда не поможет.
* * *
Спуск в подземелья никогда не был для Лонгботтома приятным. Эти мрачные стены как-то раз даже в кошмаре ему приснились. Поистине, опаснее предмета зелий в Хогвартсе был только сам их неизменный преподаватель – профессор Снейп. Собственно, единственный из старого преподавательского состава, на кого не повлияла ни одна кадровая или же политическая перестановка.
Невилл специально пришёл на урок со звонком, в надежде, что уж перед самым уроком желающим почесать языками, будет не до него. Ага, как же! Стоило Лонгботтому появиться в дверном проёме, все взгляды, как один, намертво приковались к нему. Такая встреча могла сбить столку ребят и пораскованнее, но Невилл предусмотрел свои действия заранее. Всё-таки не первый раз в нелепой ситуации. Ни на что, не реагируя, он направился к своему месту.
По крайней мере, так предполагалось. Невилл не думал, что обычно двигается именно так. Ноги слушались как деревянные, и каждый шаг получался каким-то не таким, не как обычный человеческий. И всё это под пристальным наблюдением половины параллели.
До места осталось совсем немного. Поворачивая мимо нужного по счёту стола, Невилл запнулся, чуть не упав. Мёртвая тишина. Если бы муха билась в стекло, услышали бы во всём подземелье. Ещё два шага. На месте.
Невилл всё же поднял глаза и огляделся. Внимания к его персоне ни чуть не убавилось. Только Снейп, как ни чём не бывало, просматривал какие-то свитки.
– «Я ни в чём не виноват», – напомнил сам себе Невилл, поочерёдно встречаясь глазами со своими одноклассниками.
Сколько неприятностей уже случалось? Невилла они просто преследовали, так что на взорванный котёл или случайно упавшие доспехи внимания уже давно обращал. Те же латы, расставленные в коридорах, они ведь не игрушечные, и установлены – что надо. Большинство с места не сдвинешь! А вот конкретно тот доспех, на который по рассеянности налетел Невилл, оказался не только полным барахлом, но ещё и не на чём не держался.
Но всё это: сшибленный доспех, урок трансфигурации, но котором он создал чудо природы, которого потом не мог расколдовать даже преподаватель – было давно. На первом-втором курсе Невилла действительно сильно смущали столь сомнительные ежедневные чудеса. Потом он стал чуть старше, появились собранность, и некоторая уверенность. Сейчас испорченный котёл не заставил бы переживать ни Невилла, не кого-нибудь ещё. Что ж, не он один воспринял последнее нововведение так серьёзно.
– Решили покрасоваться, Лонгботтом?
Язвительный вопрос Снейпа заставил мальчика вздрогнуть.
– У меня сейчас ваш урок, профессор, – твёрдо ответил Невилл.
– Неужели. Уже переселились?
– Переселился? – Переспросил Невилл.
– Как и другие «лидеры» – Снейп произнёс это с некоторой усмешкой, – в свою персональную спальню.
– «Так вот почему нет Малфоя!», – осенило Невилла. – Нет, профессор.
Невилл оглянулся на дверь, а потом снова на Снейпа. Тот, хотя и стоял у кафедры, казалось, нависал над ним, чего-то ожидая.
– Ну, ээ… – Невилл набрался смелости, – я тогда пойду, профессор?
– Ну, идите.
* * *
Этот мир ещё содрогнётся!
Гарри много часов пролежал, ничего не делая, но ещё дольше оставаться в таком состоянии не мог.
Вольдеморт расправится с его друзьями?
Что ж, кое-что он сделать всё же может. Скоро, очень скоро кто-то не досчитается парочки Пожирателей смерти. Впрочем, ни Рону, ни Гермионе это ничем не поможет. Да и Вольдеморта заденет не так, ведь для него Пожиратели – всего лишь средство для достижения цели, и на смену одним всегда можно найти других. Ну, ничего. Способ нагадить Лорду всё равно существует. Даже перестав быть человеком, он вынужден подчиняться законам этого мира. В частности, самым жалким из них: жажде власти и примитивной жадности. А значит, задеть его всё же возможно.
Пусть не сейчас. Так даже лучше. Если сам Вольдеморт уверен, что всё же убил вечно выживающего мальчика, то судьба сама предоставила ему уникальный шанс всплыть перед главным врагом, как снег на голову, когда не будет такого перевеса сил.
Решительно распахнув дверь, Гарри застыл на пороге. Тётя Петунья, он ведь не собирался показываться ей на глаза! Петунья тоже замерла, со своей любимой вазой в руках. В течение пары секунд они так и стояли, уставившись друг на друга. Гарри даже успел припомнить, что обещался больше никогда не появляться здесь. Петунья прервала затянувшееся молчание первой:
– ААААААА…
Стены затрясло от визга такой силы. Любимая ваза тёти Петуньи разлетелась. Не то оттого, что та выпустила её из рук, не то от перенасыщения децибелами. Поттер не обратил на это внимания, он отчаянно пытался заткнуть уши. Поистине, пение корня мандрагоры куда приятнее, от него хотя бы затычки помогают.
На крик сбежался весь дом. Первым с лестницы запрыгнул Дадли. Гарри отметил, что братец несколько мельче, чем он привык. По высоте. В ширину – пузырь пузырём. Завидев Поттера, Дадли взял пример с матери. С секунду простояв в ступоре, он, используя все возможности своей глотки, закричал.
Гарри уже ничему не удивлялся. Всё-таки рядом со своей матерью его кузен – просто дитя. И то, что Дадли кинулся на него, совсем не по-боксёрски размахивая кулаками во все стороны, тоже не произвело на уже закаленного юношу ни малейшего впечатления. Шаг в сторону, и он уже не на его траектории. А Дадли, не разбирая ничего перед собой, всё молотит подвернувшийся косяк.
Последним явился мистер Дурсль:
– Сгинь, нечистый!
Не мылся Гарри всего одно утро, но спорить не стал. Вернон всё-таки явился с ружьём. Не в силах больше здесь находиться, он аппарировал прочь.
Ну откуда парню было знать, что в этом мире несколько лет назад семейство Дурслей лично присутствовало на его похоронах.
Рилан
4.1.2008, 8:15 · Re: Методы борьбы
Нет аватара
Глава 7. Выход на люди.
От немедленного нападения на двоих пожирателей смерти Гарри удержало только отсутствие у него палочки. Теперь он понимал, что к лучшему. Взять хотя бы то, как они идут по косому переулку. Гарри сразу показалось это неладным, и, чуть присмотревшись, он понял почему – они именно идут. Не бегут, взрывая торговые лавки, и не кидаются проклятиями во всё на своём пути. А прохожие уступают им дорогу. Заранее, очень настороженно, но уступают.
Косая аллея вообще сильно изменилась. Вместо привычных магазинчиков, хоть и заколоченных, на Гарри смотрели торчащие из земли обгорелее доски. Прямо поверх старых пепелищ были разложены торговые палатки, с которых довольно бойко расходились какие-то свёртки. Гарри не стал подходить ближе, чтобы рассмотреть, с чем именно. Вместо этого он направился к уцелевшим каменным зданиям.
На всё тех же стенах висели всё те же плакаты с надписью «разыскиваются», сменились, разве что лица. Уже без малейшего удивления прочитал надписи на одном из плакатов.
Аластор Хмури, по прозвищу «Шизоглаз». Очень опасен. Вознаграждение за помощь при поимке – 2000 Галеонов.
Под огромной фотографией, зыркающей на всех своим волшебным глазом, шла уже менее важная неразборчивому охотнику за головами информация:
Приговорён к смерти за массовые убийства, в том числе и помощников Великого Лорда, принадлежность к незаконной организации «Орден феникса», и неподчинение…
Последнее слово перечеркнули, дальше пошло прописью.
…полное игнорирование закона. Скрывается от правосудия.
К слову, Аластор оказался самым дорогим. Расположившаяся по соседству Макгонагал стоила только полторы тысячи галеонов, а Нимфадору Тонкс вообще оценили в одну.
Плакатов оказалось около восьми, и Гарри сразу понял, что такое их маленькое количество – это плохо. Почему? Ну, хотя бы оттого, что люди, нарисованные на этой стене имели уникальные способности: метаморф, анимаг, параноидально осторожный маг, оборотень – разыскивались только самые осторожные члены Ордена, те, кто мог заранее почуять, увидеть, замаскироваться. С остальными, следовательно, уже расправились.
Не задерживаясь дольше, чем требовалось, Поттер двинулся вглубь аллеи. Хотя место, в которое он попал, никак не могло быть тем переулком, что он знал, юноше по-прежнему требовалась волшебная палочка. Даже если это один из других миров, тут явно небезопасно ходить без оружия. Даже те две фигуры, в своих чёрных мантиях, слишком уж часто оглядывались. А ведь они, судя по всему – победившая сторона, хозяева, так сказать.
Попутно, приходилось задуматься над ещё одной проблемой: а что это за мир? Под вечер ученики младших курсов любили обсуждать различные легенды, в том числе и о параллельных мирах, но Гарри не мог относиться к подобным сплетням серьёзно. Зато теперь, когда он встретился с Дадли, скинувшим пару годиков, не смог попасть в поместье Блэков, и побродил по некоторым местам Лондона, впору было сделать выводы.
Первое время приходилось обходить воронки от взрывов – следы магического сражения. Их уже наполовину засыпало грязью, но чувствовалось, некоторое время назад здесь царил огонь и ужас. Тем не менее, вскоре до сих пор не восстановленная улица закончилась, и Гарри принялся петлять по куда менее пострадавшим закоулкам. Ноги сами несли его к древней лавке Олливандеров.
В то, что там он встретит прежнего хозяина, Гарри не верил, но в сарайчик вошёл с благоговением. Хотя волшебные палочки, сами по себе, почти не заколдовывались, от стеллажей, на которых они лежали, веяло силой. И Гарри эту самую силу чувствовал, он ощутил мощнейшую магию, даже не дойдя до дверей. Кто-то из Ордена говорил, что возможно, в этом его неудачи в окклюменции – слишком большая чувствительность, а в волшбе всё взаимосвязано. Что ж, если так, это не так плохо. Распознавание магии такое же важное умение. К тому же, чувствовать её вокруг себя – это так приятно.
Зайдя, Гарри всё же с надеждой поискал продавца. Надежда не оправдалась: в углу, за канцелярским столом суетился, низенький, уже лысеющий толстячёк. При виде покупателя он вмиг натянул на лицо заискивающую улыбочку:
– Чего желаете, мистер…
– Желаю палочку, – холодно отозвался Гарри. Человек сразу ему не понравился. Сначала он было, даже принял его за Петтигрю: оба сильно напоминали крысу, но потом заметил, что продавец всё же заметно отличается от его прежнего знакомого.
– О, здесь лучшие палочки, – заверещал торговец, не обратив никакого внимания на то, что ему не пожелали представиться. – Мы просим за них девять галеонов, но, уверяю Вас, они того стоят!
Гарри молча выложил девять галеонов. Продавец достал первую попавшуюся коробку с палочкой, не отвлекаясь, между тем от рекламы:
– Знаете, сколько-нибудь влиятельные или сильные маги покупают свои палочки именно здесь.
Поттер молча потянулся за коробкой. Кто и когда закупался в этой лавке, его не интересовало. Тем более, едва ли успешные продажи являются неоспоримой заслугой этого коротышки.
– Стойте, вы забыли предъявить лицензию!
Торговец извиняюще улыбнулся.
– Лицензию, – переспросил Гарри. Раньше он о таком не слышал, зато с нехорошим предчувствием отметил, как с лица продавца слетает его улыбочка:
– Официальное разрешение на владение волшебными палочками. Если такового нет, я буду вынужден сдать Вас патрулю охраны порядка!
– Ну, зачем же так сразу, – растягивал фразу Гарри, незаметно поворачивая при этом руки ладонями в стороны. Так легче почувствовать магическую ловушку, если она есть. Шансы, что придётся драпать отсюда, увеличивались с каждой секундой. А пока приходилось импровизировать:
– Я перебрался сюда недавно, ещё не со всеми порядками освоился. Лучше скажите, как лицензию получить.
По продавцу можно было сказать, что он не очень-то поверил в такую чушь. Секунды две он сомневался, но потом, очевидно, решил, что ничего не теряет.
– Лицензии выдаёт отдел полномочий. Вам понадобится документ, удостоверяющий чистокровность. Желательно ещё доказать благородство рода, но для ношения палочки достаточно, что бы в роду не было магглов.
Гарри умудрился даже не скривиться. Не хватало ещё, чтобы эта крыса, в смысле, продавец, воспринял всё на свой счёт. Пренебрежение, с которым тот отозвался об магглах, Поттера далеко не впечатлило, но сейчас он вновь задумался о правлении своего главного врага. Вот она значит какая, власть Тёмного лорда, или теперь уже Великого? А чего от него ещё ждать, могло быть и хуже.
– Это без проблем, – почти беззаботно отозвался Гарри, – значит, ещё увидимся.
С сожалением он потянулся забрать со стола свои галеоны, но тут заметил, как заблестели глаза продавца.
– «Так ты ещё и жадненький?»
Следующая мысль, пришедшая на ум Поттеру, необычайно ему понравилась.
– Ещё один вопрос…
Гарри крутанул один из галеонов волчком, и как бы невзначай принялся поигрывать пальцами с остальными. Взгляд продавца приковался к золотым монетам. Гарри счёл это удачным признаком.
– Процедура получения лицензии долга, не так ли?
Повинуясь лёгкому движению пальца, монетки звякнули.
– Да сэр, могут заставить подождать. Надо же всё проверить.
– Понятно, – протянул Гарри, – порядки надо уважать. Но всё же, ведь можно как-то укорить процесс?
Торговец чуть не подскочил на месте. К нему вернулась прежняя оживлённость. Воровато оглядевшись по сторонам, он чуть успокоился, и суетливо указав на ухо, предложил:
– Мы живём в новом государстве, лишённом старых беспорядков! О чём речь! Жаль только, проблем с этим больше. В три раза больше, я бы сказал.
– «Двадцать семь галеонов!» – прикинул Гарри, – «он ошалел!»
Вслух, мистер Поттер сказал, естественно, другое:
– Скажете тоже, в три, – доброжелательно усмехнулся он, – жизнь не такая уж и сложная. В полтора.
Расчет шёл на то, что долго торговаться при прослушке, или просто любопытных, толстячёк не станет. Резко слетевшая улыбочка весьма красноречиво сказала, что так можно остаться вообще ни с чем. Продавец оказался не так прост, как хотелось бы, и руки намеревался погреть по-настоящему.
– Хотя, Вы правы, – тут же поправился Гарри, – пополам проблемы не делятся. В два раза.
– Каждый видит по-своему, – философски заметил продавец, –  что ж мы всё о проблемах. Одних только забот – штук двадцать!
– О, не буду спорить!
Выходя из лавки, Гарри сам не зная зачем, задержался в проходе, хорошенько прощупав магию. На двери ясно чувствовались следы многочисленного наложения слабенького запирающего заклинания. Больше ничего! Его даже настигло лёгкое разочарование. Перед человеком, который даже сарай запереть нормально не может, он выложил двадцать галеонов, за палочку, которую опять же выбрали от балды. То есть, взяли первую попавшуюся.
* * *
Этим же вечером, Невилл, сидя в своей личной комнате, решил, что не всё так плохо. Он уже даже успел развесить по стенам расписания занятий, несколько таблиц, и листки с напоминанием для себя. В общем, всё, что имело привычку либо теряться, либо с чем-то путаться. Разместить такое в общей спальне – лишний раз показать свою неуклюжесть, а Невилл ни как не хотел привлекать лишнего внимания. Зато теперь его комната пестрела различными схемами и графиками, в большинстве из которых разобрать что-либо без пояснений было бы вообще невозможно.
Для студента, даже специально выделенного из общей массы, помещение оказалось, пожалуй, слишком шикарным. Все учебники Невилла, где-то около пятнадцати томиков, сиротливо расположились на одной из полок, коими была занята вся задняя стенка. На его огромной кровати могло свободно расположиться пять таких Лонгботтомов. Не говоря уж о том, что размеры письменного стола позволяли в случае чего выспаться и на нём.
Надежду в Невилла, естественно, вселяла вовсе не обстановка, а небольшая утренняя перепалка. По сложившейся традиции, началось всё с Малфоя. Драко не решился откладывать такого важного дела, как подкалывание своего нового противника – растяпу Лонгботтома. Для этого пришлось поторчать в столовой. Ещё бы, Невилл изучил повадки слизеринцев много лучше остальных учеников, в том числе и самих слизеринцев. Он пришёл под самый конец, когда за факультетскими столами оставалось всего по несколько человек.
– Если ты лидер, Лонгботтом, – ехидно произнёс блондин, – это ещё не значит, что время ужина будут переносить в зависимости от момента твоего явления народу. Распорядок общий для всех.
Крэбб и Гойл тупо хихикали. Помимо них, за Малфоем стояла ещё парочка слизеринцев, но они ограничились лишь тем, что притормозили со своим уходом. Обычно, народные представления с участием гриффиндорцев, так и начинались.
Невилл ничего не ответил. Вернее, сам себе он напомнил, что, в общем-то, это только его дело, когда здесь появляться, но объяснять что-то этому ухмыляющемуся – только плясать под его дудку. А вот Гермиона смолчать не смогла:
– Ни одно из правил состязания не обязывает лидеров приходить в большой зал строго к началу обеда. Ровно, как и внутренние правила Хогвартса, общие законы поведения в общественных местах, либо какой-либо иной утверждённый и опубликованный указ.
– Конечно-конечно, – Малфой тут же полностью переключился на Гермиону. – А ты, грязнокровка, всё ещё надеешься работать на меня? Правильно, для этого необходимо хорошо учиться, но вообще, я предпочёл бы кого-нибудь посимпатичнее.
Драко не забыл сопроводить свою речь выразительным взглядом в сторону как раз выходившей маглорождённой ученицы из Рейвенкло. Та, в свою очередь, тут же засобиралась отсюда вдвое быстрее. Презрительный взгляд Гермионы Драко в упор не замечал. Согласно новому магическому закону, такие ведьмы, как она, не могли после школы владеть собственной волшебной палочкой, кроме как с разрешения чистокровного мага, на которого они пойдут работать. Никто из маглорождённых идти в слуги не собирался, но вслух об этом не говорилось. Против власти не попрёшь, а образование может пригодиться.
   Гриффиндорцы, тем ни менее, издевательства над своими не терпели. Рон, в отнюдь не лестных выражениях, принялся высказывать Малфою своё мнение относительно него. Невилл, как и остальные, тут же к нему присоединился. На удачу учеников краснознаменного факультета, их в большом зале оказалось раза в два больше. И как Малфой не пытался всем объяснить, что ему их увещевания побоку, вскоре ему пришлось забросить это бесполезное занятие, и удалиться. Одноклассники Невилла, как следствие, ушли довольные, и даже с чувством маленькой победы.
Вот и теперь, пол дня спустя, Невилл сидел в своей комнате, и с удовольствием вспоминал те моменты. Он не запомнил, кто что сказал, но зато до сих пор ощущал тот командный дух. Дом Гриффиндор всё равно держится вместе, и он его часть. Лонгботтом понимал, что настоящий лидер на его месте повёл бы себя не так. Возможно, что он сам того не зная, уже наделал ошибок. И несмотря ни на что, как же приятно чувствовать себя частью коллектива, а не кем-то бесполезным!
Рилан
4.1.2008, 8:16 · Re: Методы борьбы
Нет аватара
Глава 8. В больнице.
В своей палате Рон успел возненавидеть всё, что так или иначе давало о себе знать, будь то постоянный запах лекарств, или же просто идеально белый цвет любых имевшихся здесь предметов. Потолок, стены, дверь – в одиночной палате у всего этого был только один цвет, – даже пол, и тот выложен белой плиткой.
Лежал тут Уизли, наверное, третьи сутки. Единственное окошко имело чисто магическое происхождение, и помочь в определении времени не могло. Легче ориентироваться оказалось по целительнице, заходившей где-то три раза в сутки. Она регулярно приносила еду, совершала над ним какие-то непонятные манипуляции с магическими приборами, справлялась о здоровье и уходила.
Сначала Рон не обращал на это особого внимания. Подумаешь, отдельная палата. Всё-таки после встречи с Пожирателями ему, можно сказать, ещё повезло. Обычно то, что остаётся от врагов такой компании, лечению уже не поддаётся. А тут, надо же, всё на месте!
Но это только сначала. Если первые пару суток Рону казалось вполне естественным то, что эта женщина с суровым лицом никогда не заводит с ним бесед, то теперь это начинало напрягать. Вопрос каждый раз только один, повторяется слово в слово, как по протоколу. И что за двое парней постоянно сопровождающие её в палату. Кроме как наблюдать за всей посещающей его троицей, делать здесь было нечего, и с каждым разом Уизли всё сильнее утверждался во мнении, что никакие это не целители, и даже не мед братья. Куда больше эти ребята походят на… охрану?
Ну, и напоследок: ему уже лучше, почему же до сих пор его не навестил никто из родных?
Тем ни менее, как бы рыжий парень не корил свою судьбу, разглядывая белоснежный потолок, и беззвучно воя от безделья, с последним пунктом ему всё же повезло. Дверь палаты неожиданно распахнулась, а в палату стремительно вошли Фред, Джордж, и Артур Уизли. Последний поспешил как можно надёжнее запечатать за собой дверь.
Рон дёрнулся, было, навстречу, но был остановлен предупредительным жестом – лучше лежи. Фред, а может, и Джордж, неуловимым движением выхватил из складок мантии яйцо, и, поставив на прикроватную тумбочку, разбил. По внешнему виду ничем не отличающееся от перепелиного, оно оказалось пустым внутри, зато по помещению сразу расползлись чуть голубоватые отсветы заклинания.
– Наше последнее изобретение, – объяснил брат, не дожидаясь вопроса. – Теперь решившие нас послушать будет думать, что мы тут о квиддиче болтаем, или о чём-то в этом роде.
– Как ты себя чувствуешь? – спросил его разобравшийся с дверью отец.
Рон собирался, было, уже заверить его, что всё в полной норме, и расспросить, как там остальные, но стоило ему взглянуть на родных, как слова замёрзли на языке. Необычно мрачный Артур Уизли, от которого просто веяло нечеловеческой усталостью, вместе с такими же хмурыми близнецами, впервые на его памяти даже не подумавшие шутить, рождали плохое предчувствие. Очень плохое.
– Я в норме, – твёрдо ответил Рон.
– Вот и замечательно, – заключил Артур. – У нас осталось около четырёх минут, выделенных на свидание. А теперь послушай меня внимательно, и попытайся понять, это важно. Я не знаю, чем вы там занимались с Гарри и Гермионой, но теперь это не важно, потому что ты ничего не знал об их планах.
– Но…
– Не перебивай! – Артур с усилием не дал Рону вскочить с кровати. – Что бы там не делалось, расскажешь об этом в штаб-квартире Ордена. Сейчас же, на любые вопросы отвечай, что ничего не знаешь. Если же подойдут высокие люди из министерства… – Артур вздохнул, – соглашайся.
– С чем соглашаться? – не врубился Рон.
– Со всем, – мрачно ответил отец. – Какой бы бред они не несли, ты должен будешь со всем согласиться, и при этом быть предельно вежливым. Ты всё понял?!
От такого обращения Рон пришёл в шок, если не сказать больше. Ещё никогда на его памяти отец так с ним не разговаривал. Даже когда злился, когда был в бешенстве, хотя… когда Артур был в бешенстве, Рон припомнить так же не мог.
– А что Гарри, Гермиона… Как…
Мысли путались. Рон с трудом формулировал так давно мучивший его вопрос.
– Он не знает, – мрачно констатировал один из близнецов.
– Заметно, – с такой же интонацией прозвучал ответ второго.
Артур помолчал, подбирая слова, перед тем как сообщить:
– Нет больше Гарри. Волдеморт убил его. Теперь даже останков найти не могут.
– Гермиона жива?
Надежда на то, что его девушку пощадили, или она выбралась из той засады, таяла с каждой секундой. После того, что случилось с Гарри, может он здесь лишь потому, что его приняли за мёртвого?
Ответ отца его удивил.
– Жива… пока ещё. Именно поэтому мы тебя и предупреждаем. Не пытайся её защитить! Министерские спустили всех собак. Для всех это она предала Гарри Поттера, и заодно передавала секретные сведения из министерства магии. Теперь только она виновата в каждом нашем провале.
– Бред. Нет, это полный бред!
– Кто бы спорил, братишка.
– Многие, – оборвал Артур. – Новая тактика нашего «разлюбимого» министерства работает что надо! Даже в Ордене Феникса некоторые искренне убеждены, что она хуже Вольдеморта, Снейпа, и Гриндевальда вместе взятых. Рассказать, что думают обычные волшебники, доверяющие газетам?
– Может…
– Не может! – Артур даже не стал дослушивать вопрос сына. – Она обречена. Даже если воскреснет Гарри Поттер, и в купе с Альбусом Дамблдором отправится убеждать всех, что они ошибаются, их в лучшем случае отправят обратно в могилы.
Про то, что у Гарри могилы нет, отец семейства похоже забыл, да и какое это имело значение? Сейчас он хотел вытащить сына. Массовая агитация его ещё не коснулась, что означало надежду. Кто бы не спланировал такой ход, направлен он именно против Гермионы. Если Рон спляшет под политическую дудку, подтвердив "нехорошесть" бывшей подруги, его не то, что отпустят, с такого героя пылинки стряхивать будут!
– Сейчас твоя задача спасти себя. Пообещай мне, что когда от тебя этого потребуют, выступишь на стороне обвинения!
Рон потрясённо молчал. Он даже представить не мог, что когда-либо попадёт в такую ситуацию. Чтобы не попасть в Азкабан, придётся предать свою девушку, и это предлагает родной отец! Яростный взгляд парня получился настолько выразительным, что ни у кого не вызывало сомнений его значение.
– Придётся, братик. Джинни тоже не хотела соглашаться, но если понадобится, она сделает всё, что б помочь тебе. Гермиона тоже была её подругой, понимаешь теперь?
– Подумай о матери, – произнёс Артур, – она и так не своя после гибели Гарри, каково ей будет, если приговорят тебя?
– Я не могу, – возмутился Рон.
– Можешь, – жёстко отрезал Артур. – Здесь тебе не Гриффиндор, и не Хогвартс. Это реальность. Запомни, министерство магии, это поезд, он не поворотлив, но раздавит любого, кто посмеет встать на пути. Даже Вольдеморт, со всеми его кошмарами, никогда не выходит с ним один на один. Но он слишком силён, и может направлять их действия, а мы – нет.
– Я не стану предателем! Не буду…
– Как ты не понимаешь, её уже нет! Некого предавать. Повторный суд, со свободным посещением для всех желающих, – всего лишь шоу…
Видимо Артур, при молчаливой поддержке братьев, ещё долго втолковывал бы непутёвому сыну, что его жизнь на волоске, но время свидания действительно было жёстко ограничено. Кто-то очень нетерпеливый, так и не сумев открыть дверь в одиночную палату, принялся громко тарабанить в неё.
– Нам пора, – сообщил Артур, – но ты всё же подумай, а потом делай выводы. Над твоим скорейшим «выздоровлением» все наши трудятся.
Больше отец ничего не сказал. Быстро сняв свои чары с прохода, он пропустил целительницу, вместе с привычным сопровождением. Джордж, пользуясь возникшей суетой, смахнул остатки скорлупы себе в карман.
– Выдохлось, – тихо пояснил он. И все трое поспешили покинуть комнату. У Рона было аналогичное желание, но теперь он не питал ложных надежд по поводу своего «скорейшего выздоровления».
* * *
Джинни Уизли хохотала, как никогда в жизни. Последние два дня она плакала, но теперь слёзы кончились, и её пробил истеричный смех. Горе сильно меняет человека, очень сильно. Теперь, после смерти Гарри, многие загадки, мучившие её столько одиноких вечеров, перестали быть таковыми.
Сколько дней она пыталась понять, почему Гарри ушёл? Его друзья заверяли, что он по-прежнему любит её. А тот день, когда Гарри продался министерству? Ведь он прекрасно осознавал, что делает! Джинни разразилась новым приступом дикого, совершенно нечеловеческого хохота. Всё оказалось настолько просто, что она удивлялась, как не поняла таких простых вещей раньше. Да просто Гарри всё знал с самого начала! Он лучше других понимал Вольдеморта, несмотря на то, что ненавидел всей душой. И уж конечно он понимал, что следующими станут те, кто с ним. Поттеру, в некотором смысле, даже повезло: как самого опасного, его уничтожили первым. Теперь очередь Гермионы. А Рона вытащат, Вольдеморт на сей раз позволит, но только он всё равно обречён. Просто ему, как последнему из трио, «Лорд судеб» уготовал особую судьбу. Он любит играться с судьбами.
Девушка давно выбилась из сил, и истеричный хохот перешёл на тихое подхихикивание. Зато стало слышно, как к двери несётся множество ног.
– "Услыхали".
Это породило ещё один приступ безудержного хохота, от которого Джинни согнуло пополам.
В дверь вломились без всякого стука. В проёме от увиденной картины так и замерла Молли, за ней пыталась протолкнуться Тонкс. Последним, на своей ноге, приковылял Хмури.
– Джинни, деточка, что с тобой?
Мать бросилась к ней. Джинни, хотя ей и было всё равно, почему-то поняла, что должна успокоиться. Только попытка задержать смех вызвала его новую бурю. Мать в шоке остановилась, явно растерявшись, а Джинни снова стало всё равно.
– "Думает, что это я не спокойна. А сама всё ещё суетится, верит, что сможет спасти не только Рона, но и Гермиону. С потерей Гермионы сумел смириться даже отец, с его склонностью до последнего верить в чудо".
– У неё срыв, нужно успокаивающее зелье, – вмешалась Тонкс.
– Нет, – прохрипел Аластор, отдёрнув одеяло кровати, и подняв на всеобщее обозрение пустую склянку. – У неё уже передозировка. Промойте желудок.
Джинни неожиданно поперхнулась, и зашлась приступом кашля. Смысл слова всех этих суетившихся людишек воспринимался отдалённо. Вот сейчас Хмури даёт свои указания. Считает себя умным, а ведь искренне полагает, что Гермиону подставили, что бы обнаружились люди Ордена Феникса. Тех, кто рискуя секретностью ринется её спасать, будет видно как на ладони.
Неожиданно для себя Джинни получила пощёчину. Всё в комнате обрело резкость. Ещё пощёчина, и ещё, ещё. От следующей она уже постаралась прикрыться. Реальный мир возвращался.
* * *
Гарри потянулся, и покинул свою палатку. Изнутри она была достаточно просторной, но снаружи больше походила на подвешенный тёмно-зелёный плащ, хорошо замаскированный посреди леса.
Первоначально Поттер подумывал остановиться в гостинице. После покупки палочки денег у него осталось не так много – чуть больше семи галлеонов, но и этого при экономии хватило бы на несколько месяцев. И, тем не менее, очень скоро юноша обнаружил, что будь у него хоть целое состояние, возможности не имеющего документов волшебника в этом мире сильно ограниченны. Одного взгляда на хозяйку дырявого котла хватало, чтобы понять – к этой с взятками лучше не подкатывать.
Хотя, какие взятки! Гарри отдавал себе отчёт в том, что его опыт как-то склонить человека на свою сторону при помощи денег ограничивается всего одним незадачливым торговцем. Да и на того ушло втрое больше денег, чем осталось на руках сейчас. Даже если он примется искать другие гостиницы, и найдёт в какой-нибудь из них человека, готового хоть мать свою продать, где гарантия, что, собрав все денежки, его не сдадут?
В такой ситуации нарваться на лавку с палатками оказалось выходом из положения. Ещё бы: никаких документов не нужно, всё в рамках любого известного ему закона. И, что не маловажно, самая дешёвая, всего за три Галеона, изнутри по размерам не уступала всему первому этажу дома Дурслей.
Теперь, когда с первоочередными хозяйственными вопросами покончено, требовалось вплотную заняться главным: Гарри планировал вернуться домой.
Рилан
4.1.2008, 8:18 · Re: Методы борьбы
Нет аватара
Глава 9. Шаг второй, ударный.
Теория, гласившая о возможности существования параллельных миров, не первое столетие занимала магов. Многие видные учёные неоднократно пытались как подтвердить, так и опровергнуть её, породив не мало споров. Некоторым удавалось даже находить доказательства своей правоты. При этом, временами везло обоим сторонам!
Гарри, как и большинство обывателей, почти ничего об этом не знал. В его памяти сохранилась лишь общая суть теории, в десятом пересказе. Кто ж мог знать, что его так занесёт! Впрочем, даже без столь скромных познаний понятно, что в поисках ответа придётся надолго застрять в библиотеке.
В любое время такие соображения могли нагнать скуку, ведь даже толком не известно, что ищешь. И тем ни менее, Гарри ничего такого не чувствовал: общественных библиотек в стране находилось всего две штуки – «Большой архив» министерства магии, и «книгохранилище целительского института» при больнице св. Мунго. Обе находятся при особо важных объектах, которые, как уже выяснил Гарри, при Вольдеморте начали охраняться по-настоящему. Подозрительную личность, которую сейчас являл собой Поттер, задержат за одну только попытку приблизиться к министерству. У больницы защита слабее, но проверку не пройти и там. Нет, скучные посиделки за книгами нужно ещё заслужить!
Как бы там не было, всего два часа спустя Гарри преспокойно обходил стеллажи. И не где-нибудь, а в запретной секции Хогвартса! Если ещё точнее – в самой отдалённой стороне этой секции. Обычно сюда не заходили даже старшекурсники. Всё, чем время от времени в процессе обучения интересовались, давно перенесли поближе к выходу. Так что, несмотря на обычный учебный день, побеспокоить его здесь могли разве что чисто случайно. Но вот как раз этого Поттер совершенно не боялся. Общая площадь знакомых ему потайных ходов заметно превышала официально известную территорию коридоров. А с такими знаниями можно уйти хоть от полчища Пожирателей, хоть от двух таких полчищ. Тут уж особой разницы не существовало.
На этом успехи мальчика-который-выжил, пожалуй, завершалось. За почти пол дня Гарри посчастливилось найти описания двух предположительно неслабых боевых проклятий, весьма оригинальных щитовых чар, и даже одного крайне занимательного ритуала. Про другие миры – ни намёка. Похоже, застрять здесь ему придётся надолго.
– «По крайней мере, здесь не приходится ждать козней Вольдеморта», – утешил себя Гарри. Откуда ему было знать, что не далее, как этой ночью Тёмный Лорд нахлестался оборотного зелья, и в образе Лонгботтома от всей своей седьмой части души порезвился в школе. Похоже, слегка перестаравшись при этом. Теперь Долохову придётся потрудиться, чтобы этого неудачника не исключили из школы.
* * *
В жизни Невилла началась кошмарная полоса. Он и сам не понял, как такое произошло, просто в одно ужасное утро от него все отвернулись. Точнее, отвернулись те, кто едва мог поверить, что их растяпа Невилл на такое способен. Теперь они его просто демонстративно избегали. А были и те, кто его люто возненавидел, и если бы не личная спальня с очень надёжными замками… впрочем, битым Невилл стал и так.
Стать первым в истории Хогвартса человеком, объединившим вечно враждующие Гриффиндор и Слизерин, это не слабо. Вот только дружили все четыре факультета исключительно против него.
- Лея скажи им, что это неправда! Ты же знаешь! Должна знать!
- Ты… - Девушка в ужасе отворачивается, и со слезами что есть мочи бежит в противоположную сторону. Невилл бросается следом, чтобы она сказала всем правду, но его грубо пихают в бок, и сбивают подножкой.
Сверху доносится комментарий, что его самого надо бы грубо изнасиловать, чтобы почувствовал, какого это, но кто же возьмётся?
А самое ужасное, Невилл видел её реакцию на своё появление. На мгновение он даже успел увидеть её глаза – боль и искренность в них были настоящими! Кода тебя с детских лет пытаются разыграть, потому что ты самый нелепый, некоторые вещи начинаешь чувствовать.
– «Но этого не было! Я ведь не мог! Верно?», – и тут же в сознании пронеслось ответное, – «что за глупости. Конечно не мог». – Только вот уже без прежней уверенности.
Оказывается, когда тебе не верит никто, включая родную бабушку, уже начинаешь сомневаться. Изнасилование имело место – неопровержимо доказано. Почему этого всем без исключения оказалось достаточно? Невилл даже не знал, как ему теперь относиться к директору, запретившему ему под любым видом покидать школу до определения меры наказания. Дома единственная родственница съела бы его похлеще дементоров. Она уже порывалась его забрать. С другой стороны, каждый день сталкиваться с людьми, которые уверены что он, он… тьфу ты, даже произнести стыдно!
В газеты несчастный Невилл даже не заглядывал. Он ещё со второго курса помнил, как Рита Скитер им «восторгалась». Строго говоря, за изнасилование не отправляют в Азкабан, вроде бы. Да и слышно про такие случаи ничего не было. Но когда дело становится столь широко известно, да ещё и касается настолько молодого студента, который ко всему ещё и мальчик-который-выжил – какой журналист сможет удержаться?
Хвала неизвестно кому, теперь хоть есть приходится отдельно. И получилось то всё само:
На обед Лонгботтом шёл один, отсидев пытку под названием «зельеделие». И не потому, что сложно – его сегодня и не подумали спрашивать. Просто ощущение, будто все специально отсели, чтобы было удобнее бросать презрительные взгляды, постоянно держало в напряжении. Отсели действительно специально – однокурсники, знавшие его навыки в области приготовления эликсиров, вели такую традицию с первого курса. А вот в том, что все вокруг только и вспоминают недавнее, Невилл тщетно пытался себя разубедить.
Этим же он занимался и в коридорах, морально готовя себя к появлению при большом скоплении народа. Одновременно Невилл напоминал себе, что является гриффиндорцем, представителем факультета смелых, а оглядываться каждую секунду в поисках желающих «восстановить справедливость» – постыдная трусость. Поддержке духа способствовало слабо, но мальчик держался. Так он добрался до большого зала.
За общим факультетским столом на пору-тройку мест от Невилла образовалось пустое пространство. Всё бы ничего. Даже будучи легендой, Невилл никогда не блистал популярностью среди сверстников, так что на сей раз он даже почти не ощутил ожога обиды. Настоящим ударом стали абсолютно пустые тарелки, в то время как у всех вокруг появилась изумительно приготовленная еда. Домовики, самые робкие магические существа, отказывались обслужить волшебника впервые. По крайней мере, на памяти Лонгботтома, в гробовой тишине покинувшего зал.
Поголодав вечер, проблему с едой Невилл таки решил. Как это здорово, что при заказе такой мелочи, как блюда, или продукты, не требуется указывать имя и фамилию! Омрачалось это приятное открытие тем, что очень скоро о его способе добычи пищи будут знать все, кто заинтересуется. Юный студент старался даже не задумываться, каким боком выльется история с провиантом. На фоне ужасных ожиданий на второй план отодвигался даже тот факт, что карманных денег осталось – всего ничего. Хотя, вряд ли ему позволят погибнуть с голоду. Это было бы слишком просто.
Разрешая проблемы, накрывающих его мощным потоком, Невилл даже не задумался об своём оправдании. С некоторых пор оно представлялось совершенно невозможным. Замечательная защита, некогда созданная Дамболдором, сыграла с ним злую шутку.
Случилось это на его втором курсе, и события того времени Лонгботтом помнил куда лучше, чем ему самому того хотелось. Ещё бы, Вольдеморт обнаружил связь чрез шрам, и принялся во всю ей пользоваться. Кому захочется такое помнить.
Последствия с каждым днём становились всё губительнее, и Дамболдор взялся за защиту сознания мальчика. К сожалению, тогда ещё слишком маленького мальчика, чтобы обучать его окклюменции. Старый волшебник пошёл по другому пути, и сварил специально для него «зелье закрытой мысли».
Невилл тогда ещё удивлялся: зачем маги учат настолько сложную науку, как окклюменция, если можно один раз выпить зелье – и на всю оставшуюся жизнь твои мысли останутся закрытыми. Покопавшись в библиотеке, он таки нашёл приемлемый ответ. Запечатывая сознание, зелье одновременно отсекало и способности к некоторым областям леглименции выпившему его магу. Лишь сейчас, спустя столько времени, Невилл Лонгботтом во всей красе осознал, чем опасны зелья, дающие эффект на всю жизнь. Какая там леглименция, до него сейчас даже психотропными зельями не доберёшься! Что в таком положении совсем не есть гуд.
* * *
Нельзя сказать, что Рон не думал над словами отца. Скорее наоборот: в палате делать было нечего, так что, не считая еды и сна, он только этим и занимался. И чем больше он думал, тем больше понимал, что кинуть так Гермиону не сможет. Спустя три дня Рон был готов хоть самому министру в лицо выкрикнуть, что он думает о Гермионе. Что бы там ему не советовали.
К счастью для Уизли, никто ничего спрашивать у него не стал. Как ребята из Ордена Феникса добились того, что к нему даже близко никто не подошёл – для Рона оставалось загадкой. Он лишь отметил про себя, что какое-никакое, а влияние у них ещё осталось.
Сейчас же он, находясь на площади Гриммо, оказался в интересной ситуации. Доставивший его сюда Люпин мог искренне полагать, что одно заточение сменилась другим. Белая комната – на зелёную, только и всего. Но Рон знал, что это не так. Здесь у него появлялся выбор действий: сидеть сложа руки, или попытаться что-нибудь предпринять.
Его-то сейчас рыжий и совершал, стоя перед закрытой дверью в бывшую Гарину комнату. Сидеть и ждать – невыносимо. Если же войти, поворачивать назад будет поздно. Гарри при жизни не позволял заходить туда даже им, и если уж вломится туда и забрать чужие записи и артефакты – то для дела. Рон бы не думал – но дело… слишком уж безвариантное.
Рилан
4.1.2008, 8:20 · Re: Методы борьбы
Нет аватара
Глава 10. Избранные, и символы жизни.
Поиски продвигались – медленнее некуда. Гарри уже привык к постоянно окружавшем его пыльным фолиантам, и давно чувствовал себя здесь как дома. Среди старшекурсников пару раз находились энтузиасты, тревожившие его покой. Об этом ему заранее сообщала слабенькая сигнальная сеть, которую он тут разложил. В остальном же в секции можно было безопасно заночевать, чего Гарри делать всё же поостерёгся. Слишком хорошо помнил себя на первых школьных годах. Вдруг сюда только ночью и ходят?
Довольно рисковые вылазки в общедоступную секцию тоже ничем не смогли помочь. Гарри и раньше подозревал, что история очень коварная наука (не заметишь, как уснёшь), сейчас же окончательно в этом убедился. О таком выдающемся деятеле, как Гриндевальд, вспоминали неохотно, и все источники – одно и то же. Как бы не выглядел фолиант, извлечь из него удавалось примерно следующее: «Гриндевальд – да, был такой волшебник, мы этого не отрицаем. Успешно учился в Дурмстранге, но не доучился, и отправился захватывать мир». Далее перечислялись основные этапы войны с Гридевальдом, которые Поттер, несмотря на не лучшую память на числа, успел заучить. Обязательно упоминалось, что, так или иначе, именно этот человек причастен к маггловским войнам. И напоследок, традиционно писали о знаменитой дуэли с Дамболдором.
Как учёный, создававший сильнейшие заклинания, Геллерт Гринлевальд не упоминался. Попытка идти по другому пути, и сразу найти что-то о других мирах провалилась ещё раньше. Поняв, что многого так не добиться, Гарри перешёл к более решительным мерам.
Сегодня он собирался в святая-святых Хогвартса – выручай комнату. Причём именно сейчас. Убив на библиотечные поиски почти неделю, Гарри не хотел терять более ни одного вечера. А то, что ученики гуляют, то для сильного мага это не столь большая беда. Наоборот, прекрасная проверка своих познаний в маскировки.
Резво выхватив палочку, Поттер наложил на себя чары отвлечения внимания. Ещё один замысловатый взмах – и его мантию покрывает заклинание незначительности. Вот теперь пусть только подумают, что студенты так не одеваются.
Теперь бравый выход. Ну, это относительно просто. Незаметно выбравшись из-за дольных стеллажей, Гарри направил свою палочку на стопку книжек какой-то мелкой девчонки.
– «Вингардиум Левиоса!»
Никто и оглянуться успел, как заклинание прервалось. Учебники закономерно посыпались на пол, а мадам Пиннс, так же закономерно, выскочила из-за стола. Что странно: девочка, на которую все отвлеклись, так и не вышла из прострации. Но об этом Гарри уже не думал. Стремительно вылетев из библиотеки, он остановился отдышаться.
– «Теперь главное, не нарваться на окклюмеиста».
Уроки уже закончились, и в таких родных сердцу коридорах, прогуливались все, кому не лень. Выворачивая из-за угла, Гарри уже шёл с нормальной для студента скоростью. Ограничение внимания вполне мог преодолеть и просто внимательный волшебник, даже без окклюменции. Из-за этого приходилось двигаться «как свой», и по возможности следовать пустующими коридорами.
За следующим поворотом Гарри ткнул палочкой в стенку и прошептал пароль, не менявшийся, вероятно, со времён основателей. Внешне ничего не изменилось, но Поттер уверенно пошёл прямо сквозь стену. Имевшаяся здесь коморка со стальным столбом посередине не впечатляла размерами. Разве что высотой. Столб уходил на несколько этажей вверх, служа в своё время самым быстрым способом спуска с Равенкловской башни.
Легко угадывалось, что когда-то он был чистым. Зачем здесь установлен – другой вопрос. Представить, как по нему соскальзывает благородная леди Ровена, у Гарри не получалось. Пришлось удовлетвориться мыслью, что основатели знали, что, и как строить.
Нагнувшись к ботинкам, Гарри принялся передвигать блестяшку, в маггловском мире легко принимаемую за  эмблему производителя. «Обычный режим», «боевой», «преодоления препятствий», «противозаборный», «прыжковый» – о, самый раз.
Снабжать обувь чем-то полезным, не считая уменьшителя веса, близнецы Уизли так и не приспособились. Зато этот самый вес научились регулировать столь виртуозно, что хоть по воде ползай. Если, конечно, не сдует. Для Гарри же сейчас всё это означало только одно – существенное сокращение маршрута.
Резкий прыжок – и ты уже в десятке метров над полом. Очутившись на самом верху, Гарри отключил ботинки, и, ничуть не смущаясь, вышел прямо сквозь стену, снова ставшую за его спиной обыкновенным камнем.
Он очутился в ровном прямом коридоре, с рыцарскими доспехами, стоявшими по обоим сторонам. Факелы давали на удивление мягкий свет, из-за которого всё здесь погружалось в приятную полутьму. Впору бы расслабиться, если бы не возня в одном из ответвлений. Как из подлости – в нужном ответвлении.
Здраво рассудив, что при профессоре такие звуки до него бы не донеслись, Поттер решительно двинулся вперёд. Увлечённые своим делом студенты серьёзных опасений ему не внушали.
– «Задержать меня, по крайней мере, не смогут».
Как показало ближайшее будущее, это была очень самонадеянная мысль.
В злополучном ответвлении, мимо которого предстояло идти, бравая четвёрка толкала какого-то пухлого мальчика. Повеяло такой злостью и удовлетворением, что Гарри, не затруднявший себя держать защиту сознания на полную, пошатнулся.
Эмоции исходили от четверых незнакомых ребят, время от времени перемеживающих толчки с ударами. Но в основном, всё же толчки, которые не давали не сориентироваться, ни толком хоть что-нибудь блокировать. Неприятная тактика, в таких «клещах» парень должен чувствовать себя довольно-таки беспомощным. Вроде как вертишься, даже руки свободны, а сделать ничего не в силах.
Гарри уже смирился с тем, что уловит чувство беспомощности, или хотя бы ответной злости, но ощутить что-то на фоне «дружной четвёрки» оказалось задачей не из лёгких.
Рука сама нырнула за палочкой. С применением магии студенты могли бы уже стать убийцами, так что не пустили в ход палочки они предусмотрительно. Что совершенно не гарантирует отсутствие летального исхода, при таких-то горячих чувствах. Решение уже созрело, осталось только выбрать удачный момент.
Гарри встал поудобнее.
– «Сейчас. Так, вот толчок в спину, мальчика кидает вперёд, где он получает удар в корпус. Явно недостаточный, чтобы отправить его в обратный полёт. Не с пушинкой связались».
Признавать, что сам бы в том возрасте уже сложился по палам, не особо приятно. Не отвлекаясь на подобные измышления, Гарри продолжал наблюдать.
«Нападавшие», как Поттер пометил их для себя, не терялись, и «жертва» ощутимо получил в бок.
– «Вот с ноги, это они зря, он и так заваливался. Теперь грохнулся, как по заказу».
Дальше медлить было бессмысленно, и Гарри вскинул палочку:
– «Унда Аетериус!»
Смело всех четверых. Рослый парень, как стоял прямо переел Гарри, так, не меняя положения, и налетел на звянькнувший доспех. Остальных разметало по полу. «Побитый мальчик» поднялся на руках, недоумённо оглядывая живописно разлёгшуюся компанию.
Не теряя времени, Гарри один за другим выпустил четыре сногсшибателя, завершая начатое. Теперь, с чувством исполненного долга, можно идти дальше.
Идти то дальше можно, даже нужно. Неприятный момент состоял в том, что вместо выполненного долга, Гарри ощущал, что вляпался. Неизвестно ещё, чего этот квартет так взъелся.
По горькому опыту Гарри знал, что в таких делах, как избиение слабого, причина не требуется. Достаточно желания. И уж конечно, в дружной компании любое дело веселее. С другой стороны, это не означает, что причин не было. Если тот тип, которому он только что помог, такой же скользкий, как Снейп в юности, а он оставил ему безоружных обидчиков…
Гарри на месте развернулся в обратном направлении. И нос к носу столкнулся с выбежавшим за ним… Невиллом.
Да, это определённо был Невилл, хотя опознать его настолько помятым, с подбитой челюстью, да ещё и заметно помолодевшим – оказалось нелегко. С чисто психологической точки зрения. Между тем глаза Невилла, оглядывавшего Поттера с ног до головы, удивлённо расширились, остановившись на лбу. Гарри с таким же шоком разглядывал молниеобразный шрам на лбу Невилла.
– Ты… местный «Мальчик-который-выжил»?! – Первым справился с собой Гарри.
– А ты ээ… не местный? – Менее закалённый в получении новостей, Невилл даже не закончил фразу.
Ещё с пол минуты мальчики-которые-выжили буравили друг дружку взглядами. Своё прозвище они не любили и раньше. Тот факт, что это, оказывается, скорее должность, и вовсе не добавлял энтузиазма. Тем ни менее, Гарри ощутил, что рад встрече с человеком схожей судьбы. О чём в это же время думал Невилл, он не знал.
– Нам лучше уйти отсюда, – прервал молчание Поттер. – Колдовство в коридоре можно засечь. С минуты на минуту сюда прибегут профессора.
– Не прибегут, – убеждённо ответил Невилл. – Они подумают, что тут шла борьба за символы жизни.
– За что?
– Символы жизни, – повторил Невилл, вытащив из кармана оранжевый шарик. – В Хогвартсе сейчас ведётся большая игра по защите, поэтому можно нападать в коридорах. Если твой символ жизни повредят, считается, что тебя уничтожили.
Покрутив шариком перед глазами, Невилл аккуратно сунул его в карман.
– И этим… нужен был твой символ? – не поверил Гарри.
– Ты что, не слышал, что я… все считают… – Невилл смутился. Кажется, он впервые заметил, что запросто болтает с человеком, который непонятно, откуда явился.
– Вот что, – наконец решился Гарри, – хватай их символы, и пойдём скорее отсюда. Похоже, нам найдётся, о чём поговорить.
–Но я их не побеждал!
– Да ну? – Деланно изумился Поттер. – Конфликт у вас, тем ни менее, вышел. И они вполне качественно оглушены магией, – за это ручаюсь. Меня никто, а ты – в особенности, не видел и не слышал. Это хоть тебе объяснять не надо? Так что, Ассио символы жизни!
Торжественность речи нарушили наглые символы жизни, и не подумавшие реагировать на призыв. Гарри запоздало вспомнил, что не будь символы защищены от такого предсказуемого воровства, за них бы никто и не сражался. Что, впрочем, ничуть его не смутило:
– Тебе придётся уничтожить их символы. В противном случае, всё здесь произошедшее – банальная драка. Хочешь, что бы вам всем влепили взыскания?
Невилл молча развернулся, и вскоре вернулся с мелким красным шариком. Гарри заинтересовался, почему у самого Невилла символ почти вдвое крупнее и другого цвета, но Лонгботтом понял его вопросительный взгляд по-своему:
– Одного вполне достаточно. Про остальных можно сказать, что случайно зацепил. За это их не накажут.
Рилан
4.1.2008, 8:22 · Re: Методы борьбы
Нет аватара
Глава 11.
– Стой.
Невилл замер перед самым выходом из выручай комнаты, так что спохватился Гарри в последний момент:
– Что с символом жизни, ты его уже уничтожил?
Невилл с обречённым видом достал оба символа: свой собственный, и отобранный.
– На самом деле, – со вздохом сообщил Лонгботтом, – смерть в игре не многим лучше месячной отработки.
Гарри это уже и сам знал. Как и то, что его замечательный план с уничтожением символа провалился бы, не будь Невилл лидером. Своего рода защиту от «выяснения отношений» под видом игры выстроили вполне разумно. Сражаться мог любой участник, но обращать результаты поединков реальные результаты команды – лишь лидер. С них и спрос. На самом деле, очень удобно: если случилась дуэль, а лидер – не сном, ни духом, ситуация говорит сама за себя.
С самими лидерами игры ещё проще. Особые полномочия заставляют чувствовать особую ответственность, да и мало их – безобразничать не будут.
Невилл прислонил шарики друг к дружке: красный и оранжевый. Сейчас он может принять того мальчика в команду, и тогда его шарик тоже станет оранжевым.
– Уничтожить! – Как-то грустно, но в то же время твёрдо приказал Невилл. Секунду ничего не происходило, а потом из большего шарика, принадлежащего Невиллу, в соседний потекла тёмная дымка. Вскоре шарик стал матово-тёмным, что означало его конец. На поверхности тускло высветился номер бывшего игрока.
Лонгботтом поспешил спрятать оба шарика в карман, после чего, резко повернув дверную ручку, вышел.
– Ты будешь здесь завтра? – уже из коридора спросил он.
– Конечно, – отозвался Гарри. – И прихвати с собой поесть.
Дверь захлопнулась. Гарри, с видом бесконечно уставшего от жизни человека, плюхнулся в кресло. Напротив него пустовало точно такое же: красное, как в их факультетской гостиной, и куда более пышное. Между креслами плетёный журнальный столик. Ничего, нормальная обстановочка для переговоров. Была.
Как очень скоро выяснилось, план Поттера по сокрытию своей скромной персоны трещал по всем швам. Хотя бы потому, что Невилл не владел оглушающим заклинанием. Гарри тут же вызвался его обучить. Увы. Навыки Лонгботтома-пятикурсника ничем не отличались от навыков его же, но только из родного мира Поттера. С учителями, ведущими защиту, Хогвартсу в любом мире не везло одинаково. И игру явно не нынешний преподаватель придумал. Слишком умно для него.
Обучить Невилла чему-либо практическому – всегда приключение. Сегодняшняя попытка тоже вполне себя оправдала.
Первым делом Гарри позаботился об чёткости выговариваемой вербальной части. Спустя минуту Невилл мог без запинки выговорить её даже в подвешенном вниз головой состоянии. Затем приступили к отработке правильного движения палочки. С этим пришлось повозиться подольше: Гарри показывал, сам двигал запястье Невилла в нужном направлении, и снова показывал. Упорство вознаградилось. Спустя каких-то двадцать минут Лонгботтом свободно выводил нужное движение даже прыгая на одной ноге.
Считается, что для создания сногсшибателя слова и жеста достаточно. Невилл едва не опроверг эту аксиому, на протяжении получаса выпуская из палочки что угодно, только не красный луч сносшибателя. Кресла и плетёный столик, пожалуй, единственное, что уцелело. Ромбообразные светильники, дававшие мягкий и ненавязчивый свет, валялись на полу вперемешку с полочками, на которых стояли. Подушки, предусмотрительно созданные для падения, уронить ниже пола уже не получалось. Наверное, именно поэтому они и оказались выпотрошенными. И ещё хорошо, что не подпалёнными – Невилл неоднократно осыпал комнату разноцветными искрами.
Под конец Гарри даже оглушил Невилла, чтобы убедиться, что проклятие в этом мире и этой комнате вполне действует. Что он там путает, так и осталось загадкой. Ведь не скажешь, что не старается. Напротив, аж пыхтит от натуги.
По крайней мере, определённых результатов Невилл добился. След магии, оставшийся в палочке после его потуг, вполне интерпретировался под оглушающее заклятие. Если попросят продемонстрировать, можно показать, что есть. Само по себе не прокатит, но если сказать, что со страху оно лучше получается – проверку Невилл прошёл.
Гарри мысленно попросил комнату превратить его кресло в диван, и разлёгся поудобее. Совсем не ради проверки он обучал Невилла. Тот мог бы запросто соврать, что помог ему кто-то из школьников. Кто именно – не рассмотрел. Звучало бы куда правдоподобнее. С защитой, как на его сознании, и не такое ляпнуть можно.
В том и проблема, что ему захотелось помочь этому мальчику. Собственный пятый курс показался Поттеру совсем не сахаром. Это когда его окружали друзья, и ещё жил очень понимающий крёстный. Невилл же одиночка, рассчитывать может только на себя.
К тому же, Гарри был уверен, что ему не померещилось: у Лонгботтома появляется сверхсила. Сам он, погрузившись в воспоминания о последних злоключениях, не заметил, как задрожал воздух. Мало кто обратил бы внимание, но только не тот, кто сам постигал подобное искусство. Обращённые к нему отрицательные эмоции магов… не ограничиваются пределами Хогвартса. Если не объяснить мальчику, с какого рода магией он имеет дело, однажды на месте его обидчиков найдут лишь пепел, и чёткие следы спонтанной магии.
Впрочем, как и большинство одиночек, он чрезвычайно сознателен. Понимает, что двигало теми памятными недотёпами. Вроде даже не обиделся. Время ещё есть – много ли?
Напоследок, самое неприятное: никто не сказал ему о пророчестве. Поттер искренне желал, что бы никакого пророчества в этом мире не существовало, но похоже, Невиллу просто не успели о нём сказать. Шрам у него имеется – явно не просто так. Чем больше Гарри задумывался об этом, тем меньше ему хотелось ощутить себя в роли Дамболдора. Но кто-то должен сказать!
Утешает, что не срочно. Сначала можно устроить ему личный АД, что б однокурсники не пришибли. А там, посмотрим…
* * *
– Мне тоже очень жаль, – искренне посочувствовал Люпин, – но всё бесполезно. Мы не можем вмешаться ни юридически, ни силой.
Вместо ответа Рон ещё раз заглушил двери против подслушивания. Последние три дня он штудировал конспекты Гарри, и не сказать, что без толку – освоил два заклинания из области высшей магии. К сожалению, такая капля в море ничуть не приблизила его к спасению Гермионы. Поняв, что продолжает терять время, Уизли обратился к человеку, который, как ему казалось, сможет хоть чем-то помочь.
– У тебя же были друзья, – не сдавался Рон. – Ты бы попытался их спасти, если бы знал!
– Поэтому ты ко мне и обратился? – Горько усмехнулся Люпин. – Сделал бы всё, что в моих силах, – горячо подтвердил он.
– Тогда ты меня понимаешь, – заключил Рон.
Из всех комнат огромного поместья, Ремусу досталась самая ободранная. Бывший профессор облагородил её, как мог, но обстановка осталась более чем скромной. С трудом угадывалось, что стены тут, как и во всём доме, выкрашены в зелёный. На прочный, но затёртый стол Рон старался даже не смотреть. Несмотря на чистоту, создавалось впечатление, что сей предмет мебели принесли отнюдь не из магазина. Или наоборот: из магазина, но не в этом веке. И как тогда «это» провалялась в доме Блэков столько лет?
– Тебя все здесь понимают, – вздохнул Люпин. – Орден не может вмешаться.
– Я прошу о помощи не весь Орден, а тебя лично.
– Что я могу.
– Вместе мы сможем её выкрасть.
Люпин только горько вздохнул. Место заключения Гермионы держалось в секрете. Увидеть её можно будет только на казни.
– Это будет ОБЩЕСТВЕННОЕ мероприятие. На обеспечение его безопасности кинут половину Аврориата!
– Но ты же оборотень! – В голосе Рона невольно проскользнуло отчаяние. Бывший учитель как всегда был абсолютно прав.
Оборотничество – больная тема Люпина. Тактичные люди старались вообще не упоминать ничего такого при Ремусе. Рон тоже запоздало спохватился, но даже не подумал смутиться или отвести взгляд.
– Ты должен был понять, – собрался с ответом Ремус, – что слухи об оборотнях сильно преувеличены. Моя реакция действительно несколько выше, чем у обычных людей – даже когда я человек. После Хогвартса мне удалось получить высшее магическое образование. Но авроры… очень крепкие ребята. Я смогу победить одного, завязать бой с двумя, и всё. Дальше меня повяжут. У них наверняка защитные амулеты…
– А что мешает нам найти такие же.
– Даже если мы увешаемся ими как рождественские ёлки! Это не сделает нас неуязвимыми.
Слово «нас» обнадёжило Рона куда сильнее, чем он сам того ожидал:
– И выпьем зелье увеличения магической силы. Не на турнире. Уж зелья перед каждым дежурством авроры точно не пьют!
Люпин только устало покачал головой. Рон сник.
– Вы зря считаете Гермиону бесполезной в этой войне. – И, не давая бывшему учителю вставить фразу о том, что он так не считает. – Она одна из посвящённых в тайну Дамболдора.
– Какую ещё тайну Дамболдора? – Спросил Люпин крайне неохотно, как будто его обязывали.
– Ту самую. Дополнительные занятия Гарри. – Несвязно пояснил Рон. – В прошлом году, когда Дамболдор взялся давать Гарри дополнительные уроки, мы подумали, что это будут необычные щиты, или очень сильные проклятия. Но Дамболдор вообще не обучал его магии. Вместо этого директор по секрету открыл тайну В… Вольдеморта. Она оказалась настолько запутанной, что Гарри стал советоваться с Гермионой.
– Грэйнджер точно что-то знает?
– Могу подтвердить на детекторе лжи.
Шэбшээдай
7.1.2008, 1:57 · Re: Методы борьбы
Аватар
До конца просмотрю чуть позже. По тому, что видела сейчас: во-первых, советовала бы вам найти бету:

QUOTE (Рилан)
– Это не улыбка, это оскал! – Взмолился фотограф.
с маленькой "взмолился".
QUOTE (Рилан)
– Знаю, – нехотя ответил Поттер, делая глубокие вдохи и выдохи, что б успокоится.
чтоб
QUOTE (Рилан)
– "О хорошем? То, чем я занимаюсь, делает меня сильнее. Это можно считать хорошим".
Если есть кавычки, то тире уже не надо ставить.
Во-вторых,

QUOTE (Рилан)
– Если сможешь заехать в Хогварц,
QUOTE (Рилан)
Гарри Поттер, совсем ещё мальчик, только поступивший в школу магии и чародейства «Хогвартс»,
определитесь все-таки с названием школы wink.gif

В-третьих, я не поняла, с какой стати Гарри стал так радостно плясать под дудочку Слагхорна(((
Рилан
8.1.2008, 9:04 · Re: Методы борьбы
Нет аватара
Спасибо за выявление ошибок. Эти и аналогичные за несколько суток уберу.
QUOTE
Если есть кавычки, то тире уже не надо ставить.
Кавычки в данном случае обозначали, что мысль не высказывается вслух. Раз уж здесь правила оформления не допускают дефисов, сотру их, но чуть позже.
QUOTE
В-третьих, я не поняла, с какой стати Гарри стал так радостно плясать под дудочку Слагхорна(((
Минут десять пытался отгадать, где ж Вы там радость углядели. Не получилось. На самом деле, это одна из основных идей фанфика. Альтернатива, но, на мой взгляд, – закономерная. Мой Гарри не настолько пассивно относится к своей жизни, и взялся учиться различным полезным вещам. За это приходится расплачиваться. Может, с опытом он научится обходить такие крайности.
Сообщение отредактировал Рилан - 30.6.2013, 8:07
Рилан
19.1.2008, 11:20 · Re: Методы борьбы
Нет аватара
Глава 12. Сделка.
День начался удачно: это ж надо так спотыкнуться, чтобы вылететь из своей комнаты сразу на два метра! Удачно, потому что над дверью «добрые» сокурсники успели повесить ведро с чем-то пахнущим. Вышел бы так, как это делают нормальные волшебники – вонял бы ещё неизвестно сколько, а так… Невилл невольно ощутил злорадство оттого, что кто-то пол ночи возился впустую. Всё мимо!
Тем ни менее, дальше Лонгботтом пошёл значительно осторожнее. То, что ему не рады, студенты охотно демонстрировали и раньше, а вот до ловушек ещё не доходило. Может статься, даже попытались что-то испортить в его комнате – у некоторых ума хватит, но не смогли преодолеть защиту – на это у той же категории ума не хватает никогда. Только если захотят, всё равно взломают.
"Прекрасно, теперь ещё и охранное заклинание дополнять!" – в библиотеку категорически не хотелось. Там Лея! Временами Невилла по десять раз на час тянуло с ней объясниться, но он всякий раз себя останавливал. Вот представьте себе объяснение:
"Привет. А знаешь, я тебя не насиловал. Это всё большая ошибка".
С другой стороны, надо что-то делать, пока выходной. Если студенты затеют соревнование: "кто лучше отомстит Лонгботтому", то это только первая ласточка. Поработать над защитой комнаты будет разумно.
Самое противное, окажись на его месте кто-то другой – Невилл первый бы бросился разбираться. Лею он искренне уважал. Она была самой доброй и отзывчивой девушкой, которую он знал, и не отказывала в помощи, когда та была действительно нужна. Один раз даже вытащила из серьёзной переделки. Вот кто ещё такое для него делал?
Вообще-то, ещё немного помогала Гермиона. Но совсем не так. Невилл и сам не мог понять, чем на уроке помощь Гермионы отличается от помощи Леи, но относился к ним совершенно по-разному. У Леи подсознательно ощущалась почти неуловимая искренность, которая больше всего нравилась Невиллу в людях. А Гермиона: для неё помочь своему, это правильно. А люди обязаны поступать правильно! Она половине группы помогает, чтобы гриффиндор не отстал по очкам. Лея в такую схему не вписывается, она вообще с другого факультета!
Как бы там не было, Гермиону Невилл тоже уважал, и не хотел сейчас с ней сталкиваться. Она единственная из группы до сих пор воздержалась от демонстрации своего мнения. Стыдно признаться, но перспектива выслушать обвинения ещё и от Гермионы, пугала. Конечно, он парень, и нервы имеет что надо, но, похоже, всему есть предел.
Итак, библиотека откладывается. С теплицами то же самое, и по тем же причинам. Единственное место, где поймут, и даже попытаются помочь – вот прямо напротив. Осталось только сосредоточиться, и три раза пройти мимо.
– Привет, Невилл, – донеслось из-за стола, заваленного книгами. – Ты уже в курсе, что директор объявил за завтраком?
– Что… – Последнее время у Невилла часто случались предчувствия, причём исключительно все – дурные. – Что объявил?!
– Ничего такого, – поспешил успокоить его Гарри. – Просто сообщил, что команда Лонгботтома нанесла первый удар, жертвой стал одиночный игрок, и посоветовал всем остальным поторопиться с определением команды. Поздравляю, ты открыл счёт, – добавил Гарри уже от себя.
Пятикурсник вздохнул с заметным облегчением. Впрочем, не слишком радостно.
– Всё неправда…
– Почему? – потянувшись, спросил Гарри Поттер. – Долохов не знает о моём присутствии, иначе среагировал бы по-другому. Но он попал в точку, мы сработали успешно, как в команде! Это лестная оценка.
"Лестная оценка? Меня вроде как похвалили?" С этой точки зрения Невилл ещё не смотрел. С другой стороны, он перестал посещать общие завтраки, обеды и ужины. Фактически, сообщение директора ему передали только что. И в изложении Гарри оно звучит не в пример приятнее. Только... сам он ничего выдающегося не сделал.
– Это только твоя заслуга.
Невилл сам удивился безысходности, прозвучавшей в его голосе. Невольный комплимент директора Долохова действительно целиком и полностью относился к странному парню из другого мира. Ради справедливости: кого ещё можно было воодушевить такой речью? Лично Невилл кожей чувствовал, что так просто всё не кончится, и стычку в коридоре ему ещё припомнят.
– В основном моя заслуга, – поправил Гарри, силясь подавить зевок. – Я бы не стал вмешиваться открыто, но ты пытался удержаться на ногах, и здорово отвлёк их своим сопротивлением. А когда кто-либо отвлекает противника, позволяя нанести удар другому – чем это не командная работа?
Хорошо сказано. "Пытался удержаться на ногах", безусловно, не самое худшее, что он мог, учитывая тот ужас. Однако к поступкам, которыми стоит гордиться, свои жалкие попытки защититься относить также не стоило. Тем ни менее, Невилл почувствовал себя чуть спокойнее.
– Ты сможешь стать самодостаточным бойцом, – уверенно заявил Гарри. – Я позабочусь.
– Так ты серьёзно на счёт учёбы?!
– Мы же договорились: ты обеспечиваешь меня необходимыми вещами, а я взамен натаскиваю тебя по защите. Конечно, большинство моих знаний можно найти и в учебнике, но тебе таким путём игру не пройти. Не хватит времени на подготовку.
Гарри расхаживал из стороны в сторону. Он мог бы выглядеть взволнованным, если б не помятый вид. Так и читал всю ночь? Странно это, тем более что по Гарриным же словам, в ближайшем будущем он собирался здесь чуть ли не жить. Впрочем, сейчас цепляет совсем другое:
– А если я не хочу проходить никакую игру?
Вопрос заставил Поттера остановиться, и настолько серьёзно посмотреть школьнику в глаза, что Невилл едва не попятился:
– А вот об этом, – медленно, и даже как-то обречённо произнёс он, – тебя никто не спрашивает. Кто бы не поставил тебя в такое положение, как сейчас, он не поинтересовался твоим мнением по этому поводу. И не поинтересуется, пока не начнёшь что-то из себя представлять. Это, если с позиции силы.
Справедливое утверждение. Только почему так обидно? Да, в общем, потому и обидно, что всё правда. Кто-то свободно делает гадости, а ты только и можешь что учиться, мириться со всеми нововведениями школы – включая идиотскую игру, и ждать свежих неприятностей.
Давно Невилл не чувствовал такого смятения. Подпольное обучение это, безусловно, шанс. Ещё вчера он не мог разобраться, что делать. Жизнь преподносила сюрпризы слишком стремительно, чтобы хоть бы сориентироваться. Парень из другого мира, кажется, знает. С другой стороны, чем может помочь магия, если тебя ненавидят даже друзья?
– Человек, который меня подставил, – осторожно начал Невилл, – ты сможешь узнать, кто он?
– Возможно... Если будешь знать его имя, что ты предпримешь?
В самом деле.
– Что бы ты посоветовал?
Не так-то просто спорить с куда более опытным собеседником. Однако Невилл давно заметил одну замечательную вещь: люди зачастую сами лучше других знают ответы на вопросы, которыми задаются.
– Подумать заранее, что ты можешь предпринять, – посоветовал Гарри. Размявшись, он снова плюхнулся в кресло. – Сам я так раньше не делал, теперь – могу только сожалеть об упущенном.
Спустя пять часов Невилл вразвалочку возвращался к себе, и все неприятности казались далёкими и легко разрешимыми. Слишком уставший, чтобы передвигаться как-то по-другому, он всё же озирался по сторонам. Сталкиваться с кем-либо по-прежнему категорически не хотелось.
Что и говорить, тренировка – чудодейственное средство, не зря Гарри так к ней подталкивал. Только почему нельзя было прямо сказать? Сам Лонгботтом прекрасно понимал, что научиться паре защитных трюков необходимо, и с удовольствием принял бы помощь. Почему он выставил их тренировки как оплату за его посильную помощь?
От ощущения, что с ним играют, Невилл вновь почувствовал жгучую обиду. Тот мальчик-который-выжил очевидно не понимает, до чего это неприятно. Проблемы с едой у него. За пределами комнаты по желанию, волшебника, видите ли, легко отследить, и поэтому он не высовывается. Ага, как же: выйти поесть он не может, зато подслушивать заявления директора – сколько угодно.
И ещё эти ингредиенты, они ему в самом деле хоть чуть-чуть нужны?
Вспомнился стол, наглухо заваленный книгами, и листочек, лежавший поверх всего этого нагромождения. По виду парня, всю ночь выписывал. Следовательно, не просто так.
"Ладно, можно и потом спросить".
Вспыльчивым характером Невилл не отличался. Напротив, жизнь приучила его относиться ко всему спокойно. Ну, или почти ко всему. А так вот, нормально, за чаем он не сидел уже очень давно.
Цуйцик
20.1.2008, 21:11 · Re: Методы борьбы
Нет аватара
а мне нравится. Хорошая речь, сюжет на уровне. Давай проду!
ДжинниПоттер
28.1.2008, 22:38 · Re: Методы борьбы
Аватар
Еще один фик, который я читала на Хогнете. Мне нравится необычностью сюжета и героями. Вдохновения вам, Рилан.
Рилан
8.3.2008, 19:43 · Re: Методы борьбы
Нет аватара
Глава 13. Подготовка к зельеварению по-Гриффиндорски.
Случайные свидетели, окажись они ночью в этом коридоре, смогли бы застать необычную картину: двух студентов, бредущих по спящему Хогвартсу. На самом деле, ничего удивительного – ночные прогулки по замку были популярны у нарушителей правил во все времена, а вот личности студентов могли бы заинтересовать любого. Невилл Лонгботтом, чьё поведение с жаром обсуждали уже вторую неделю, и, сенсация – давно погибший Гарри Поттер! Неудивительно, что столь примечательные личности прихватили с собой мантию невидимку. Хотя, в ход раритетную вещь пока не пускали: в пустынном коридоре без портретов за ними просто некому было подглядывать.
– … всего лишь имя. Да не имя даже, а глупая кличка! Сколько можно вздрагивать при одном её упоминании?!
– Но ведь это…, – попробовал возразить Невилл.
– Вольдеморт! – яростно прошипел более старший из мальчишек. – Вольдеморт, чтоб его затылком об косяк, а потом ещё чем-нибудь по голове! Видишь – ничего не произошло.
– Это потому, что мы в Хогвартсе, тут древняя защита, – горячо, но так же тихо отозвался его собеседник.
– А если б были не в Хогвартсе, – не унимался Гарри, – я тут же упал бы тут хладным трупом.
Они уже почти добрались до выхода из замка. Поттер был занят поиском следующего тайного лаза, которым им предстояло двигаться, но всё же нашёл секунду ткнуть пальцем в наиболее подходящее для его бездыханного тела место.
– Зря ты так, – очень серьёзно сказал Невилл. – После встречи с охотниками за головами многие так и не вернулись. И с нашей параллели парень есть. Был.
– Подробнее, – заинтересовался Гарри, – что за охотники?
Невилл с удивлением воззрился на своего напарника. Он ему, определённо, доверял. Да что там, за время, проведённое вместе, они почти сдружились, но вещи, которые он порой выдавал…. Сразу вспоминалось, что они из похожих, но всё же разных миров.
– Охотники за головами за деньги ловят нарушителей закона. Тех, кто произносит запрещённое имя, сразу оглушают и доставляют пожирателям.
– Постой, постой. Прямо вот так появляются, и оглушают произнёсших это слово, – не поверил Гарри? При этом прозвучало что-то едва уловимое, заставляющее насторожиться. Невилл очень пожалел, что в такой темени едва видны силуэты, не то, что лицо собеседника. Увы, ближайший факел остался ещё в соседнем коридоре, а выдавать себя светом палочек Гарри категорически запретил.
– Ну, аппарируют, – не очень уверенно пробормотал Невилл, – и всей толпой обездвиживают осмелившегося произнести…
– По сколько человек обычно в команде? – Теперь Невилл ясно различил нетерпение.
– А мне откуда знать? Я ещё жив, – пришёл в себя Лонгботтом.
– Ну да, ну да, – покивал каким-то своим мыслям Гарри, – а как ты думаешь, они ещё дежурят?
Очевидно, сам Поттер непонимание собеседника отчётливо видел, поскольку тут же принялся разъяснять:
– Если я сейчас выберусь на поляну, и крикну что-нибудь вроде: Вольдеморт – урод…
Невилл вздрогнул всем телом.
– …и пожелаю ему эээ мда… не при детях будет сказано…. В общем, выскажу в его адрес то, что обычно не очень нравится людям. Кто-нибудь явится вершить закон?
– Ты же не собираешься, – вырвалось у Невилла. Слишком громко для коридора с такой акустикой. Пришлось сбавить громкость на пару порядков. – Ты же не хочешь звать ИХ?
– Нет, конечно, – деланно-безразлично буркнул Гарри, справившись, наконец, с тайной дверью. – Сейчас есть дело поважнее.
Дело предстояло действительно интересное. Сколько Невилл не проводил времени в теплицах, он ни разу даже не подумал что-либо оттуда умыкнуть. А так, чтобы ободр… в смысле, срезать несколько отростков с двух растений на зелья – это вообще ни в какие рамки!
С другой стороны, Лонгботтом никогда и не пытался варить зелья, приготовление которых не предусмотрено школьной программой. А вот Гарри Поттеру для возвращения домой приспичило. В таком свете вопрос, таскать ли ингредиенты, если купить их нельзя, даже не стоял. Совсем ведь под боком растут.
Жаль, срезать их незаметно прямо на занятиях у Невилла не получилось. Вот после некоторых колебаний Гарри и решил, что им стоит наведаться в теплицы вместе.
За пределы замка удалось выбраться ещё через пять минут. По прикидкам Невилла днём на это ушло бы вдвое больше времени: всё же Гарри не даром так нагло бродит по Хогвартсу. Он действительно чувствует себя здесь как дома! О таких проходах, которыми они проплутали, вероятно, даже Филч не слышал.
Видимость сразу заметно улучшилась. Невилл даже успел заволновался, не увидят ли их из окон замка. Вернее, не увидят ли Гарри – сам он шёл под мантией невидимкой. Сам Поттер об этом ничуть не беспокоился, продолжая вести спор на излюбленную тему «называть ли тёмного лорда по имени».
– …не приведи тебя ляпнуть такое в незащищённом месте, но ведь в Хогвартсе на такое ни один охотник отреагировать не сможет. Так что можешь спокойно произносить «Вольдеморт». Много чести, конечно, но ты привыкай, это полезно.
Невилл уже даже не вздрагивал. Он ещё на второй или третий день знакомства обратил внимание, что этот парень любит ошарашивать. Чего он тогда понаслушался о своих однокурсниках! Альтернативных однокурсников, вообще-то, но они так похожи! Большинство, фактически, одни и те же люди. Или так только кажется, потому что он их недостаточно хорошо знает?
– Что в этом может быть полезного? – не желал соглашаться Невилл. Если честно, он вообще не понимал, с чего Гарри зациклился на этом проклятом имени. Если приспичит, люди говорят Сами-знаете-кто. И все действительно знают, кто. Невилл даже как-то слышал пожелание сами-знаете-кому провалиться сами-знаете-куда. Вот тут уже пришлось домысливать.
– Страх перед именем усиливает страх перед его носителем, – изрёк Поттер.
По Невиллу, тук пускай себе усиливает. Дальше всё равно некуда – все и так дрожат. А сам Лонгботтом никогда не считал себя особым смельчаком, хоть и попал на Гриффиндор. Или… догадка пришла как неожиданное прояснение – он что, собирается меня так закалять?!
Закалка, или обучение, как называл этот садистский процесс Поттер, продолжалась уже неделю. За это время Невилл узнал о защите больше, чем за весь свой школьный курс, вместе взятый. Правда, относилось это только к практической части предмета, но ученик всерьёз опасался, что и это – временно. Где-то до следующей недели. А там его можно будет ставить хоть лекции читать.
Нет, Лонгботтом был в общем не против… выучить парочку заклятий… или даже постоять против кого-нибудь в паре. И сейчас остался ещё более не против, если на этом его новый знакомый и остановится. Однако Гарри готовил его как к войне. Сколько однокурсников смогли бы теперь с ним сравниться? Раньше он вообще стеснялся ставить свои дуэльные навыки в сравнение с кем-нибудь из них.
Это, не говоря уж о том, что смысла некоторых заданий гриффиндорец так и не понял. Какой смысл два часа подряд посылать в манекен одно и то же, уже и так выученное заклинание? Гарри сказал – «сам всё почувствуешь». Пока что почувствовать удалось только ноющее от усталости тело, и вот эту самую мертвецкую усталость, сбивающую с ног после тренировки.
Даже сейчас, когда они шли по делу, Гарри попросил его закрыть глаза, и следовать за ним опираясь только на остальные чувства. Именно по этому, когда Гарри велел ему остановиться, для Лонгботтома стало неожиданностью ещё одно действующее лицо.
Хейл Рейли, студент ещё только третьего курса, уже не первый час пытался открыть вход в теплицы. Причиной тому, как можно догадаться, была отнюдь не любовь к гербологии. И даже не нехватка средств и разрешений на растительные ингридиенты, как у Поттера. Хейлу нравился сам процесс открытия от души запечатанных проходов.
Знать всего этого Гарри не мог. Единственное, что он понял – неизвестный студент пытается пройти, и если борьба с запирающими чарами будет продолжаться с тем же успехом – они тут надолго.
– «Фактически, на всю ночь», – определил Гарри, уловив от копошащейся фигуры сдерженное ругательство.
– Будем ждать? – прошептал Невилл, поправляя на себе мантию-невидимку.
– Вряд ли, – так же тихо отозвался Гарри, просчитывая варианты. Отступать из-за студента, которому отчего-то не спиться после отбоя, совершенно не хотелось. Но и обойти его не получалось: прорезать вход в задней стенке теплицы не проблема. Плёнка в ней использовалась хоть и заколдованная – но как ни крути, всё же она плёнка. А вот провернуть это незаметно не оставалось не малейших шансов. Тихая ночь прекрасно разносила малейшие шорохи и отблески. Невилл, даже соблюдая осторожность, легко мог обеспечить и то и другое.
Что ж, вариантов не так уж много. Гарри сделал глубокий вдох:
– Тебе не помочь?
Вежливый вопрос заставил подскочить не только тртекурсника. «А нервы-то у Лонгботтома на пределе», – к своему неудовольствию заметил Гарри, – «придётся ещё увеличить ему нагрузку, иначе без последствий для психики не обойдётся».
Рейли меж тем ошалело уставился на застукавшую его рослую фигуру. Сообразить что-либо Хейл ещё не успел, но инстинкт студента тут же дал о себе знать:
– Извините профессор, я тут… э…
Дальше всё же требовалось вмешательство сознания, и ответ юноши застопорился. Но Гарри ведь уже выбрал тактику помощи:
– Хотел позаимствовать пару листиков? – подсказал Гарри.
– Нет!
– Корешок приглянулся?
– Нет!
– А что тогда? – заинтересовался Гарри.
– Ну… я… Извините, а Вы кто?
Всё-таки спросил.
«Да как ты смеешь», – звучало бы действенно, хоть и глупо для предполагаемого профессора. Неизвестный студент приходил в себя, но всё ещё выглядел испуганным.
– А я как раз за листиками и корешком, – не стал скрывать Гарри, – ну так с чем ты там застрял?
Как Гарри не пытался быть убедительным, настороженность Хейла только увеличилась. Будучи достаточно чувствительным к эмоциям, Поттер легко улавливал недоверие, пропитывающее воздух. И, кажется, он видел замечательный выход из ситуации.
– Я не представляю угрозы для Хогвартса, если сомневаешься, Невилл подтвердит, – чётко произнёс он, ловко сдёргивая мантию с Лонгботома.
Вот это фокус! Третекусник едва не упал, отшатнувшись от внезапно возникшего перед ним человека. Зато от чувства опасности не осталось и следа. Это хорошо. Вместо настороженности появилось чувство неприязни. Это плохо, пусть ожидаемо.
Невилл оказался готов к своему появлению ещё меньше, и ощущал себя как-то неловко. Из-за наложенной на него защиты магическими средствами почувствовать его замешательство бы неудалось, но на лице всё написано. Ничего, для его же пользы. Пусть только всё получится!
И-Тиу
8.3.2008, 20:50 · Re: Методы борьбы
Аватар
QUOTE (Рилан)
Третекусник
Бетить.
Шэбшээдай
9.3.2008, 21:16 · Re: Методы борьбы
Аватар
*хм, торможу*
QUOTE (Рилан)
Минут десять пытался отгадать, где ж Вы там радость углядели. Не получилось. На самом деле, это одна из основных идей фанфика. Альтернатива, но, на мой взгляд, – закономерная. Мой Гарри не настолько пассивно относится к своей жизни, и взялся учиться различным полезным вещам. За это приходится расплачиваться. Может, с опытом он научится обходить такие крайности.
Наверное, следовало слово "радость" написать в кавычках, т.е. с какой стати.
И-Тиу, одно слово, зато какое =)
Ссылки на тему
› На форум (BB-код)
› На сайт или блог (HTML)

Ответить в данную темуНачать новую тему
1 чел. читают эту тему (гостей: 1, скрытых пользователей: 0)

Администрация не несёт ответственности за достоверность информации размещённой на форуме о любви и отношениях - она предоставлена в информационных целях и зачастую может быть не достоверна. Никакую информацию кроме правил форума не следует расценивать как публичную оферту - она ей не является. Мнение парней и девушек, пользователей нашего форума, скорее всего не совпадает с мнением администрации, ответственность за содержание сообщений лежит только на них. Всю ответственность за размещённую рекламу несёт рекламодатель, не верьте рекламе!
Сейчас: 9.12.2016, 16:31
Малина · Правила форума · Удалить cookies · Сделать вид что всё прочитано · Мобильная версия
Малина Copyright форум живёт в сети с 2007 года! Отправить e-mail администратору: abuse@malina-mix.com
Яндекс.Метрика