Малина - форум о любви и отношениях
Форум о любви · Красота и здоровье · Мобильная версия
X   Сообщение сайта
(Сообщение закроется через 2 секунды)
ИгрыИгры   АнекдотыАнекдоты   ПодаркиПодарки   RSS



3 страниц V   1 2 3  
Ответить в данную темуНачать новую тему
* 

Предлагаю обсудить свой фанфик "Несносный".

LapulyaVerona
27.9.2008, 18:19 · Re: Предлагаю обсудить свой фанфик "Несносный".
Аватар
Глава 45. Когда мысль об убийстве посещает всё чаще.

Птички весело щебечут, солнце красное встаёт, только жаль, что в другом свете мир с утра пораньше предстаёт…
Утро клятвенно заверяло, что оно будет хорошим. Для кого-то другого. Я хотел было перевернуться на бок, но даже в этой малости мне было отказано, причём самым наглым образом и рычанием, сводящимся к тому, что какая-то почему-то всё ещё спящая вредина категорически отказывается вставать “в такую рань”. Я не стал развивать мысль, что скоро зима и сейчас темнеет рано, светлеет поздно, и что в “такие дни” желание проспать всё и вся, а не вскакивать в четыре утра, даёт о себе знать с пугающей периодичностью… Единственная мысль, которая поддерживала меня в столь тяжёлое время борьбы, была о том, что если мне тяжело, то каково будет ребятам, когда я сейчас пойду их будить… Злорадно усмехнувшись, я попытался потянуться. Получилось плохо, а попытки оставлять я не собирался, поэтому… Поэтому меня чуть не расцарапали за то, что я попытался кого-то с себя мягко и ненавязчиво, аккуратным пинком, скинуть. Но, когда наше выяснение отношений дошло до самого интересного места, нас прервал жуткий грохот, оглушительное мяуканье и громкий нецензурный поток речи. Я был просто взбешён! Ну, ладно грохот, ладно мяуканье… Но орать на моего кота?!!
Тут же вскочив с постели и моментально одевшись, я, в прямом смысле слова, вылетел из комнаты по направлению к источнику шума. По прибытии мною был обнаружен злой как чёрт, то есть находящийся в своём обычном состоянии, Владислав, который, громко и нехорошо выражаясь, покушался на целостность и сохранность шкурки моего любимого, маленького амурского тигрёнка, который так жалобно глянул на меня из угла, в который он забился… И на такую прелесть ещё можно орать?!! На этого хорошенького, пушистенького котёночка с такими лапками, коготками и зубками, которые он слегка обещал применить в действие?.. Это стало последней каплей бензина в моём энергетическом спокойствии, и, в связи с недостатком топлива, моё терпение временно было отключено от питания.
– Как смеешь ты, о недостойный смертный, кричать на моего кота?!!!
Увидев подкрепление в моём лице, Диего вдруг резко перестал изображать из себя несчастного обездоленного котёночка и, вальяжно развалившись на том же удобном наблюдательном посту, с видом “Ну, и кто из нас теперь получит по морде, а?” нагло уставился на нас, видимо, припоминая древних римлян с их “Хлеба и зрелищ!”. Однако, в связи с полным отсутствием любви к злаковым у данного представителя семейства кошачьих, лозунг был переделан под “Мяса и драки!”.
– Ты… Будь любезен контролировать эту озверевшую котяру!!! Нет, я всё понимаю… Я молчу, когда он раздирает мебель, точа когти, я ничего не говорю, когда он прыгает по шторам и сбивает в кучи ковры… Но… Всему есть предел!
– Да ты просто не понимаешь! Ему же скучно! Он, бедняжка, совсем один, ему так грустно и…
– И он таким образом развлекается, да? Гэбриэл, это ненормально!
– Ненормально – это лезть с когтями-кулаками на несчастного, одинокого котёнка!! Нет, ты посмотри на него, только посмотри! Такой бедненький, маленький, разнесчастненький… Диего, кисонька, тебе ведь даже не с кем поиграть, а я всё бегаю и бегаю, ничего не успеваю… – На последней фразе я резко перестал с любовью рассматривать тигрёнка и со злостью взглянул на Владислава. Означенный вампир впечатлён не был, причём в первую очередь потому, что он был явно взбешён… Что же такого могло произойти, что его всевыдерживающая нервная система дала сбой?..
– Так, а теперь слушай меня внимательно… Делай что хочешь, но чтобы кота ты своего контролировал – ограничивай зоны его “гуляния”, да хоть запирай! Но если…
– Да как ты смеешь?! Да я… Я на тебя напишу донос в общество по защите прав животных!..
– Ещё слово, и писать придётся по защите прав трупа человека…
Ах так, да?.. Ярость, проснувшаяся во мне ещё при виде орущего на МОЕГО кота Владислава, достигла своего максимума, и я уже даже и не пытался хоть как-то себя сдерживать. Превращения происходили медленно и постепенно – сначала вспыхнули ярким синим светом мои глаза, затем полезли когти, начали вылезать клыки и шерсть… Шерсть начала ровным слоем появляться на всей поверхности тела, и…
– Ну-ка быстро прекратили буянить!!
На пороге робко переступали с ноги на ногу мои ученички, а впереди… Впереди стояли крайне решительно настроенные вампирши в количестве двух штук – блондинка, гневно сощурив глаза, мягко подлетела к Владиславу, а брюнетка, не особо церемонясь, просто появилась передо мной с подозрительно требовательным видом, сложа руки на груди.
– И что это означает?
– Как это что?! Вот этот нехороший дядя посмел обзывать не менее нехорошими словами моего котёнка! Тётя добрая, ну скажите ему, что…
Вид обездоленного сиротинушки, который я быстренько принял, попутно превращаясь обратно в такого милого и пушистого заиньку, видимо, впечатлил невесту Владислава, и она потребовала объяснений у данного нехорошего дяди.
– Его кот напал на меня!
– На тебя?.. Владислав, ты опять пил “Умопомрачительный кровавый закат”? Я тебе столько раз говорил не напиваться, а то у тебя потом глюки различные начинаются, а вот котик из-за этого практически пострадал!! Диего, иди ко мне в комнату, через час перемещаемся…
Владислав не слишком приличным жестом предложил мне помолчать, на что услышал мою версию прохода в его комнату через места не столь отдалённые, а затем я предложил ему пойти и отдохнуть в своей опочивальне, желательно было при этом, чтобы прошёл он именно указанным маршрутом…
– Тише, мальчики, чего вы так завелись?..
– А я не против того, что они завелись… Так у нас ещё час остался, да? Гэбриэл, ты ведь уже собрался, я знаю… Ребят, идите пока что готовьтесь к отбытию, а мы тут… Так сказать… В общем, Владислав, говори…
– Я летел себе спокойненько, никого не трогал… – На этом месте я подозрительно хмыкнул и взглядом показал на несколько разбитых ваз, которые Владислав посылал в подарок моему коту почтой с пометкой “срочная доставка”. – И тут… Я был в образе летучей мыши… Такой маленькой и незаметненькой…
– Но тебя всё же заметили… И это повод орать на моего кота?!!!!
– Да, потому что если бы тебя вдруг ни с того ни с сего цапнули за крыло, ты бы тоже начал возмущаться!!
– Да тебе все крылья переломать надо было!! Ещё раз ни из-за чего начнёшь психовать, и мысль о доставке тебя в отдел нервнобольных больницы Святого Мунго…
– То есть, ты хочешь сказать, что ты был бы рад, если бы я вдруг…
– Владислав! Читать чужие мысли нехорошо! А вообще – какого хрена ты по дому летаешь в виде летучей мыши, пусть даже и простой? Чего тебе пешком не ходится, а?
– А ты, значит, ходишь? Прямо даже и пешком?
– По крайней мере, я летаю быстро! Мне вот даже интересно, с какой сверхкосмической скоростью ты должен был лететь, о вампир древнейший, дабы тебя смог, пусть даже и слегка, зацепить какой-то маленький котёнок?..
– Ты намекаешь на мои скоростные характеристики?! Да я просто захотел пролететься!
– Вот и пролетайся, но кота моего не трогай!
Вампирши, до этого весьма спокойно наблюдавшие за нашей перепалкой, вдруг резко передумали тратить оставшиеся сорок минут на всякую ерунду и твёрдо решили заняться делом. Вследствие всех этих причин Владислав тут же был за руку вытащен из данной обеденной залы и куда-то отконвоирован для “выяснения обстоятельств происшедшего”.
– Диего, иди в комнату, мы скоро подойдём. Возможно… А теперь, Гэбриэл…
Роксана повернулась, ещё раз оглядела плоды своего труда по запиранию на все оковы и заклятия данное помещение и подошла ко мне.
– А что “теперь”? Теперь давай восстанавливать всё то, что Владислав здесь поразбил…
– А у меня есть идея получше!
Она провела рукой по моей щеке и, мгновенно отлетев в другой угол, сказала “Поймай меня! Если сможешь…”. Естественно, что я не мог не принять этот вызов на поединок честный и вот уже через секунду я прижимаю её к стене в противоположном конце зала, куда она быстренько перелетела.
– И что дальше?..
В ответ она только хмыкнула и, резко вывернувшись из плена моих рук, полетела прочь.
– Ты куда?.. – Поинтересовался я, мягким движением руки предлагая ей присесть на краешек стола. Ответа не последовало, зато последовала череда снимания с меня одежды, сопровождаемая моим активным сопротивлением. Оскорблённая в лучших чувствах, Роксана оттолкнула меня и попыталась куда-нибудь улететь, но была поймана на половине взлётной полосы, и ей пришлось в срочном порядке совершать посадку на стол всей поверхностью спины.
– Не забудь напомнить мне, чтобы я поблагодарила Владислава…
Я хмыкнул, но рук её не отпустил, начав мелкой цепочкой поцелуев восхождение к губам. Когда цель путешествия была достигнута, мною была совершена очередная Бяка Непростительная, как то решительное нежелание целовать нормально данную мадам.
– Гэбриэл… Иди ко мне…
Но я не внял призыву, а лишь тихо, на ушко, поведал ей, что на меня её манящие чары вообще-то вроде как не действуют, так что любое сопротивление бесполезно, также как и попытка перехвата инициативы.
– Я сейчас отпускаю тебе руки, но ты их не поднимаешь, ясно?..
Она кивнула, но, естественно, стоило мне перестать держать её, как в кратчайшие сроки была совершена очередная попытка диверсии.
– Ты так хочешь, чтобы я тебя держал, да?
Судя по её виду, хотела она отнюдь не этого… Расслабленно развалившись на столе, она обвила меня ногами и, выдохнув “Обожаю, когда ты в таком состоянии”, прекратила сопротивление.
***
Сорок минут спустя.
В дверь постучали. Рассеянно продолжая восстанавливать полностью разрушенную комнату, я кивнул Роксане, и с лёгким щелчком дверь отворилась. Ввалившимся ребятам предстала впечатляющая картина: я в одних брюках пытаюсь найти хоть что-то подлежащее восстановлению и восстановить сей объект восстановления, и красивая девушка, возлегающая в одной явно мужской рубашке на уже почти починённом мною диване. Довольно потянувшись, она соскользнула на пол, после чего прошла к столу. Как следует там пошарив, ею вдруг был обнаружен наполовину разбитый графин с соком. Она извлекла откуда-то из той же области впечатляющего вида стекляшки, раньше когда-то явно бывшие бокалами, и наполнила их. Подойдя поближе, она присела на краешек стола и, залпом выпив свою часть сока, предложила мне последовать её примеру, к чему меня не было необходимости сподвигать какими бы то ни было средствами – в горле пересохло так, что благодарности моей просто по определению не могло быть предела.
– Эм… Мы, кажется, не вовремя…
Я удивлённо взглянул на околачивающийся у дверного проёма народ, после чего поинтересовался, во сколько я сказал им быть здесь.
– Вот прямо как раз сейчас мы и должны были встретиться, а потом отправиться порталом в Хогвартс…
– Правда?.. А когда я такое сказал?..
Активнейший мыслительный процесс, протекавший в моём мозгу, не соизволил предоставить мне хоть каких-то результатов деятельности памяти на данный отрезок времени, поэтому я упорно не мог понять, когда же и что я говорил, хоть отдалённо напоминающее смыслом слова ребят.
– А я разве не заколдовал вам кулоны под порталы?..
Наконец я смог что-то вспомнить и даже ляпнуть. Через секунду осознав всё мною произнесённое, я мысленно принёс жертву Богу Попадания Удачного, и воззрился на ребят, делая вид, что всё, на самом-то деле, как бы под контролем…
– Ну…
– Да или нет?
– Нет.
Мысленно поругавшись с самим собой и отложив ритуалы жертвоприношения до лучших времён, я подошёл к ребятам. Слегка касаясь кулонов рукой, обошёл собравшихся, заколдовывая на постоянные порталы эти безделушки. С довольным видом, попытался полицезреть дело рук своих, но все почему-то отказывались прямо сейчас вот взять и переместиться с глаз моих долой…
– Что-то ещё?
Но на вопрос мне не ответили, предпочтя ото всех святых дел подальше переместится в школу для продолжения обучения. Я облегчённо вздохнул, после чего плюхнулся на столь удачно освобождённый и восстановленный диван с твёрдым решением доспать свои честно заслуженные три часа и встать никак не раньше восьми. Под тяжестью ещё одного тела означенный меблированный субъект прогнулся и пообещал развалиться, но, в связи с тем, что нам как-то почему-то было на это… Мягко говоря… В общем, решив отложить все проблемы поломанной мебели вообще и недовосстановленного дивана в частности, мы уснули глубоким, здоровым сном, которым просто по определению могут спать исключительно люди, только что с чистой совестью отправившие других на благое дело защиты гранита с мелкой надписью “Наука” от возможности быть покусанным и погрызенным.
Настойчивый лучик света категорически отказывался дать мне шанс доспать. Даже перевернувшись на бок, я уже не смог бы подремать – банально некуда было переворачиваться, так как будить спящую вампиршу… Тут как бы автоматически включается и визжит диким голосом инстинкт самосохранения… В итоге, окончательно удостоверившись в невозможности досыпания на данный конкретный момент времени, я со вздохом потянулся и приоткрыл один глаз. От увиденного зрелища, столь качественно показанного недобитыми по какой-то странной причине часами, я предпочёл очи ясные прикрыть… Далее у меня в голове за секунду промелькнуло такое количество разнообразных мыслей и столько предположений относительно того, как может развиться ситуация, что я в который раз убедился в невероятной скорости человеческого мышления, а также в том, что жизнь – штука подлая…
Мне понадобились ещё какие-то две секунды, чтобы прочувствовать до конца всю тяжесть своего положения. Рывком поднявшись с дивана, я на предельно возможной скорости засобирался на уроки, которые должны были начаться… Так, стоп, а они там ещё случаем не начались?..
По какой-то странной причине успев собраться, одеться, причесаться и даже умыться за полторы минуты, я тут же переместился в расположенный рядом с кабинетом ЗОТИ класс, который как раз должен был бы пустовать… И он даже пустовал… Единственное, что теперь мне нужно сделать, так это успеть добежать до кабинета до того, как по кому-то прозвонит колокол…
Как только я ввалился в класс и плюхнулся на своё место, был подан сигнал о начале урока. Ну, я всё же успел…
Урок шёл своим обычным ходом, то же ритуальное выявление личностей, удосужившихся сделать домашнее задание, монотонное объяснение материала явно не выспавшимся учителем… Чёрт, вот никогда не думал, что голос Владислава мне может показаться таким убаюкивающим, почти колыбельным… И душа не выдержала, и сон взял всё то, что по праву ему принадлежало…
– …и что вы можете припомнить и нам рассказать обо всём этом, мистер Ван Хелсинг?
Сквозь сон я услышал знакомое имя, произнесённое знакомым голосом. Попытавшись сфокусировать взгляд и даже сделать его же более-менее осмысленным, я переваривал полученную информацию. Как ни странно, но единственное, что я успел осознать – зря я не позавтракал, а то организм сейчас требует занятия перевариванием чего-нибудь мясного, можно живого…
– Не помню ничего…
Сонно буркнув это заявление, я попытался доспать. Не получилось, ведь явно завидующий моему положению вампир категорически отказывался страдать в одиночку.
– Как?! Неужто же те пятнадцать томов, о прочтении которых Вы клятвенно меня заверяли, совсем-совсем не отложились у Вас в памяти?.. Видимо, придётся Вам их перечитывать…
– Хотя… Может, кое-что я и помню… Профессор, не могли бы Вы сказать мне что-то конкретное, что я должен был бы вам поведать?
Вот сейчас хоть молись о том, чтобы он таки внял моему ангельскому взгляду с застывшим выражением мольбы и соизволил хоть сказать, что за вопрос был столь подло и некстати им задан.
– У меня создаётся впечатление или меня на уроке кто-то не слушал?..
Я удивлённо поозирался, пытаясь найти взглядом того нехорошего человека, посмевшего покуситься на святая святых – прослушивание лекций по Защите от Тёмных Искусств. К моему вящему разочарованию, ни одной подлой личности зафиксировано не было.
– Сэр, я только что проверил – вам внемлют все ученики!
В груди моей проснулось утреннее негодование – нет, мало того, что на котёнка моего лапу поднять посмел, так ещё и теперь… Почему-то вдруг в сознании стали мелькать различные кроссворды на определение названий пыточных устройств, приспособлений и заклятий по описанию действия на жертву…
– Ну, раз так… Отвечайте на поставленный вопрос!
– На какой именно?.. Просто, сэр, Вы мне их уже столько поназадавали, что я прямо даже и запутался…
– Даже так? О, мои извинения, я же не знал, что память Ваша столь кратковременна. Тогда я, пожалуй, повторю свой вопрос: что Вы знаете о лунном периоде в жизни оборотней?
После оглашения приговора, пардон, вопроса подлого, я попытался сдержаться и не ответить полно, красочно, содержательно, наглядно и, что важно, проиллюстрировать свой рассказ примерами, ведь лунный период как раз скоро должен уже начаться…
– Неплохо, я бы даже сказал, что кое-какие познания в данном аспекте у Вас имеются… – ЧТО?!! И это после того, как я пятнадцать минут перед ним распинался?! И вообще, какие конкретно познания он имел ввиду – теоретические или практические? Вот ведь гад летучий!.. – Можете присаживаться, к Вашей помощи я ещё, с Вашего позволения, обращусь… А теперь продолжим дальнейшее изучение материала, ведь наше краткое лирическое отступление на тему жизни оборотней в определённые фазы – это, безусловно, прекрасно, но вряд ли оно поможет вам глубже понять тему сегодняшнего урока, коей на деле являются сирены… Кстати, мистер Ван Хелсинг, не хотите ли подготовить мне объёмное эссе футов так на пятнадцать по столь благодатной теме?.. О, можете даже и не отвечать – по Вашим заблестевшим от счастья глазам и так всё-всё видно… Ну, что же, продолжим урок…
Никогда в жизни я ещё не был так близок к преднамеренному убийству без каких бы то ни было смягчающих обстоятельств, могущих хоть как-то меня оправдать в глазах присяжных заседателей…
LapulyaVerona
27.9.2008, 18:19 · Re: Предлагаю обсудить свой фанфик "Несносный".
Аватар
Глава 46. Почему не всегда чтение книг является полезным занятием.

В последних лучах заходящего солнца на огромном, явно увеличенном и сильно магически укреплённом подоконнике грелись трое: свернувшаяся калачиком и явно спящая змея, вальяжно развалившийся разомлевший тигр и я, не менее разомлевший и очень даже удобно развалившийся, так как в качестве подушки мною был подло использован весьма пофигистически настроенный котяра. Довольно потянувшись, я попытался устроиться покомфортабельнее, что у меня с успехом и получилось. Правда, в ходе моих махинаций с передвиганием ворчащих кошек Диего явно собирался пару раз проснуться и как следует стукнуть лапой посмевшего нарушить его дивный сон и беспечный покой превредного меня, но то, с каким удобством в конце концов я расположился, компенсировало все возможные моральные переживания от чрезмерной травмоопасности сложившейся ситуации и повышенной вредности моих жизненных условий.
Раздался деликатный стук ногой в дверь, после чего её распахнули, кто-то вошёл, закрыл чуть ли не на все замки вышеназванный предмет и замер в ожидании.
– Можно войти? – Как-то подозрительно спокойно поинтересовался Владислав.
– Как хочешь… Только сразу предупреждаю: никого нет дома.
– Ладно, хорошо, я не настаиваю. А что насчёт…
– Ты мне не сказал, к какому дню эссе надо было написать… – Владислав попытался философски послать меня в библиотеку для сбора материала, однако я быстренько прервал прервавшего меня прерывателя и продолжил. – …поэтому пришлось подускориться. На столе…
Он подошёл к означенному предмету интерьера и хотел уже даже произвести там грандиозные раскопки (патологически не страдаю манией чистоты и аккуратности, так как все потуги тёти Петунии имели категорически только обратный эффект), как я добавил “когда найдёшь, разбуди меня к завтраку”. После своего многообещающего заявления я поудобнее подоткнул одеяло, коим мне служил чей-то пушистый хвост кисточкой, проигнорировал возмущённое ворчание оскорблённого в лучших чувствах и уязвлённого до кончика пушистого хвоста Диего, довольно зажмурился и, окончательно расслабившись, попытался уснуть. Однако моим благим намерениям не суждено было сбыться, так как ни мой постельный комплект, ни будильник не собирались в срочном порядке выполнять распоряжения и не мешать мне спать, а скорее наоборот, в планы этих сговорившихся подлецов явно входило скорейшее поднятие меня на ноги, желательно самым варварским и жестоким способом.
Ведро ледяной воды, вылитое на меня, возымело несколько странный эффект, так как вместо того, чтобы вскочить и отмстить нагло ухмыляющемуся негодяю, я просто мило улыбнулся ему и спросил у пространства, как долго я смогу продержать рвущегося в священной мстительности в бой тигра, для которого все дёргания хвоста не могли сравниться с такого рода издевательствами. Раскатистый и крайне злобный рык был использован Диего для подтверждения всей серьёзности его намерений.
– Эй-эй, попридержи-ка своего котяру!
Весьма грозный красно-оранжево-зелёный тигр с подозрительной и явно львиной гривой сильно бил хвостом из стороны в сторону, что выражало крайнюю степень его доведённости. Нет, он стоически терпел, когда его нагло использовали, когда его любимый хвостик превратили во что-то кисточкоподобное, когда сменили его окраску шерсти с “маскировочный в условиях джунглей” на “маскировочный в условиях джунглей после ядерной войны”, но такое издевательство над гордостью и достоинством одного из величайших хищников среди млекопитающих Диего просто категорически отказывался сносить. Что-то вроде врождённого чутья и больного воображения подсказывали мне, что если бы на его огромных аристократических лапах были перчатки, то они тотчас же были бы направлены в путь на встречу со слегка некомфортно себя чувствующим вампиром. Нет, ни о каком вызове на дуэль не могло бы быть и речи, просто ввиду того, что я продолжал крепко держать вырывающегося котяру, это было единственное доступное в данных условиях средство отмщения.
– Что ты с ним сделал?..
– Пока ничего, но если ты не хочешь, чтобы причиной следующей твоей смерти стало вот это разноцветное чудо-юдо, то лучше… – Я мягко высушил шёрстку Диего и он перестал столь же сильно бить хвостом (может это и странная аналогия с ковром, но сейчас длина ворса на кисточке составляла никак не меньше полуметра и всё это великолепие чУдно развевалось в воздухе), однако грозный рык и страстные порывы в сторону нагло сидящего в кресле и почему-то чувствующего себя в безопасности Владислава не прекратились.
– Что лучше?..
С какой-то садисткой улыбкой я отпустил Диего, который с одного прыжка оказался возле кресла, где только что сидел вампир.
– Так лучше… Ты хорошо смотришься на потолке, Владислав. Очень удачное дополнение к интерьеру, знаешь ли…
Я хлопнул рядом с собой рукой и тигр, которому уже явно надоело прыгать по стене и безрезультатно пытаться дотянуться до летучей мышки, уныло улёгся рядом. Я снова начал экспериментировать над его окраской, при этом не забывая, конечно же, чесать его за ушком и гладить шёрстку на спинке, так что уже через пару минут раздалось громоподобное мурлыкание, которое практически заглушило громкий стук захлопнувшейся двери.
***
Утро следующего дня. Первый урок. Защита от Тёмных Искусств.
– Прошу все заданные вам на этот урок эссе положить на край стола. – Когда все подчинились, Владислав коротко взмахнул волшебной палочкой и свитки переместились в какую-то специально отведённую коробочку. – Мистер Ван Хелсинг, будьте любезны сдать ваше дополнительное задание. Вы ведь выполнили его?
– Конечно, сэр. Вот только… – Он картинно приподнял одну бровь, давая мне право слова, и я продолжил. – Когда я искал в библиотеке нужную мне книгу, я совершенно случайно натолкнулся на одно интересное издание, в котором была весьма любопытная информацию, кою я весьма кратко законспектировал для Вас, ведь, как учителю, она вполне могла бы вам пригодиться.
– Хорошо. Задержитесь после урока и сдайте мне оба свитка.
Урок пролетел просто на крыльях вампира – бесшумно, быстро и незаметно. Во время всего занятия я постоянно ловил заинтересованные взгляды Владислава, которые он периодически кидал в сторону написанных мною работ. Наконец прозвеневший колокол озарил счастьем измученные постоянными уроками души учеников, которые моментально собрались и очистили помещение от каких бы то ни было напоминаний о себе.
– Ну и что это такое? – Полувопросительно пробормотал Владислав, доставая мой дополнительный свиток с какой-то информацией.
– Как бы выразился один мой знакомый, которого содержащаяся там информация достаточно сильно затрагивает, это подвид простого безобразия, именуемое “просто безобразие какое-то”.
Проглядев свиток мимоходом, Владислав недоверчиво глянул на меня.
– Тема написанного твоей рукой свитка…
– …nosferatu. – Спокойно продолжил я.
– Это слово с румынского переводится как “не-мёртвый”, да и вся информация именно на этом языке… И как это понимать?
– Никак. Просто подумал, что тебе может быть интересно.
– Так ты же, вроде как, не говоришь на румынском.
– Есть такое латинское выражение “Verbum sapienti”, что означает “умному достаточно одного слова”. Я увидел знакомое слово и подумал, что тебе должно быть было бы интересно почитать, вот и переписал.
– А не законспектировал?
– Законспектировал. – Уверенно ответил я, но прежде чем Владислав сказал своё торжественное “вот”, последовало продолжение. – Я переписал всю имеющуюся статью под этим названием, а так как книга была очень толстая и просто огромная, то вполне логично было бы сказать, что я её законспектировал.
– Понятно. Ты свободен, можешь идти.
Я, улыбнувшись и кивнув, вышел из кабинета. Чутьё подсказывало мне, что сегодня вечером у меня будут гости, поэтому на перемене я первым делом пошёл на кухню договариваться с домовыми эльфами о приличном ужине на две персоны. Правда, есть я не собирался, просто надо же, чтобы под рукой было что-нибудь, чем можно было бы самозабвенно пошвыряться…
Вечером того же дня. Сразу после уроков.
Порой душа моя практически сжимается от жалости и мне нестерпимо хочется в срочном порядке помочь несчастным. Порой, как и сейчас, я даже кидаюсь на помощь или на обидчика. Порой стоит видеть лицо обалдевшего Владислава, которому я гневно и витиевато расписываю все возможные последствия подобного отношения к дверям. А ещё порой стоит проявлять наблюдательность и “действительно абсолютно точно помнить, что этой глубокой царапины на потерпевшей раньше не было!”.
– Гэбриэл, я пришёл не для того, чтобы с тобой ругаться!
– Правда?.. – Я настолько искренне изумился, что даже не счёл нужным скрывать свои чувства.
– Конечно! Я просто хотел спросить, читал ли ты ту информацию, что…
– На румынском, что ли? – Сделав задумчивое лицо чайника, я медленно попытался докипятиться к чему он клонит.
– Да. Так ты читал или…
– Или. Нет, ну ты что, правда думал, что я бы прям так всё кинул и стал бы ерундой заниматься?
– Какой ерундой?
– Владислав, а как ещё можно охарактеризовать сидение в библиотеке поздно вечером в обнимку с какими-то толстенными пыльными фолиантами, постоянное чихание и… В общем, ты думаешь, я бы там ещё и со словариком, да прям взял и всё поперевёл? Ты явно переоцениваешь мою нервную систему! Боюсь, такого удара она бы не выдержала.
– Значит, не читал?
Я, прищурившись, осмотрел его с макушки до пяток. К моему вящему изумлению никаких внешних признаков долгих попыток пробивания стен и многострадальных дверей подручными частями тела и в особенности головой замечено не было.
– Да что тебе так не понравилось в свитке-то, а? Что ты к нему так привязался? Вот лучше давай присядем, поедим, ты мне расскажешь историю болезни, пардон, что там в этом свитке такого не такого, а потом мы уже вместе решим, обращаться ли к мадам Помфри или… – Владислав возмущённо попытался что-то сказать, но я мягко усадил его за стол и продолжил. – Или не тратить понапрасну время и сразу направлять в больницу Святого Мунго… Чайку?
– Нет, спасибо, я…
– …будешь кофе. Я так и понял. Ну, хорошо, я этот долбанный свиток даже хуже, чем читал – я его сам и переписал. Ты доволен?
– Откуда ты взял книгу?
– Из библиотеки.
– Хогвартской?
– А какой же ещё? Не к себе же домой мне из-за таких мелочей, как информация для дополнительного задания по ЗОТИ мотаться, правильно?
– Что это была за книга?
– И тебе приятного аппетита! Так ты будешь бифштекс с кровью или рубленые котлеты по…
Меня снова перебили и я, крайне оскорбившись такой невоспитанности, принялся со спокойствием танка методично уничтожать всё съедобное и даже не очень-то, так как только в последний момент и чудом мне удалось вытащить хорошо покусанную и прожёванную салфетку. Наконец, когда с едой было покончено, Владислав повторил свой вопрос касательно источника полученной информации.
– Затёртая такая буквально до дыр книжка, которую можно охарактеризовать как “ничем непримечательный толстенный фолиант со стёршейся когда-то раньше расписанной золотом обложкой и абсолютно непонятными иероглифами внутри”. Я вообще её в руки случайно взял, даже не помню, с какой полки… Просто ходил, набирал книги, которые могут быть полезными, зачем-то и эту прихватил. А потом из простого любопытства решил пролистать, увидел знакомое слово, быстренько переписал, после же выполнения всех заданных эссе я с помощью заклятия отправил все книги по местам, в том числе и интересующую тебя. Вот так всё и было. – Смотря абсолютно честными глазами, я мысленно добавил про себя “почти”, после чего поинтересовался у Владислава, что же конкретно так его заинтересовало.
– Да там просто было написано, что у носферату обычно не самые хорошие отношения с кошками, особенно с трёхцветными. – Он подозрительно глянул на розово-голубо-бело-сине-красную змею и ещё более многоцветного тигра, явно прикидывая в голове, каким количеством цветов тот был раскрашен самой природой до моего наглого вмешательства.
– Он был трёхцветным. – Проследив за его взглядом, развеял я все его имевшиеся в наличие сомнения.
– Ну, вот и всё, в общем-то… Я тогда пойду.
– И ты даже не хочешь спросить у меня, как я отношусь к ещё одному факту из содержащейся в свитке информации?
– Так ты его всё-таки читал… А как же твоё твёрдое нежелание сидеть со словариком поздно вечером в библиотеке?
– Это само собой разумеется. Но есть несколько таких нюансов, как, например, тот факт, что я знаю румынский.
Владислав резко встал из-за стола и подошёл к камину. Лениво повернувшись, он поинтересовался, откуда.
– Ниоткуда. Я его никогда не учил, если ты к этому. – Ответив на невысказанный вопрос, я продолжил. – Ещё в самом начале нашего знакомства ты у меня спросил, знаю ли я этот язык, и я тебе абсолютно честно ответил, что нет. Но когда я в одну из тихих лунных ночей пролетал над маленьким румынским городком то, к своему огромному изумлению, осознал, что прекрасно понимаю речь местных жителей. Это вроде знания языка змей – не знаю откуда и почему, а просто знаю. Хотя это и не меняет сути дела. Так ты хочешь задать мне вопрос, как я отношусь к этому факту, или нет?
– Хочу.
– Ну, так задавай.
– И как ты относишься к неким словам, написанным в свитке?
– Каким конкретно? Надо быть точнее, Владислав, ты ведь сам мне это всегда говорил… – Но не видя никакой реакции на мои слова, мне пришлось продолжить. – А я никогда в этом и не сомневался.
– Даже так? Странно, потому что лично у меня первой реакцией было то, что я сразу после прочтения смял пергамент и кинул его в камин со словами “Наглая ложь!”…
– И ты хочешь сказать, что… – Довольно сильно усомнившись, я посмотрел на него. Скорее всего, это была правда, ведь книгу писали маги и они просто не могли знать, но…
– Я ничего не хочу сказать!
– А жаль! Потому что я бы хотел что-нибудь от тебя услышать!
Мы практически перешли на крик, лежащий рядом Диего недовольно зарычал – у кошек слух ненамного хуже, чем у нас, и даже незначительное повышение голоса им крайне неприятно.
– Боюсь… – Ещё раз выдохнул и как-то подозрительно спокойно продолжил Владислав. – Боюсь, что я ничего не хотел бы Вам сказать, как, впрочем, и слышать от Вас. Также я очень надеюсь, что хотя бы в течение ближайших двух недель мы с Вами не будем удостоены чести видеть друг друга. Потому что иначе… Я тебя просто… – Он показал какой-то жест руками, явно намекающий на то, что недосказанным словом было “придушу” и тотчас же какая-то небольшая чёрная тень проскользнула под моей дверью.
Я медленно сел в кресло. Почему-то у меня было упорное и крайне странное ощущение дежа вю, причём столь же сильное, как и осознание того, что правда сейчас на стороне Владислава. Я мысленно абстрагировался от своего бренного тела и, как следует сосредоточившись, смог написать огнёнными буквами своё послание в его личной комнате. Теперь первое, что он увидит по приходу, будет огромная висящая в воздухе пламенная надпись “Я был неправ. Прости. Гэбриэл”.
LapulyaVerona
27.9.2008, 18:19 · Re: Предлагаю обсудить свой фанфик "Несносный".
Аватар
Глава 47. Мирись, мирись, мирись и больше не дерись!

Они снова принялись за старое. Почему-то увидев, как два брюнета, самозабвенно махая кулаками, катаются по земле, я даже и не удивился. Ну, что ещё от них ждать, а? И почему у них всегда такая реакция друг на друга? Порой я даже начинал сомневаться в традиционности их ориентации…
С помощью ещё нескольких друзей мне удалось растащить их, и сейчас они, тяжело дыша, угрюмыми, полными неприкрытой ненависти глазами уставились друг на друга. “Так вот ты какая, истинная любовь…”, почему-то промелькнула странная мысль в моём сознании, в то время как я лишь тихо попросил ребят, чтобы они развели эту сладкую парочку по отдельным гнёздышкам, что они и не преминули тотчас же сделать. Господи, ну когда же всё это прекратиться? “Никогда” – тут же из пустоты последовал ответ. Никогда? Ну, кто бы сомневался…
Всё ещё достаточно тяжело и неровно дыша, я сидел на подоконнике и каким-то загипнотизированным взглядом смотрел на звёзды. Недавний сон всё ещё стоял перед глазами, хотя уже и начинал постепенно ускользать из памяти. Что бы это всё могло значить? И почему у меня твёрдое ощущение, что я нынешний и я из сна – это одно и то же лицо, а двух дерущихся я прекрасно знаю? “Какой бред…” – подумал я, на этот раз для того, чтобы мне ничего больше не снилось, забираясь в гроб. “Отнюдь не бред” – снова ответил мне кто-то прежде, чем я успел забыться в глубоком сне без сновидений.
На следующее утро у меня страшно болела голова, зудел шрам и вообще возникало твёрдое ощущение, что я беспросветно пил вместе с в очередной раз вернувшимся из кругосветного путешествия (преимущественно по Албании) Тёмным Лордом. Однако когда я честно попытался вспомнить, что же конкретно было вчера вечером и уже сегодня ночью, то столь же честно не смог, так как память упорно отказывалась выдавать хоть какие-нибудь отчёты о своей деятельности надоедливому мне и вообще развела какую-то бюрократию, подозрительно часто применяя отсылочно-посылочный способ.
И только когда я собирался сегодня на уроки, допрос увенчался успехом, и мною была доподлинно восстановлена последовательность событий освобождения меня от необходимости посещения занятий по ЗОТИ. Да, дела… Вот теперь ходи и проси прощения у гордого и оскорблённого в лучших чувствах вампира, который уж точно не откажет себе в удовольствии повыпендриваться и повредничать.
Меня игнорировали. Даже нет, не так! На меня абсолютно, полностью и категорически не обращали никакого внимания! Причём ладно бы это всё выражалось в том, что ни один учитель по ЗОТИ на меня не смотрел, так ведь хрен тебе, да ещё и с подливочкой и соусом, поданный со свежими овощами, тоже хреносодержащими! На меня, весьма нескромно сидящего за столом Слизерина и тоже оскорблённого во всех своих чувствах, которые, безусловно, при должном уровне желания можно было бы назвать наилучшими, смотрели. Но крайне редко, мимоходом и как на пустое место, как будто бы между Малфоем и Паркинсон находилась такая уменьшенная копия явно пиратской версии чёрной дыры, а не такой вот интересный зверёк, идентифицируемый как помесь вампира с оборотнем, русалки с бульдогоносорогом и крокодилом, слона и моськи и ещё некоторыми забавными мутантами!!! В сознании вертелось несколько интересных мыслей, которые я бы ни в жизни никогда и никому не высказал, ведь надо же поддерживать свою репутацию белого и пушистого, пусть даже и с виду… Но всё равно, даже мило болтая с окружающими и спокойно потягивая сок, я не мог удержаться от возведения хулы на Владислава, мысленно как молитву твердя целые предложения, указывающие, где же я его видел. Кстати, а где я его видел?..
Владиславу икалось. Даже нет, не так! Ему не просто икалось, ему ещё и моргалось, почти чихалось, а ещё у него нестерпимо горели уши! Если верить народным приметам, а им лучше верить, чем не верить, то получалось, что кто-то (интересно, кстати, кто бы это мог быть?..) весьма активно обсуждал и осуждал его персону, да и вообще хаял и ругал так, что если бы не загораживающие обзор волосы, то краснющие уши были бы видны даже из космоса, хотя данное предположение, безусловно, и не было проверено экспериментально. Скользнув ещё одним ленивым взглядом по ученикам, он слегка задержал свой взгляд на пустом месте, которое, судя по движению губ, весело что-то обсуждало, причём этим чем-то был почему-то не он. Почему-то это задело. Да ну его, самовлюблённого и эгоистичного оборотня! Ух, как же он ненавидел оборотней… Что значит “он ещё и вампир”?.. По нему не видно, а значит, вот он, счастливый случай нахождения объяснения необъяснимого, да ещё и научным методом с доказательными фактами!! Чёрт, как же горят уши… И сок упорно не помогает от икоты… Чтоб и тебе икалось, малолетний несносный хулюган!!
Я громко икнул, в унисон со мной громоподобно огласил окрестности Большого Зала звонкий чих, произведённый на специальной технике фирмы “Владислав и Ко”, причём эту компанию вампирюге составлял тыквенный сок, торжественно сопровождаемый аккомпанементом из звякающей вилки и явно пересмотревшего фильмы о разрушительных наводнениях стакана, теперь уже – пустого. Одновременно и практически одинаково фыркнув, мы продолжили деланно весело болтать с окружающими людьми, категорически отказываясь даже поворачиваться хотя бы полубоком к недостойным местным филиалам чёрных дыр.
Безжалостно пнутый, причём довольно сильно и ногой, камешек с громким и весьма противным лязгом отскочил от рыцарских доспехов. Прошла уже практически неделя с той достопамятной встречи, и я уже успел простить и отпустить все грехи опекуну, но почему-то моему благородному примеру никто больше следовать не собирался. А жаль… И вот теперь, вместо того, чтобы быть на уроке по Защите от Тёмных Искусств, я околачиваюсь в коридорах, не решаясь войти и даже просто банально не зная, что можно будет сказать, если вдруг отвага и мужество, героически откопанные где-то на задворках моей души, всё же заставят меня пойти на столь опасный манёвр. Эх, бывают в жизни огорчения…
– Что Вы здесь делаете? И почему Вы не на уроке?! Двадцать баллов с Гриффиндора, мистер…
Но когда я повернулся, Снейп замолчал и задумался. Видимо, ему претила сама мысль о возможности возвращения отнятых баллов, но, в то же время, необходимо было категорически срочно придумывать хоть какую-нибудь причину, чтобы достойно аргументировать свой поступок.
– …за то, что ни один подлый гриффиндорец, увидев бездельно шатающегося меня, не схватил нарушителя порядка, то есть опять-таки меня, за руку и не притащил на занятия, хотя он обязательно должен был бы это сделать, ведь благородное чувство ответственности… Которое у них, правда, почему-то отсутствует… В общем, мы друг друга поняли. Вы что-то хотели мне сказать, кроме того, что крайне осуждаете политику невмешательства, проводимую львиной долей представителей львиного факультета по отношению к безосновательному прогулу уроков?..
Задумчиво смотря себе под ноги и эффектно взмахивая мантией, при этом ещё и шикарно покачивая развивающейся шевелюрой, которой только в рекламе с подписью “волосы, как шёлк” сниматься надо, воплощение грации подплывающими движениями подлетело ко мне.
– Почему не на занятиях?
Коротко и ясно, как “пришёл, увидел, снял баллы, отработку назначил, на всех наорал, довольно ухмыльнулся, на сто восемьдесят градусов развернулся, эффектно мантией взмахнул и в подземелья упорхнул”.
– Потому что мне нельзя.
Насмешливо изогнув бровь, профессор зельеварения почти заинтриговано поинтересовался, по какой же это веской причине, а также решился уточнить, уж не ограниченные ли умственные способности мешают моему посещению столь высокоинтеллектуальных занятий. Правда, всё это он профессионально уместил всего в паре фраз. Ну, что тут и говорить: краткость – сестра таланта, правда, только не в данном случае.
– Почти. Здоровье не позволяет. Точнее, опасение за здоровье.
Минут через пять, когда я подробно объяснил, что нет, я не боюсь переутомиться и перезагрузить единственную имеющуюся в наличие извилину, и ту – спинного мозга, профессор Снейп, в очередной раз развернувшись и неописуемо эффектно взмахнув мантией и волосами, приказал мне идти за ним.
– Я туда не пойду! По крайней мере, без хоть какого-нибудь, даже самого примерного, плана действий! – Возмущённо пятясь от двери в понятно какой кабинет, гневно прошипел я. – Хотя, что я говорю? Вы же слизеринец! У вас, безусловно, есть план действий! И этот план действий коротко и ясно уместился в статье Уголовного Кодекса “за преднамеренное убийство”!!
– Вы чего-то боитесь?.. – Хитро прищурившись, стал аккуратненько так, с лёгким нажимом, слегка так по чуть-чуть сильно давить на мою гордость Снейп. Как это ни прискорбно, но у него это даже почти получилось. Почти, потому что инстинкт самосохранения ещё никто не отменял, ведь даже сейчас раздувшаяся гордость и медленно выползающее из самых потаённых глубин сознания мужество не могли заглушить тонюсенький голосок разума, надрывно пищащего что-то о положительных сторонах слова “дезертирство”.
– Вообще-то да… Вам перечислить, чего?
Решительно повернувшись снова к двери, потенциальный зельевар-убийца коротко постучал, на что услышал отрывистое “войдите” и… И, видимо, у Снейпа был явный слуховой дефект, так как кроме слова “войдите” ему ещё, кажется, послышалось слово “втащите”, что данный садист и не преминул сделать. Так, до конца урока осталось буквально… Прозвеневший колокол подсказал мне, что ничего и не осталось, следовательно, свидетелей убийства будет… Не будет. Вообще. Ну, профессор Снейп, ну, погодите!! Это ж надо ж было так подло втереться в толпу студентов и быстро скрыться с потенциального места преступления?!!
– Владислав, пожалуйста, помолчи! И не перебивай меня!! – Тут же пресекая буквально на корню все возмущения и весь поток возражений, смешенный с претензиями, я скороговоркой начал тараторить свою импровизированную извинительную речь. – Вот, а ещё я хотел сказать, что… Ну, в общем, ты же и сам знаешь, что в свойствах моего крайне вредного характера изначально была заложена сильная нелюбовь к книгам, так что… Вот…
Я нарочито медленно извлёк из сумки ту самую пресловутую книженцию, демонстративно показал выжидательно настроенному вампиру, что все страницы там поперезачёркнуты и в каждом свободном уголочке написано “Наглая ложь!”, “Автора на мыло, не мог сбацать что-нибудь нормальное!”, “За клевету на костёр! Святая инквизиция да очистит мир наш от подобных лгущих тварей!”, “За недостоверность информации и клевету на честных вампиров да свершиться исполнение Уголовного Кодекса!”, “Внимание! Книга (зачёркнуто). Туалетная бумага высшего сорта, специальное, ограниченное предложение, цена…”, в общем, много чего там было написано… Но ознакомиться с содержимым данного шедевра графического искусства (большинство тезисов были подкреплены схематическими и не только иллюстрациями, наглядно повествующими, как конкретно я себе всё это представляю) Владиславу было не судьба – легко подкинув камень преткновения, он же толстенный талмуд, в воздух, я, элегантным движением когтей, не оставил от него ничего, кроме нескольких тысяч мелких кусочков, которые, повинуясь движению моей руки, воспарили в воздухе, после чего, вспыхнув ярким и почему-то синим пламенем, оставили после себя только пепел, который я, уже вручную утрамбовав в небольшой комочек, задумчиво пнул.
– Как думаешь, его лучше испарить, утопить, зарыть, или же…
– За порчу библиотечного имущества предполагается определённое наказание.
– И что? Книга-то моя. – Напускная серьёзность Владислава сменилась не напускной настороженностью, поэтому я поспешил всё-всё дообъяснять особливо догадливым. – Нет, находилась она в библиотеке Хогвартса, но на ней стояла печать моего рода, следовательно, книга автоматически считается моей, так что я имел полное право делать с ней всё, что мне бы не заблагорассудилось. Вот, к примеру, у меня есть смутное желание с этими остатками былой клеветы знаешь что сделать?.. Конечно же, нет! Ну, тык я покажу…
И я показал. Наглядно. Очень! В общем, когда раствор серной кислоты в кислоте соляной сделал своё чёрное дело, я, немного подумав, перестал издеваться над бедной бумагой и всё это просто-напросто уничтожил банальным Evanesco.
– Так, теперь давай поговорим на другую, более интересующую тебя тему, правильно? Можешь не говорить ничего, я и так всё-всё понимаю! Так… Ну, для начала – если ты очень хочешь, то мы вместе можем попытаться меня перевоспитать, глядишь, и получиться чего… Хотя я, конечно же, не уверен. Ну, по этому поводу мы ещё как-нибудь весьма обстоятельно поговорим… Теперь насчёт моего кота. Эх, ну чем тебе так не угодил несчастный котёночек?! Ладно, раз уж я начал, то…
– Можно один маленький вопрос, Гэбриэл? – Я напряжённо кивнул, где-то глубоко в душе искренне надеясь, что он сейчас не скажет чего-нибудь вроде “с чего ты взял, что мне твои извинения на фиг сдались”. После продолжительной паузы, Владислав, наконец-то, перестал проверять мои слабые нервы, убедился, что я не слабонервный, а очень даже сильно нервный, после чего торжественно заявил: – Ответь мне, пожалуйста, как ты можешь называть этого… – Пространственный взмах рукой, при котором рука стремиться ввысь в сторону плюс бесконечности. – Два метра в холке… Котёночком?!!
Облегчённо вздохнув, я принялся описывать, каким лапочкой был Диего, когда я его только взял – таким маленьким, пушистенький, миленьким, с такими лапками, ушками, а какой у него носик!! Прелесть, да и только. Только Владислав со мной слегка неподсогласился, но это не могло испортить моего почти прекрасного настроения.
– Так, а теперь давай обговорим будущее котёнка. Я думаю, что хватит и таких жестоких мер, как наложение запрета на лежание на подоконнике, кроме того, Диего без моего личного сопровождения не сможет выйти из моей комнаты, ну… Да, в общем-то, и хватит, мы ж не садисты какие-нибудь, правда? С учётом выражения “молчание – знак согласия”, я делаю вывод, что данное принятие мер по отношению к тигрёнку тебя вполне устраивает, так что мы вполне можем перейти к обсуждению того, что делать с моей важной персоной. Лично я бы предложил тебе ничего не делать, но, раз уж сказал, что… Ну, какие есть предложения? Что, вообще никаких?! Тогда… – Я продолжал самозабвенно тараторить, стараясь не делать по возможности вообще никаких пауз в своём затянувшемся монологе, чтобы, не дай Волдеморт, никто своё слово-то веское не вставил и чего нехорошего не пожелал. – А вообще, давай я просто буду всё оставшееся до Рождества время вести себя как истинный пай-мальчик? Как думаешь? Нет, ты только представь – почти месяц идеального поведения!! Причём я даже прекращу, правда, только временно, свою гаррипоттеровскую деятельность, не буду ходить на чай к Волдеморту, не стану заколдовывать Снейпа за то, что у него крайне мерзких характер, и… В общем и целом, но ты меня понял. Договорились?
– Возможно. Вот только…
– Я категорически не согласен с мнением автора книги! Да я… Я даже никогда и предположить такой несусветной чуши не мог, не говоря уже о том, чтобы в неё поверить! И если в душе моей и зародилось подлое сомнение, то знай, что лишь на недолгие несколько секунд, да и то я тут же отринул все сомненья прочь и зашагал спокойно в ночь… Извини, я уже, кажется, начинаю заговариваться… Но я ещё раз повторяю: утверждения данного сплетника про то, что, видите ли, он считает, что вампиры не способны испытывать какие бы то ни было чувства вообще, а уж дружбы и любви так и подавно, категорически не соответствуют истине! В конце концов, мне ли не знать? Я вампир или кто?!
Вообще-то я действительно был этим самым “или кто”, но согласно первому правилу человека, не выучившего домашнее задание или просто не знающего, что сказать: “если ляпаешь – ляпай уверенно”, мои слова, конечно же, не были подвергнуты сомнению.
– Ладно, предположим, что я тебя прощаю…
– “Предположим” или “прощаю”?
– Ну, возможно… Я ещё подумаю. Так что, будем устраивать тебе испытательный срок длиною в месяц?
– А это будет считаться моим полнейшим искуплением всех грехов? – Владислав еле заметно кивнул, что меня весьма приободрило, поэтому я, в свойственной мне манере, тут же понаглел. – А в качестве рождественского подарка? Ну, хорошо, на Рождество я тебе что-нибудь ещё подарю, не смотри на меня так возмущённо… Так мы что, как бы, всё выяснили, да? – Ещё один полуутвердительный кивок. – И ты на меня больше вообще-вообще не обижаешься?.. – Через долгие полторы минуты Владислав крайне неуверенно и очень медленно кивнул. – Ну и замечательно! Тогда я, наверное, пойду, а то у меня сейчас столько дел, столько дел… Просто не перечесть, сколько!
– А ты попробуй.
– Что? Ах, тебя интересует, как мои дела и что конкретно за дела? Да тут же всё просто! Мне ведь нужно идти к себе в комнату, временно выкинуть из шкафа всю одежду, кроме строгой формы, объяснить Диего расклад событий, сделать уроки и долго-долго колдовать.
– Над чем?
– Как над чем?! А ты думаешь, это легко – перенести окно, да ещё и без подоконника, в угол комнаты, прямо возле лежанки Диего?!! Я так не считаю, да и вообще… ЧТО?! Ну, не думал же ты, что я смогу совершить такое преступное деяние по отношению к СВОЕМУ коту?!! А насчёт меня всё остаётся в силе, так что ты не нервничай… Всё вообще в порядке и в шоколаде! Так что я пойду… До скорой встречи, сэр. И не волнуйтесь, домашнее задание я возьму у ребят.
Когда я быстренько вымётывался из класса, то услышал тихое и почему-то почти счастливое восклицание Владислава “Он неисправим!”, на что со своей стороны я лишь почти недоумённо похлопал ресницами и ускорил шаг, ведь сейчас действительно было столько работы, столько работы… Просто не передать словами, да и жестами тоже, СКОЛЬКО.
LapulyaVerona
27.9.2008, 18:20 · Re: Предлагаю обсудить свой фанфик "Несносный".
Аватар
Глава 48. Милый, белый и пушистый Лялечка.

Говорят, что в народе всегда верно говорят. Говорят, что на любой случай жизни можно найти очень меткие пословицы и поговорки, правда, зачастую с абсолютно противоположной моралью, если таковая вообще присутствует. Но не это на данный момент столь важно, а важно то, что мне нужно найти хоть какое-то объяснение тому безобразию, что сейчас безобразничает, тем более что, как там говорится, “заветы отцов – советы мудрецов”. Так, начнём вспоминать по порядку все ультратонкие выражения с приветливо махающими крылышками. “Как собака на сене” не подходит, это относилось к Сириусу, периодически залезавшему с санитарно-гигиенической целью в кормушку Клювокрыла, когда тот был на диете… “Без труда не вытащишь и рыбку из пруда” – не больно-то и хотелось, хотя… Ну, хорошо, посещает порой подлая мысль изъять из Хогвартского озера гигантского кальмара, да с гигантской кружечкой пива… Мммм… Но, увы, к данной ситуации пословица не применима. “Кто не работает, тот не ест” не катит, я ж работаю, причём не абы кем, а профессиональным и достаточно высокооплачиваемым клоуном… А ещё же есть поговорка “кто работает, тот ест”! Но отчего-то она в моём случае как-то не так действует, ведь вкалываю я как истинный проклятый вампир и оборотень, а от вечного зверского чувства голода никуда деться не получается. Есть вот ещё “не рой яму другому, сам в неё попадёшь”… Взглянул довольному коту в глаза, в них увидел какой-то странный огонёк торжества и немного злорадства. Хм… Я бы сказал, что эта пословица в принципе подходит, но когда это я, интересно, добровольно занимался тяжёлым физическим, да ещё и копательным, трудом? Нет, тут без волшебного ускорительного устройства под кодовым названием “пинкораздавательное семейство дуралеев” не могло обойтись, а их причастность к моей небольшой личной трагедии мало того, что абсолютно бездоказательна, так даже и предположения безосновательны. А насчёт этой морально разложившейся ячейки общества, взявшей по какой-то странной иронии судьбы на себя воспитательную функцию, да ещё и не абы кого, а Героя Меня, помнится, такая пословица есть, как “голова большая, а ума нет”. Правда, тут более политкорректно было бы говорить о том, что общая площадь поверхности тела впечатляет своими габаритами, но суть ох как верно выражается…
– Гэбриэл, душечка, не дёргайся! И так что-то криво получается… – Отчего-то при этих словах мило улыбающейся Роксаны я вспомнил ещё одну, самую подленькую пословицу: “зря слова не давай, а дал – выполняй”.
– Конечно-конечно, солнце моё ясное… – Крайне подозрительно взглянувшая на меня вампирша больше ничего не сказала, видимо, пытаясь осмыслить, насколько сильно я только что оскорбил её далеко не лучшие чувства сильной неприязни к нашему светилу.
– Эй!! Ты что сделал?! Я… Я ведь так старалась!..
Взглянув честными глазами на крайне разочарованную девушку, я ещё раз встрянул головой, отчего волосы слегка разметались и легли на занимаемое прежде место, не оставив даже следа от былых африканских косичек, на которые Роксана угробила столько своего времени, пока подлый я нагло отсыпался. Мило и очень многообещающе улыбнувшись притворяющемуся спящим коту, который таких выкрутасов выделывать не мог, из-за чего ему и приходилось ходить в том виде, в каком его создала природа, но под моей редакцией до тех пор, пока никто не сжалится, я ещё раз оглядел комнату и предложил ребятам поскорее закончить с приготовлением этих благоухающих зелий, дабы мы все вместе могли поиграть в мячик.
– Во что?!
– В мячик, Гермионочка, в мячик! А что, вы не хотите?.. – Казалось, ещё секунда, и из моих огромных грустных глаз хлынут потоки слёз. – Ну, тогда… Тогда… Может, порисуем?..
– Но, Гэбриэл… Как же…
У меня начали подрагивать губы, я принялся слегка хлюпать носом и часто-часто моргать ресницами…
– Нет, вот как не стыдно обижать ребёнка! Ну-ка быстро взяли бумагу, краски, карандаши и фломастеры – и рисовать!
А из Роксаны получилась бы неплохая мама… Возможно… Но при других обстоятельствах. Капризно топнув ножкой, я заявил, что больше не хочу рисовать.
– И чего же теперь хочет мой котёнок?
– Я хочу… – Но перечень своих желаний озвучить я не успел, так как крайне раздражённый Владислав не слишком вежливо напомнил мне, что под выражением “буду вести себя как пай-мальчик” подразумевалось примерное и хорошее поведение, а не дурачество и выдавание себя за трёхлетнего малыша.
– Но…
– Никаких “но”! Больше никаких мячиков и никаких “порисуем”!!
Я с настолько страдальческим выражением лица слушал то, что обо мне думает перетрудившийся вампир, что мой временный мамазаменитель в лице Роксаны моментально, уперев руки в боки, грозно приказал ударнику труда приткнуться, что тот от неожиданности тут же исполнил. Я, слегка попятившись, встал позади отстаивающей мои права вампирши.
– И вообще, давай, проверяй сам все эти зелья! А то он тут в мячик играть собрался!!
– Но, Владислав, тихий час же только-только закончился, как же…
– А как же мячик?! Значит, на занятия всякой ерундой ты бы время нашёл, а на…
– Ну, пока бы я почистил зубы, что обязательно после сна для хорошего ребёнка, пока поел, что тоже непременно необходимо, пока переоделся из ночной рубашки… Вот они как раз бы и успели бы всё-всё доварить, а ты – допроверять, и мы бы все вместе, дружно… – С крайне мечтательным видом улыбаясь, я пространственно взмахнул рукой. Владислав сквозь зубы пробормотал какие-то неприличные ругательства, которые приличным детям слушать нельзя, поэтому я тут же закрыл уши руками и попросил Роксану сообщить мне, когда дяденька перестанет злиться и ругаться.
– Ну, все!! Мне это надоело! Владислав, ещё раз обидишь бедного ребёнка, и я за себя не ручаюсь! Ты меня понял?!!
Преподаватель на данный момент зельеварения, а вообще вроде как Защиты от Тёмных Искусств, не удостоив нас презренных даже взглядом, не говоря уж о слове каком, да тем более и небранном, гордо развернулся на сто восемьдесят градусов и вылетел прочь в окно.
– Он ведь не обиделся, правда?..
Слегка наклонив голову и задумчиво улыбаясь, спросил я у окружающего пространства, которое не вняло моему вопросу.
– Роксаночка, а ты посидишь тут пока что чуть-чуть, ладненько? А я пойду и переоденусь, а то тихий час уже закончился… – Умилённо мне кивнув, Роксана поспешила на помощь к терпящим бедствие котлам, которые, к своему несчастью, не тонули, а просто попали в руки Невилла со товарищи.
Наконец-то придя к себе в комнату, я не выдержал, и моё только что просто ангельское личико исказила зверская, почти дьявольская усмешка. Ха, так и для кого же теперь ближайший месяц будет сущим наказанием, интересно?..
Первый день наказания был для меня сущим адом – всем улыбаться, всегда быть милым и приветливым, всем и всегда помогать… Моя чувствительная и не очень устойчивая детская психика отказывалась выносить такие испытания, поэтому приходилось прилагать невероятные усилия, дабы поддерживать всё время подло норовящую спасть маску пай-мальчика, за которой периодически выглядывал мило скалящий зубки пушистенький зверёк с мягким ценным мехом и симпатичненькими лапками, увенчанными полуметровыми когтями. Но первый день прошёл, как, впрочем, прошёл и второй, и вместе с восходом солнца и приходом третьего дня ко мне в сознание скромно постучалась Идея, которую я сегодня и успешно опробовал.
Согласно имевшимся у меня в наличие смутным воспоминаниям, если я когда и вёл себя хорошо, то только в далёком и глубоком детстве, когда был маленьким мальчиком, которого в принципе можно было бы с небольшой натяжечкой назвать примерным ребёнком. Отсюда мысля плавно перетекла на то, что уж подобного-то счастья я им навалю с три кучи, всегда пожалуйста и обращайтесь, поэтому, хитро ухмыльнувшись, я и сказал ребятам, что на сегодня все планы в силе и они будут варить какие-нибудь жутко сложные зелья, после чего попросил Владислава придти и помочь, если что.
Первая реакция окружающих людей, увидевших меня в длиннющей и явно великоватой пижаме с зайчиками и с огромным плюшевым мишкой, которого я тащил за лапу по полу, не передаётся описанию, как, впрочем, и вторая, когда выяснилось, что в другой руке я несу подушку, а следом за мной, потягиваясь, идёт тигр. Громко заявив, что детское время истекло и мне пора спать, я приклеил скотчем на дверь плакат, на котором по-детски крупными и разъезжающимися в разные стороны буквами было написано “Тихий час! Не шумите!”, после чего, слегка потянувшись, попросил Роксаночку рассказать мне перед сном сказочку.
– Ты что, сдурел?.. Гэбриэл, сейчас только половина восьмого вечера!
Однако на ошарашенное восклицание Владислава я лишь, зевнув, сказал: “Рано вставать – рано в кровать”, после чего, положив подушку под голову и обняв медведя, задремал на подоконнике. И, вроде как, всё было прекрасно, спокойствие я себе обеспечил, если бы не это самое “если” в лице умилившейся Роксаны, которая тут же конфисковала у полусонного ребёнка подушку и, положив мою голову себе на колени, начала перебирать волосы. Безусловно, я был не против и мне даже нравилось проводить таким образом время, но только до тех пор, пока в больном воображении вампирши что-то не щёлкнуло и она не начала заплетать мне косички. Долго размышляя о смысле и несправедливости жизни, я и не заметил, как мои волосы окончательно приобрели непотребный вид, поэтому, зевнув, я был вынужден подняться с хорошо нагретого места, чем и вызвал праведное возмущение Роксаночки и неправедный гнев работающего вместо меня Владислава.
Так, вроде нормально выгляжу, всё чин по чину: белая рубашка, чёрные брюки и чёрная же мантия, да и при галстуке я, так что… Да, я вполне могу сойти за образцово-показательного ученика. Бросив последний быстрый взгляд на своё отражение в зеркале и задумчиво поправив немного сбившийся в сторону голубой галстучек с жёлтыми уточками, я уверенным шагом с примесью летящей походки (ну, да, не терпелось мне увидеть поскорее любимых ученичков, не терпелось!) направился к недавно покинутому залу.
– Приветствую вас, братья и сестры! Ежели есть среди вас кто, нуждающийся в помощи моей, так скажите же мне, и всё, что в силах моих немощных, исполню я, ради блага общественного!
Никакой реакции не последовало, поэтому я, поправив свой в очередной раз сбившийся галстук и присев на кресло, побродил взглядом по комнате, после чего внимательно-внимательно взглянул на одну переливающую по колбам зелья вампиршу, и, прищурившись, пошёл в явно лобовую атаку.
– Роксаночка! А знаете ли Вы, что Вы сегодня просто бесподобно выглядите? – Приподняв одну бровь, бесподобно сегодня выглядящая Роксаночка ослепительно мне улыбнулась и снова принялась за свою нехитрую работу. – Нет, я просто положительно не могу на это смотреть! Нет, нет и ещё несколько тысяч раз нет!!
– Что случилось?..
– Как что, Роксаночка? Вы ведь тут одни работаете, а остальные абсолютно ничего не делают! А должно быть всё наоборот! Так что идите, милая, отдохните немного, перекусите, а мы тут сами всё уберём, чтобы Вы, Гарри Поттер упаси, не утомились…
Судя по виду вампирши, она явно что-то заподозрила, причём – небезосновательно, однако помещение от своей персоны очистила, после чего я, установив парочку хитропопых иллюзий и отвлекающе-заглушающе-маскирующих чар, снял маску милого зайчика с мордашки и повернулся к застывшим в ожидании ребятам.
– Значит, так. Я не вижу никакого смысла в том, чтобы разыгрывать это представление при вас, поэтому сейчас коротко и начистоту. – Обведя комнату взглядом и убедившись, что всем меня видно и всем меня слышно, а также что все меня видят и что все меня слышат, я продолжил. – Я считаю, что вы уже вполне можете начать по мелочи что-то делать в борьбе с Волдемортом.
– Например?
– Ну, как тебе сказать, Джинни…
– Как есть, так и скажи.
– Ну, раз уж ты так настаиваешь… – Хм, какая симпатичная прямолинейная барышня! Мне она положительно нравится! А, да, точно, она же мне и нравится… Такая симпатичная… Такая прямолинейная… Такая барышня…
– И?..
Что-то я не о том задумался, не так посмотрел, не так улыбнулся и вообще, теперь Джинни именно так краснеет. Нехорошо-то как, наверное, должно было бы быть, если бы не было бы так хорошо…
– Да, у меня просто есть некоторые сомнения по части источников финансирования Упивающихся Смертью…
– Например?
– Ну, Драко, тебе ли не знать часть статей, из которых формируется бюджет Волдеморта: небольшие членские взносы, страхование жизни, безвозмездные пожертвования, плюс на него работают некоторые крупные маггловские компании, в общем, так, по мелочи…
– То есть, ты хочешь сказать, что существует ещё какой-то достаточно крупный источник, из которого Тот-Кого-Не-Желательно-Называть черпает ресурсы?
– Именно это я и хочу сказать, Чоу! Так вот, всё дело в том, что… – Молчание. Я внимательно оглядываю ребят, слегка приподнимаю бровь. – Ну, кто хочет высказать свои предположения?
– Ты не можешь проверить какое-то предположение сам, потому что скрываешь это ото всех, в том числе и от опекуна.
– Браво, Грегори! Попал почти в самую точку. – Гойл смущённо потупился, в то время как Винсент, одобрительно посмотрев на друга, поинтересовался у меня, что означает это слово “почти”. – “Почти” оно “почти” и означает, посмотрим потом вместе толковый словарь, если хочешь… В общем, я просто хочу, чтобы вы проверили кое-какие бумаги, провели, так сказать, для меня небольшое расследование, причём чем скорее вы приступите и выполните, тем лучше. Ладненько? Ну, тогда принимайте счастливый и немного растрёпанный вид – мы с вами тут уже минут пять самозабвенно играем с мячиками…
– Какими мячиками?..
Повинуясь моему повелительному жесту руки, в комнате появилось немножечко мячиков и шариков, а также несколько листов ватмана и краски всех цветов.
– Этими! Ну, что стоим, кого ждём? Через минуту здесь будет Владислав, поэтому все встали в кружочек и перекидываем друг другу мяч так, чтобы он не упал на пол, а если он упадёт, то человек, который мячик уронил, должен либо снять одну деталь одежды, либо что-нибудь нарисовать, причём рисовать можно только частями тела, либо ещё что-нибудь, смотря насколько буйной будет у нас фантазия. Ну, что? Поехали?
С нереальной скоростью мяч перелетал от одного человека к другому, но всё никак не падал, к всеобщему сожалению, ведь снять мантии порывались все, правда, пока безуспешно. Внезапно открывшаяся дверь заставила всех оглянуться, что и стало причиной первого мячепадения. Счастливо улыбнувшись, Симус скинул с себя мантию, перемещаться в которой почти по всему залу было несколько дискомфортно и довольно проблематично.
– Владиславчик! Лови мячик!
Хватательный рефлекс вампиру не отказал, как, впрочем, и тут же проснувшийся инстинкт кинуть в меня чем-нибудь, что под руку попадётся, а так как что-то уже попалось, причём очень вовремя и кстати, то вполне закономерно, что уже через секунду мяч снова вернулся ко мне.
– Хи-хи! А мы меняем правила игры! Теперь надо попасть мячом в какого-нибудь, и тогда…
– Что?..
– …будет тебе счастье и моральное удовлетворение!
И с этими словами я послал целую серию мячей в сторону возмущённого вампира, который бы, наверное, никогда не стал бы брать банковский кредит, так как оставаться в долгу явно противоречило его противоречивой натуре. Вдруг меня с силой шарахнуло тяжёлым баскетбольным мячом по голове с того направления, откуда я нападения никак не ожидал. Мило мне улыбнувшись, Джинни послала вслед футбольный мяч, после чего, расхохотавшись, кинулась в сторону от горящего идеей праведной мсти меня.
– А вот и не попадёшь!! Мазила-мазила! Не попал!
– Да, я действительно не попал, а вот ты – попала… Очень…
Продолжая улыбаться до ушей и удерживать за руки рвущуюся в священный бой девушку, я лягнул ногой несколько мячиков, которые, судя по возмущённым возгласам, своей цели достигли. Чувствуя почти беспричинный прилив счастья, я закружил на руках Джинни, после чего, мягко поставив на пол, предложил взяться за руки и покружиться, на что услышал весёлое “давай!”, и мы начали изображать из себя две снежинки, которые кружатся тут по всему залу и которых почему-то ни у кого из всех столь многочисленных желающих сбить не получается.
– А вот это уже подленько, Владиславчик!
Безусловно, я мужественно закрыл собой девушку от гири, которую довольный вампир весьма прицельно послал, но даже осознание собственного благородства не помогало усмирить желание в срочном порядке засыпать подлюку чем-нибудь, можно нецензурными выражениями в комбинации со смертельными проклятиями.
– Чтоб твой подгузник всегда был мокрым и грязным, Владиславчик!! – После очередного меткого попадания вампира в цель, не выдержал я, и начал посылать в патологически вредного и нехорошего субъекта воздушные шарики, заполненные невоздушной и довольно плохо смывающейся краской, которая, попадая на одежду или какие-нибудь части тела, тут же начинала рисовать что-нибудь на доступной поверхности, поэтому уже через пятнадцать минут шедевры мировой живописи, весело повизгивающие и порой даже прихрюкивающие, а также категорически отказывающиеся выставляться даже на самые престижные выставки под названиями “за дверь” или “вон”, заняли своё почётное место на полу.
– Ух, что-то мы сегодня задержались, Гэбриэл… Скоро уже два ночи, так что…
– Что?.. Уж не хочешь ли ты сказать, Панси, что ты действительно веришь в то, что я сейчас с вас всю эту красоту возьму и так просто уберу?!
Все ребята дружно кивнули и потянулись за выжившими шариками и мячиками, вследствие чего я, быстро оценив ситуацию, добавил “какая поразительная проницательность, Панси! Ты, именно ты должна была бы быть любимицей профессора Трелони!”.
– Ну, что, подходим по очереди? Кто желает смыть боевой окрас индейца, вышедшего на тропу войны?
Желающие были, причём в числе желающих был даже Владислав, у которого, судя по расстроенному выражению мордашки, очиститься самому не получилось. И вот последний человек в очереди желающих, и отчего-то это снова была Джинни.
– С тебя смывать всю краску?
Я сделал пару шагов ей навстречу, вопросительно приподняв бровь и слегка улыбнувшись.
– Конечно. – Она тоже подошла ко мне поближе, после чего, почти полностью повторив все мои жесты, добавила: “знаешь, ты сегодня был таким…”.
– Каким?
Ещё шаг навстречу, и теперь отделяющее нас расстояние не составляет и полуметра.
– Таким…
Ещё ближе друг к другу, и я протягиваю руку, после чего легонько провожу ладонью по волосам, плечам, талии девушки, смывая с неё краску.
– Таким?..
Рука мягко и ненавязчиво остановилась у неё на талии, после чего, немного поколебавшись, я притянул её к себе поближе. Не открывая взгляда, мы медленно наклонялись друг к другу, после чего, прикрыв глаза, я мягко поцеловал её полуоткрытые губы.
– Ты хотела сказать, что… – Ненадолго отстранившись и мило улыбаясь Джинни, я продолжил. – Я был сегодня таким…
– Да… Именно таким!
Она обвивает мою шею руками, встаёт на цыпочки и легонько касается губ. Почти не прерывая поцелуя, я решаюсь уточнить.
– Милым, белым и пушистым Лялечкой?..
В ответ лёгкий смешок и ещё более тесные объятия. Господи, как давно я хотел этого, как давно… Начинаю покрывать быстрыми поцелуями её лицо, спускаюсь к шее и вдруг слышу, как она тихо выдыхает “Гарри…”. Почему-то это меня отрезвило, и я, немного отстранившись от недоумённо распахнувшей глаза девушки, спросил, мило улыбаясь и параллельно с этим заправляя за ушко выбившуюся из общей прически прядку рыженьких волос.
– Джинни, дорогая, а кто такой Гарри?..
LapulyaVerona
27.9.2008, 18:20 · Re: Предлагаю обсудить свой фанфик "Несносный".
Аватар
Глава 49. Смертная скука бессмертного.

Смеркалось. По вечернему небу плыли лёгкие и явно грозовые облачка, ласково называемые в народе тучками. Всё ещё смеркалось. Закат окрашивал верхушки деревьев Запретного Леса в различные и, возможно, даже запретные цвета. Смеркание продолжалось. На тонкую, гибкую веточку деревца приземлилась миниатюрная птичка. В последних лучах заката было ещё достаточно хорошо видно, что певчая птаха умудрилась приземлиться на небезызвестную дракучую иву…
– Гэбриэл, может, отойдёшь наконец-то от окна? Из него дует.
Вот так, и никакой тебе романтики, на которую меня столь сильно потянуло вчера вечером… Какие же вампиры всё-таки… Нечуткие!
– Как скажешь, Владиславчик… – Прикрыв окно, я отвернулся от прекрасного, живописнейшего пейзажа и взглянул на другую картину маслом: занимающийся общественно полезной проверочной деятельностью вампир. Да, не часто его можно увидеть за столь благородным занятием, не часто…
Говорят, что есть картины, на которые можно смотреть вечно. Кто-нибудь, покажите мне такую картину!!!
– Гэбриэл, ну чего ты ходишь туда-сюда, как неприкаянный? Тебе что, делать нечего?
– Нечего… – Я вздохнул и уселся рядом с отвлёкшимся ненадолго Владиславом. – Мне скучно!
Кивнув, он вновь вернулся к своей работе. И что я вообще тут делаю? Уже часа два как ничего, а идти некуда и делать абсолютно нечего. Вот ведь как в жизни-то бывает… А ведь ещё недавно я так хотел, почти мечтал о блаженном ничегонеделании!.. Эх… Аааа!! Я хочу снова дел по горло! Хочу снова жизнь в бешеном ритме! Ну не могу я, не могу сидеть на одном месте более двух минут!!
– Владислав, а давай ты повспоминаешь своё детство, а?.. Расскажешь мне, каким я был в прошлой жизни, какая это была жизнь или ещё что-нибудь…
– А давай ты перестанешь меня отвлекать и займёшься каким-нибудь делом?
Я грустно вздохнул и спросил, каким именно. В голове вертелась назойливая мысля, что ведь скучно мне может быть целую вечность, что даже смерть не придёт и не поможет развлечься…
– Не знаю, каким-нибудь. Ты ведь хотел поиграть в мячик? Вот иди и играй. Или порисуй. Или крестиком, к примеру, повышивай. Или, ещё лучше, сделай уроки. В общем, займись чем-нибудь и не отвлекай меня!
– А тебе когда-нибудь было очень-очень скучно?
– Да.
На пару минут в комнате воцарилось молчание, после чего я задал свой следующий вопрос.
– Когда?
– Иногда.
Как многозначительно… И что я вообще тут делаю? Может, действительно стоит пойти к себе, поиграть с Сианой и Диего?.. Глядишь, настроение и правда улучшится…
– Направо! Теперь – налево! Прямо! Всё ещё прямо! Отлично! А теперь – поворачивай через левое плечо… И не плюйся! Молодец! Теперь ещё немного вправо, потом прямо, а затем… Да! Мы сделали это!!
Счастливо подхватив на руки недовольную Сиану, я громко чмокнул злую змею.
– Ура!! Очередной level пройден!! Слушай, а ведь в нормальной игре змейка, съедая квадратики, должна вырастать! А ты почему не изменила габаритов?..
Сиана прошипела что-то на своём змеином нецензурном языке и, ловко вывернувшись из моих рук, уползла под кровать.
– Эй, ты куда?! Вернись, я всё прощу!
Но она не вернулась… Эх…
– Диего!
И только хвост мелькнул под кроватью…
– Дезертир!!!
Ну, вот… Мне снова скучно. Куда теперь пойти?
А за окном всё ещё смеркалось… Живописнейший вид открывался из моего окна, не такой классный, конечно же, как у Владислава, но тоже очень даже и ничего… Может, мне действительно стоит порисовать?..
Задумчиво глядя на озеро, пытаюсь вырисовать все волны. Получается смутно. Руки по привычке продолжают плавно вычерчивать простым карандашом линии, пытающиеся передать переходы света. Я пристально взглянул на объект запечатления, не прекращая своего благородного занятия. Опустив глаза, резко отодвигаю от себя листок. Отчего-то мне всё ещё хочется верить, что проступивший через волны женский образ – лишь красавица-русалка… Что, я очень наивный? Возможно, но, как бы там ни было, а рисовать мне больше не хочется.
Только семь вечера… Мне нужно деться куда-нибудь ещё по крайней мере на три часика, но вот куда и зачем – не ясно… Ну почему мне так скучно?.. И почему я уже столь не/предусмотрительно сделал все уроки, которые нам только задали?.. Ладно, делать нечего – пойду, поброжу по ещё не спящему Хогвартсу…
Почему-то я только сейчас начинаю понимать, какую громадную роль в жизнях многих людей я играю, ведь если бы мне сейчас хоть кто-нибудь помог развеять скуку, то, наверное, я даже уступил бы ему свой титул национально-всемирного героя.
В школе подозрительно тихо, и это в столь ранний час! Коридоры пустынны, на ближайших этажах не чувствуется никаких признаков жизни. Вот, мне даже со Снейпом не судьба столкнуться!!
Продолжаю тихо идти, периодически подпинывая камушки и наблюдая их недолгий полёт в неизвестность. Через пару этажей мне в нос вдруг ударяет какой-то странно знакомый запах, исходящий явно от человека. Ускоряю шаг, и вот я уже стою перед зашторенным окном в самом конце коридора. Аккуратно приподнимаю занавеску и проскальзываю внутрь.
Больше не смеркалось. Теперь на небе появился тонкий полумесяц, мягким светом озаряющий округу.
Она неподвижно стоит спиной ко мне, пристально смотря в одну точку за окном. Сейчас начало декабря, поэтому вполне естественно, что гуляющий по всему замку ветер пробирает до костей. Даже я слегка вздрогнул. Будем надеяться, что от холода…
Стянув с себя тёплую мантию, тихо накидываю ей на плечи. Она слегка вздрогнула, но так и не повернулась, как, впрочем, и не отодвинулась от меня, ведь я так и не подумал убрать свои руки с её плеч.
Она задумчиво смотрит на наше отражение в оконном стекле, после чего поворачивается ко мне лицом. Отчего-то я не знаю, что сейчас можно сказать, да и она тоже молчит.
– Джинни… – Тихо выдыхаю я, притягивая её к себе поближе и обнимая. – Ты согласна стать моей девушкой?..
Еле слышный шёпот. Она сказала “да”?.. Да! Вот так мечты и становятся явью, а душившее меня доселе чувство скуки сменилось бесконтрольной радостью.
Кажется, я только что нашёл своё личное и персональное лекарство от скуки…
Почти за сутки до описанных выше событий. Замок Ван Хелсингов.
– Джинни, дорогая, а кто такой Гарри?..
Я нежно заправил за ушко рыженькую прядку, выбившуюся из общей причёски. Молчала она, казалось, целую вечность, после чего выдавила из себя:
– Гарри… Ты…
Я продолжаю внимательно на неё смотреть, пытаясь не подавать виду, что она только что сделала очень правильный вывод.
– Так Гарри или я?..
Она отодвинулась от меня. Встряхнула головой и тихо заговорила.
– Я… Не знаю. Я ведь всегда его любила, всегда!..
– А он?..
Она подняла на меня непонимающий взгляд.
– Что он?
– А он тебя? Ваши чувства взаимны?
Она покачала головой, отстранилась от меня и немного попятилась назад.
– Подожди, дай-ка я угадаю: тебе нужно время подумать.
Её глаза сужаются, видимо, вся эта ситуация начинает её раздражать.
– Представь себе!
– Да я и не возражаю… Как надумаешь что, скажешь.
Нежно чмокнув пребывающую в смятении девушку, я пожелал ей спокойной ночи и отправился спать, почти наверняка зная, что если и смогу сейчас уснуть, то только сном мёртвого в гробу. Ну, хоть так…
Говорят, взаимность чувств окрыляет. Уж не знаю, вырастут ли и у Джинни вампирские крылья, но вот у меня такое ощущение, что кто-то не из мира сего пришёл к выводу, что на одну конкретно взятую морду двух пар кожистых крыльев маловато, и прибацал ещё несколько невидимых, так что теперь мне приходилось тормозить буквально всеми частями тела, чтобы не летать как непонятно кто непонятно куда с поражающе счастливым видом и не накидываться на всех встречных-поперечных с криком “Жизнь прекрасна!! Всех люблю!!!”.
– Гэбриэл, ты что, сменил батарейку не уточняется где?.. Duracel – до десяти раз больше энергии, да?..
Первым уроком у меня сегодня ЗОТИ. Как это… Мило.
Улыбнувшись Владиславу во все зубы, я предпочёл проигнорировать его вопрос, решив отыграться после урока.
Наконец-то прозвенел колокол, что привело к моментальному исчезновению учеников, причём со всеми письменными принадлежностями, мантиями и сумками.
– Что с тобой случилось?..
А что со мной случилось?.. Неужто так заметно?! Ну, тогда мне сегодня даже больше обычного хочется увидеть Джинни: вдруг и она излучает повышенную жизнерадостность и неприкрытое счастье?..
Прочистив горло, я вздохнул и ответил.
– Мне трудно об этом говорить… – Прикусив губу, я ещё тише добавил. – В горле пересохло, я немного попью, ладненько?
Он кивнул, а я достал из рюкзака свою любимую соску. Такую двухлитровую, наполненную высококачественнейшим и, что важно, некипячёным молоком… Пару секунд я влюблённо рассматривал цветастый шедевр, после чего, тихо пробормотав “Моя прелесть…”, начал пытаться жадно пить.
– Кхм… Может, это будет и не слишком корректно с моей стороны, Гэбриэл, но я бы предпочёл, чтобы в своей деградации ты всё же остановился на трёхлетнем возрасте, а не скатился до грудничка.
Задумчиво повертев бутылку, в которой, несмотря на все мои усилия, особо молока не убавилось, я кивнул.
– Полностью с тобой согласен! А то на маленьких детях явно экономят и делают всё, чтобы они много не ели! И как я только в глубоком и далёком детстве умудрялся пить из такой штуковины?..
Недоумённо пожав плечами, я открутил крышку от соски и почти залпом выхлебал всё её содержимое.
– Перестань дурью маяться!! Лучше найди себе девушку…
– Так я это… Того… Уже!
– Что – уже?
Колдокамеру, срочно! Всё-таки вампиры очень пластичны, а у данной особи явно отлично развита пластика лица, поэтому моя душа почти взахлёб рыдала от осознания того, что запечатлеть данный кадр для потомков я не догадался.
– Уже в смысле нашёл. Ну, ладно, я пойду, а то ещё на зельеварение опоздаю… Что, согласись, не есть гуд… Так что да, у меня теперь есть девушка, которую я где-то откопал.
– И когда только успел?..
– Да уж нашёл время. – Кивнув ему и подхватив сумку, я направился к выходу.
– Рыжая?
– Что?..
Он задумчиво на меня посмотрел.
– И девушка, конечно же, рыжая.
– А ты откуда знаешь?..
Владислав махнул рукой, вставая со своего места.
– Ты практически не меняешься, по крайней мере, предпочтения остаются теми же…
Хм… А это наталкивает на определённого рода размышления.
– Это Джинни, если тебе интересно.
Вампир кивнул, грустно смотря в сторону.
– Да я уже понял… Ладно, иди, а то ещё опоздаешь на зелья…
Так, меня терзают смутные сомнения. Надо бы выяснить, как я покинул нашу грешную землю в прошлый раз…
– Владислав…
С привычной полуулыбкой он соизволил поинтересоваться, чего ещё надо мне, кровососу такому?
– Да, в общем-то, ничего… Просто… Найди себе девушку!
Он рассмеялся. Интересно, я же, вроде как, не шутил…
– Ты хоть представляешь, какие у меня запросы? Она ведь должна быть умной, красивой, в меру воспитанной, всё время разной – это чтобы не надоела, а то ведь уже через десятилетие-другое…
Красивая, умная, всё время разная… Стоп! Это же просто портретное описание…
– Тонкс!
– Что?
– Не что, а кто.
– Ну, и кто?
– Девушка твоей мечты.
– Странное имечко…
– Скорее фамилия. А зовут её Нимфадора.
– Красивое имя…
Я хмыкнул, после чего ответил на его недоумённый взгляд.
– Она так не считает.
– Ну, и какая она?
– Красивая, умная, в меру воспитанная… Правда, совсем в меру и воспитанная… А ещё у неё вечно всё падает.
На лице вампира начало проскальзывать разочарование. Зря…
– Да и, кстати сказать, она метаморфомаг… Так что то, что она всегда разная – это факт.
Разочарованного выражения мордашки как не бывало: кое-кто уже практически светился.
– Правда?.. Как… Мило. – Что-то прикинув, он спросил, познакомлю ли я их.
– Она состоит в Ордене. Так что, если ты сумеешь правильно подмазаться к Дамблдору с предложениями своей посильной помощи…
– …тогда ты наконец-то выполнишь одну из своих первостепеннейших задач, да?
Или я такой тупой, или вампир что-то не очень ясно говорит, причём мне явно больше нравится второй вариант.
– Ты это вряд ли помнишь… – Он замолчал. Неужто Владислав пребывает в наивной вере, что я прямо сразу буду ему рассказывать обо всём, что вдруг мне резко вспомнится?.. – …но ты всегда пытался найти мне девушку. Чуть ли не каталоги приносил, расписывал, какие они все чудесные и замечательные.
– Но метаморфов среди них не было?
– К сожалению.
Кивнув, я бросил взгляд на часы. До звонка на урок… Полторы минуты.
Как это ни странно, но я успел влететь по звонку, причём моя мантия очень характерно развевалась за спиной, причём настолько характерно, что вздрогнули не только ученики, но даже и профессор Снейп, который даже попытался протереть глаза, дабы убедиться, что его всё же не расклонировали.
– Сегодня вы будете пытаться сварить зелье удачи, хотя я и сомневаюсь, что у хоть кого-нибудь из вас получившееся варево будет хоть как-то соответствовать стандарту…
– Гермиона!
Она на меня шикнула, явно давая понять, что зельеварение – это важно, и если я не могу понять столь элементарного факта, то опускаться до объяснения она не станет, по крайней мере – на уроке.
– Вы проверили те бумаги?
– Нет ещё!
Одними губами сказав это, она снова стала гипнотизировать взглядом доску, хорошенько вчитываясь в рецепт. Я всё же подавил вздох. Ну, не люблю я зелья, не люблю…
Да, всё же сколько людей – столько и ценностей. Вот Гермиона считает, что нет ничего в мире важнее образования и знаний, а вот тот же Рон, с которым она сейчас и сидит, её мнения явно не разделяет. Да, кстати, интересно, когда же они уже начнут встречаться? А то даже мы с Джинни таки встали на путь истинный, а эти что-то пока тормозят, причём – не только в развитии. Решено! Сегодня же предложу своей девушке разработать план сводничества. Я подавил неуместный на зельеварении смешок. Всё же прав был Владислав – когда я счастлив, то у меня батарейка не уточняется где сменяется на более мощную и тогда меня можно хоть попытаться связать и заковать, но я обязательно каким угодно образом осчастливлю всех окружающих людей, если они, конечно же, не успеют благоразумно где-нибудь схорониться.
LapulyaVerona
27.9.2008, 18:20 · Re: Предлагаю обсудить свой фанфик "Несносный".
Аватар
Глава 50. Маленькое и скромное перекусывание на природе.



ВНИМАНИЕ!!! Предупреждение: в главе содержатся эпизодические размышления повышенной кровожадности, поэтому если кому-то что-то претит, лучше попытайтесь пропустить… А что?! Я только после экзаменов, была довольно злая… Вот и получилось то, что получилось. Но вы предупреждены!
Все используемые в главе заклятия взяты из Книги Заклинаний, которая, в свою очередь, составлена по каноническим книгам и фильмам.
Переделка песенки моя, а на саму песенку и не претендую!
Кстати, когда будете читать эпизод с Невиллом и Луной, то можете “поиграть”, проходя задание вместе с ними… Для этого вам нужны только ручка и бумага.
И последнее: если вам вдруг понравилось, то черкните мне об этом. Буду очень благодарна.






– Куда идём мы с Пяточком – большой-большой секрет! – Джинни, которой за последние минут десять ходьбы уже порядком надоело быть на буксире, снова попыталась избавиться от моей железной хватки и поинтересоваться, что же мы делаем в подземельях. – И не расскажем мы о нём… – Категорично пропев ей это, я как бы поставил жирный крест на том, что что-то расскажу до прибытия. Мы уже подходили к очередному повороту, как Джинни неожиданно сказала:
– О нет!..
Я притормозил и с интересом на неё взглянул.
– О да!
Сложив руки на груди, профессор Снейп сурово глядел на нас, явно прикидывая, сколько же ему снять баллов за прогулки после отбоя.
– О нет! О да! О нет!! – Радостно допев это, я с интересом поглядел на слегка обалдевших присутствующих. – Так вы, оказывается, тоже знаете эту песенку! И что же раньше-то молчали оба, а, граждане партизане и партизанки?..
Ещё раз задумчиво поглядев вдаль, я резко потянул Джинни за руку и уже через секунду мы находились метров за сто от ненадолго растерявшегося преподавателя.
– Я сейчас… Подожди секундочку, ладненько?..
Слегка чмокнув свою девушку в нос, я резко развернулся и через мгновение оказался возле первоначального перекрёстка.
– О, друг мой вампир! Как давно мы с вами не имели честь лицезреть друг друга в нормальной обстановке!..
Снейп стоял с водонепроницаемым, засухоустойчивым и вампироигнорирующим выражением лица.
– Я не вампир.
– Правда?.. – Я слегка удивлённо на него глянул, после чего сделал шаг ему навстречу. – Зато я вампир… – Ухмыльнувшись и продемонстрировав отличные клыки, продолжил. – Но никто меня таковым не считает, в отличие от Вас… Поэтому я так Вас и назвал, ведь это же очень весело: я некоторой своей частью являюсь, – я заметно понизил голос и немного таинственно прошептал продолжение, – кровопийцей… – Выдержав весьма многозначительную паузу, я продолжил уже абсолютно нормальным голосом. – Но таковым меня в школе никто не считает, в то время как Вы к вампиризму не имеете совершенно никакого отношения, но, однако, практически каждый ученик свято убеждён в том, что Вы – самый что ни на есть настоящий кровосос.
Я сделал ещё шаг вперёд и теперь практически оказался лицом к лицу с внешне абсолютно невозмутимым преподавателем.
– Забавно до дрожи, правда?..
– И к чему Вы мне это сейчас рассказали, мистер Ван Хелсинг?
– За Вами должок… – Клыки после наглядной демонстрации обратно втягивать я так и не подумал. – Но я ведь незлопамятный… Поэтому Вы сейчас просто-напросто забудете о том, что сегодня видели здесь кого-либо.
Глянув на меня убийственным взглядом, он кивнул и, развернувшись, продолжил свой путь.
– Ну вот… А Владислав ещё говорил, что я плохо нахожу общий язык с окружающими!..
Расплывшись в широченной улыбке, я полетел к ждущей меня девушке.
– Что Снейп?..
– Пал жертвой моего обаяния… И красноречия.
Джинни открыла было рот явно для того, чтобы попытаться выразить переполнившее её восхищение, но я, будучи по натуре своей невероятно скромным, застенчивым и порой даже стеснительным (так как вечно всех стеснял) человеком, решил отложить сиё меня, признаться, порой даже смущающее действо на попозже, и, уверенно взяв её за руку, потянул за собой. Уже через пару поворотов мы остановились.
– Ничего не понимаю! Мы что, пришли?..
Я кивнул, соглашаясь с обоими её утверждениями. Пробормотав парочку паролей и немного, но от всех имеющихся относительно чистых участков души, постучав в стенку ногой, я подождал чуда, кое не замедлило случиться.
– Прошу.
Будучи в первую очередь очень галантным, а во вторую – очень осторожным, Джинни я пропустил вперёд себя.
– Это что?..
– Да так… – Я скромно опустил глаза, ожидая, когда же меня наконец-то начнут хвалить. Но эта бессовестная и бессердечная вредина так и не подумала начинать громко выражать своё восхищение. – Это трёхмерная модель нашего плана.
– Твоего плана, да и… – Она поражённо показала куда-то вдаль. Я с преувеличенным интересом поглядел в ту сторону, сделал вид, что мне как-то что-то не видно, подошёл поближе, так, чтобы можно было взглядом проследить направление по её руке… – А это что?..
Я задумчиво провёл кончиками пальцев по её всё ещё поднятой руке, что почему-то заставило Джинни еле заметно вздрогнуть. Маленький полушажочек – и я оказался прямо у неё за спиной, стоя так, что нас разделяли буквально считанные миллиметры, однако всё же не касаясь застывшей как статуя рыженькой красотки. Сделав глубокий вдох, я ощутил пьянящий запах, исходящий от неё, дурманящий мой разум аромат её волос, кожи и… крови.
– Я внёс небольшие коррективы. Ты ведь не возражаешь?
Нацепив на лицо вежливую улыбочку, я с надеюсь не очень ей заметным сожалением прошёл в указанном ранее направлении и принялся объяснять, что к чему.
***
Через три дня после описанных выше событий.
– Пикник?.. – С непередаваемым выражением на мордашке в не-считал-какой-раз-подряд переспросила Гермиона.
– Скорее пикничочек! Такое маааленькое, скромненькое, коротенькое перекусывание на природе. Очень полезно для здоровья и крайне благотворно сказывается на аппетите!
– Пикник?.. – Снова начала заводить старую шарманку Гермиона, и я снова ответил ей, что да, мы действительно прямо сейчас пойдём на пикник, и…
– Да перестань ты уже меня перебивать! – Раздражённо взмахнув волосами и слегка передёрнув плечами, решительно настроенная гриффиндорская староста продолжила. – Я поняла, что пикник, но… Какой пикник в тёмное время суток, да ещё и в лесу, который даже днём-то не кажется милым и безобидным?!
Я задумчиво оглядел располагающийся неподалёку от моего родового замка лесочек, который лично я бы вполне спокойно мог назвать милым и безобидным, но спорить не стал, а просто ответил на вопрос.
– Ну, это будет полуночный пикник. А что? Оригинально, необычно… Новые острые ощущения… Экстрим, в общем.
Ещё раз задумчиво поглядев на тёмный и подозрительно тихий лес, я так и не смог понять, почему он у меня не вызывает чувства страха: то ли оно у меня начисто атрофировалось ещё в детстве благодаря вмешательству постороннего элемента под кодовым названием “Авада Кедавра”, то ли лес действительно был неопасным. Вполне закономерно, что я считал единственно верным первое предположение.
– Но зачем…
– Гермионочка, мы с вами уже всё решили, так что хватит топтаться на месте и пойдёмте уже в лес!
– Хорошо, но скажи хотя бы, чего ради мы туда идём?..
С тоской глянув на тёмное небо, на котором несмотря на ранний час уже даже начали появляться первые звёзды, я посмотрел взглядом профессионального нищего с огромным стажем и опытом работы на упёршуюся всеми рогами и копытами гриффиндорку. Гермиона не прочувствовалась. Видимо, теряю квалификацию…
– Так, ответьте мне сейчас все на такой вопрос… Вот только честно, договорились?.. – Все осторожно, но согласно покивали, явно не уточняется где расположенным органом интуиции чуя, что в моих словах где-то подленько закрался, свернулся калачиком в окопе и параллельно сидя в засаде подвох. – Тогда поднимите руку те из вас, кто был ночью в лесу. – Руку подняли только Рон, Гермиона и Драко. Ну, я на это и рассчитывал. – А теперь держите руку поднятой те из вас, кто там ещё и ел. – Естественно, что всем троим пришлось ручку опустить. – И после этого у кого-то есть какие-то возражения?!
Возражения были, но слушать их более не входило в мои намерения, поэтому я демонстративно потянул за собой Джинни, и мы, весело размахивая соединёнными руками, переговариваясь и постоянно хихикая, направились в лес. Вздыхая, охая, ахая и причитая над своей горькой судьбинушкой, явно через всякие там “не могу и не хочу”, остальные потянулись следом.
Под ногами со странным звуком хрустело сочетание снега и опавших листьев. Сейчас была уже почти середина декабря, и в здешних краях было довольно холодно, но почему-то снег не выпал ещё в таком количестве, чтобы покрыть собой землю полностью, а выпавший не пролежал долго. Вот и сейчас, идя по тропинке, покрытой прелыми листьями, которые в свою очередь были покрыты инеем, коей и вызывал этот странный хруст… В общем-то, изначально я, вроде бы, хотел сказать, что погода нынче ночью выдалась на удивление ясной и даже хорошей…
Мы прошли уже где-то с километр по широкой протоптанной тропе, петляющей между деревьями, когда, отвлёкшись от слегка преувеличенно жизнерадостного и весёлого щебетания Джинни, я громко запел “перекрёсток семи дорог…”.
– Вот и подошли мы к распутью! Расходиться нам пора, господа…
Тут же послышался ропот ребят, в котором можно было легко расслышать: “Как расходиться? Почему расходиться? А зачем вообще расходиться?”. Последний вопрос ненадолго вогнал меня в подобие удивлённого ступора, из которого я быстренько выпал.
– Ну, как зачем разделяться! Вы что, никогда никаких фильмов ужасов не смотрели?..
Тишину прервал Невилл, немного по-детски подёргавший Гермиону за рукав и тихо спросивший, что такое эти фильмы ужасов, как они связаны с нашим нынешним местонахождением и при чём тут необходимость расхождения. Судя по тому, что практически все волшебники тут же заинтересованно посмотрели на немного растерявшуюся от такого повышенного внимания гриффиндорку, вопрос мой был однозначно сугубо риторическим.
– Ну, темнота! Ладно, я вас немного просвещу… Разберём на примере. Возьмём фильм ужасов, в котором средняя, желательно человек так пятнадцать, группа, предположим, туристов, отправляется, допустим, в лес… Вот идут они, идут… Ну, тут, правда, может быть два варианта развития событий: либо они никого и ничего не трогают, либо, наоборот, всё и всех трогают. Но это не принципиально важно! Исход-то всё равно один… На чём я там остановился?.. Ах, да. Идёт эта группа по лесу, болтает, смеётся… И, конечно же, ничто не предвещает беды. Ну, кроме музыки, которая в фильме вдруг становится такой зловещей-зловещей, жуткой-прежуткой… А потом эти туристы должны либо заблудиться, либо с чем-то столкнуться, либо зачем-нибудь разделиться. В принципе, не суть важно, какой вариант из предложенных выбрать, главное, что потом всё равно должно быть страшно и жутко, скажем, на них там монстры иль мутанты какие нападут и начнут кровавую резню… Ну, желательно ещё, кстати, чтобы один-два человека из всей группы кое-как выжили, добрались до какого-нибудь населённого пункта и рассказали жителям всю правду. Но им там, естественно, не поверят, а если они ещё и в деревеньку какую допотопную попадут, населённую либо сугубо маньяками, либо просто людьми, у которых коллективный бзик и инквизиторские замашки… В общем, выжившие эти, скорее всего, больше не выживут, а в деревеньке закатят грандиозный праздник… На этом фильм может закончиться, типа хэппи энд и титры, а может на этот населённый пункт нападут те самые монстры, взявшие след тех выживших, которые, десять раз пожалев, что выжили раньше, всё же не выжили… Хотя и бывают, конечно, такие терминаторы, которые и в костре инквизиторском не горят, и в болотах с крокодилами не тонут… Ну, так вот, деревенька эта, ясное дело, наиужаснейшим образом исчезает с лица земли, никто, даже самые терминатистые из жителей, не выживает, а монстрики, многообещающе показав коготочки и лязгнув зубками, расползаются в разные стороны, по всему миру… И вот тогда-то уже и наступает наконец-то зэ вэри хэппи энд и титры. Вот… Но это я вам так, примерный план рассказал, без особых подробностей… Да и зачем вам все эти подробности знать… – Взглянув на явно испугавшихся реалистичностью примера ребят, я недобро ухмыльнулся и, взмахом руки их всех обездвижив, продолжил. – …раньше времени…
Оглядев застывшие памятники внимательным взглядом, я подошёл поближе к скульптуре Джинни Уизли и, легко расколдовав её, тут же мило улыбнулся. Только было полившаяся из уст красотки обвинительная речь замерла на полузвуке. Я, продолжая всё также улыбаться ей завораживающей улыбкой вейлы и не отпуская её восторженного взгляда, тихо заговорил.
– Итак, вы знаете, что вам нужно сделать. Вы просто-напросто должны выжить и попытаться добраться до той самой деревеньки… Первые два-три человека, которые смогут дойти, мы убивать не станем. Все остальные, а также их семьи и даже самые дальние родственники, будут выпиты мной и моими друзьями-вампирами. Я искренне верю, что вам понравится развлечение… – Я наклонился прямо к губам благоговейно смотрящей на меня девушки. – Это будет очень весело, да и весьма честно… – Ухмыльнувшись и поглаживая тело разомлевшей от ласк Джинни, продолжаю. – …ведь среди вас нету Гарри Поттера, этого… – Ухмылка стала ещё более жёсткой и кровожадной. – Мальчика-Который-Вечно-Выживает… Так что у вас у всех равные шансы. Советую вам поторопиться… А Уизли останется у меня… Ведь никто же не станет оспаривать моё право на её кровь… – Рыжая красавица под моим гипнотизирующим взглядом откинула голову назад, безвольно повиснув в моих руках и подставляя горло. – …на её тело… – Наглым и уверенным жестом я сорвал с неё мантию, оставив в лёгких брюках и кофточке в такой холод. Однако в моих объятиях она чувствовала лишь нестерпимый жар, как будто бы жидкий огонь растекается по её венам, вызывая странные и непривычные, но такие сильные и дурманящие разум, желания. – …и на её душу…
Все ещё застывших ребят вихрем расшвыряло по разным тропинкам. Кое-как поднимаясь с ног, они в зарастающем травой проёме, когда-то бывшим дорогой назад, увидели, как к горлу слабо дрожащей от прикосновений рыжей девушки склоняется вампир. Последнее, что смогли услышать только более-менее приходящие в себя ребята перед тем, как трава окончательно отрезала им путь к отступлению, был тихий крик Джинни Уизли.
Невидящим взглядом он смотрел на сплошную стену зарослей, только что скрывшую за собой не только путь к отступлению, но и…
– Джинни!.. – Сдавленный крик вырвался из его горла, и он бросился туда, где она должна была сейчас находиться. Но тщетно – отделяющая их друг от друга трава была, видимо, защищена каким-то магическим барьером, и парня просто-напросто отшвырнуло на пару метров от зарослей.
– Ты в порядке?.. – Гермиона нежно провела рукой по рыжим волосам, помогая подняться растерянному, ничего не понимающему парню. – Рон, нам надо идти…
Помотав головой, парень продолжал гипнотизировать взглядом замкнувшийся выход, пытаясь придумать хоть что-то, что могло бы помочь спасти его сестру.
– Пойдём, а?.. Мы не сможем его остановить, ты же знаешь…
– Но там моя сестра!.. Она с этим… Этим…
– Я знаю, Рон, знаю… Но нам действительно надо идти, ты же это понимаешь…
Глубоко вздохнув, парень вдруг притянул девушку к себе, крепко обнял и тихо-тихо, на грани слышимости прошептал: “Ты права… Ты, как всегда, права, Гермиона… Я не хочу терять ещё и тебя…”.
Девушка подняла на него глаза и спустя долгие несколько секунд он еле заметно, совсем легонько поцеловал её в губы.
– Может, это всё неправда, а?..
– Я не знаю, просто не знаю… – Гермиона вдруг тихо рассмеялась. – А ведь мы действительно идём на пикник! Вот только перекусывать на природе будем не мы, а нами… Хотя… Ещё ничего не известно. Пойдём?
– Да, пойдём… Что толку здесь стоять? Так я ничем не помогу сестре…
Взявшись за руки, они пошли вперёд, мысленно удивляясь, почему этот… Эта помесь вампира с оборотнем, вобравшая в себя все самые отрицательные черты обоих видов, оставила им волшебные палочки. Однако их мысли были довольно быстро прерваны первым препятствием.
– Хм… Яма. Глубокая. – Рон задумчиво оглядел то, что сам же классифицировал как “яма глубокая”, и, в общем-то, данное определение действительно соответствовало истине, потому как обозвать это нечто метра в четыре глубиной, примерно семь в длину и около десяти в ширину небольшим естественным углублением язык бы у него точно не повернулся. Хотя насчёт естественности он действительно бы ещё подумал, а то уж больно натурально смотрелись все эти чуть подмороженные и не чуть отмороженные заросли крапивы и репейника, разросшиеся в ней.
– Умный в яму не пойдёт, умный яму обойдёт!
Уверенно сказав это, Гермиона решительно зашагала в обход, но, с помощью заклинаний прорвавшись через заросли колючих кустарников метра на четыре от тропинки, она вынуждена была остановиться: дальше был какой-то барьер, который она, как ни старалась, преодолеть не смогла. Рон, видя тщетность попыток прорваться с той стороны, попробовал пробиться с другой, но, будучи уже более скептически настроенным и не желая лазить в кустах без крайне веской на то причины (а крайне веской причиной для того, чтобы бегать по кустам, он закономерно считал лишь одну-единственную и естественную потребность), он просто послал мощное взрывное заклятие в предполагаемый барьер.
– Ничего себе… – Тихо присвистнув от результата, Рон обернулся к Гермионе. – Значит, с тропы мы не собьёмся при всём нашем огромном желании…
Они снова стояли возле канавистого овражка, мысленно прикидывая, как его можно преодолеть.
– А знаешь, я вот тут подумала… – Рон тут же заинтересованно посмотрел на девушку, искренне веря, что в её умную, каштановую и кудрявую голову заглянула какая-нибудь хорошая идея, которая сможет им помочь во всём и сразу. – Мне кажется, что задания будут не опасными для нашей жизни, ведь, если порассуждать логически, получается, что если, как нам и сказал этот вампир, нас собираются “выпить”, то тогда, по идее, им будет очень невыгодно, если мы потеряем кровь или умрём раньше времени…
– Да, вампиры, вроде как, не очень любят кровь мёртвых… Эх, если б я не боялся за свою семью, то обломал бы их всех по-крупному…
– Как?..
Она удивлённо на него взглянула, на что в ответ увидела лишь как Рон медленно поднимает руки и скрещивает их у себя на груди. Почему-то этот многозначительный жест заставил её вздрогнуть и впервые по-настоящему сильно испугаться.
– Так что будем делать с ямой? По дну что-то идти ох как не хочется… – Он снова осмотрел овраг, который почему-то всё ещё казался ему абсолютно безобидным. – Вот только я никак понять не могу, в чём тут опасность…
Словно в ответ на его вопрос, Гермиона вдруг заметила белый обрывок пергамента на такого же цвета снегу. Собственно говоря, если бы не движение Рона, заставившие её опустить глаза и внимательно рассматривать землю, чтобы хоть как-то отвлечься, вряд ли бы они его заметили.
– Подожди! А если это портал?..
Девушка с уважением взглянула на парня, у которого вдруг из-за форс-мажорной ситуации, в которую они оба попали, прорезались здравый смысл и логическое мышление.
– Портал?! – Вдруг одновременно сказав это, они потянулись к своим медальонам, которые были заколдованы так, чтобы… В общем, вот конкретно сейчас они явно были зачарованы на то, чтобы никак не сниматься с шеи и не реагировать на любые внешние раздражители.
Коллегиально решив попробовать, больше для успокоения совести, самим наколдовать портал, они приступили к поискам чего-нибудь, что можно было бы запорталить под оный перемещающий предмет. Но, видимо, барьер обладал и противопортальными свойствами, так как все заколдованные веточки не подавали признаков того, что собираются кого-нибудь куда-нибудь посылать. Облом.
– Ну, что ж, сейчас попробуем аппарировать, а потом…
Через пару секунд, поняв, что и эта попытка героически провалилась, они переключили своё наипристальнейшее внимание на овраг.
– Перелетим! – Уверенно сказал Рон.
– Мётел нет! – Ещё уверенней заявила Гермиона. – Но можно попробовать левитировать друг друга…
– Хорошая идея! – Преувеличенно жизнерадостно улыбнувшись подруге, заявил парень. – Сначала ты меня…
– Подожди! Сейчас, сначала посмотрим, что это за клочок пергамента…
Они подобрали обрывок бумаги и, перевернув его, по слогам прочли: “Periculum in mora”.
– Это что-то по латыни… – Гермиона, хмурясь, гипнотизировала надпись. – Что-то про опасность, и… – Она попробовала наложить чары перевода, но, как и следовало ожидать, результата не последовало. – Ох, я вспомнила! “Опасность – в промедлении”!
Одновременно подняв глаза от пергамента и встретившись взглядами, они синхронно взглянули на овраг.
– Сначала ты меня. – Снова повторил Рон настолько решительным тоном, что всё желание воспротивиться этому решению у Гермионы куда-то пропало: медлить было нельзя.
– Wingardium Leviosa!
Она осторожно и как можно аккуратней начала перемещать Рона на другую сторону ямы. Всё шло гладко. Вот уже четверть оврага преодолена… Теперь уже треть… Почти половина… И тут Рон будто бы врезался в невидимую преграду, которая моментально поглотила его и исчезла, как будто бы ничего этого и вовсе не было: ни преграды, ни Рона, ни даже оврага.
Вскрикнув, Гермиона кинулась вперёд, но натолкнулась на что-то, что мешало ей попытаться придти на помощь. Теперь ей остаётся только ждать…
В первые секунды перелёта над оврагом Рон всё ждал, что сейчас что-нибудь случиться и он либо упадёт, либо… Либо ещё что-нибудь. Но секунды шли, Гермиона всё также продолжала осторожно его левитировать, и парень почти расслабился, как вдруг, словно врезавшись во что-то невидимое, почувствовал странное головокружение и на долю секунды потерял сознание.
Очнулся он уже в какой-то тёмной и сырой землянке три на три метра, выглядевшей довольно неприятно и с Люмусом, и без Люмуса. Особенно неприятно Рону было от того, что в этой дыре не было выхода…
Постепенно приходя в себя, он смог подняться и оглядеться. Пол, стены, потолок – всё явно свидетельствовало о том, что он сейчас находится под землёй. А ещё по всей комнатке были разбросаны какие-то предметы, явно не просто так здесь валяющиеся. Потянувшись разгребать всю эту кучу, Рон нашёл много интересных винтиков и колёсиков, которые, в принципе, можно было бы друг с другом соединить, и… Чёрт, опять клочок пергамента! Как же он сейчас надеялся, что ему повезёт и надпись будет не на латыни… И ему действительно повезло, потому что на листке ровными печатными буквами было написано не только латинское изречение, но и его перевод: “Adiutorium nostrum in nomine Domini. – Помощь наша – в имени Господа”.
– Эх, знать бы ещё, что всё это значит… Шифровщик фигов…
Ещё раз взглянув на разбросанные предметы, Рон решил вспомнить детство, а именно то, как часами сидел с отцом, собирая и разбирая различные маггловские штучки. Постепенно он увлёкся и с искренним интересом работал, дабы узнать, что же у него в итоге получиться.
– Хм… Что-то мне это напоминает. – Он задумчиво оглядел своё творение. – А если я и дальше буду разговаривать сам с собой, то всё это будет однозначно напоминать что-то вроде шизофрении или ещё чего похуже… Но это нынче не так уж и важно: выживу – пойду лечиться, не выживу – не пойду лечиться. А, ладно – к чему сейчас все эти разговоры с самим собой? Тем более что я только что изобрёл, то есть, собрал, велосипед… Вот только далеко я на нём точно не уеду: максимум – четыре метра по диагонали комнаты. Эх, что же там говорится в записке? Помощь… В имени… Может, имеется ввиду, надо произнести имя сына Господа? – Прокашлявшись и постаравшись выбить из головы всякие мысли о том, откуда у вампира вдруг взялась такая набожность, Рон серьёзно сказал, глядя прямо на велосипед: “Иисус Христос”.
Тут же он снова почувствовал головокружение и слабость, на периферии сознания отмечая, что, кажется, только что его бросило прямо к ногам Гермионы.

Чертыхающийся Драко Малфой кое-как поднялся на ноги, правда, не без помощи своей девушки Чоу Чанг.
– Он явно издевался, этот… – Вспомнив, что он – джентльмен и при даме не ругается, истинный аристократ продолжил. – Подлый вампир! Заставить меня, чистокровного волшебника, по схемке собирать какую-то маггловскую ерунду!!!
Наконец, немного успокоившись, он взглянул на взволнованную Чоу.
– Ну, что, пойдём?..
Кивнув и неуверенно взяв его за руку, будто бы боясь, что он снова куда-нибудь исчезнет, она подождала, пока Драко успокоится окончательно. Через пару секунд они снова двинулись в путь.

– О нет!.. – Невилл с нескрываемым отчаянием смотрел на новое задание. Он стойко прошёл конструирование и даже и не подумал возмущаться, потому что процесс сборки странного механизма ему действительно понравился, но это… Это было слишком, это было жестоко, это было ужасно… А если говорить проще и короче, то это были зелья.
– Тут всё довольно просто. – Как всегда немного отстранённо сказала Луна. Пожалуй, она единственная из всей группы ничуточку не испугалась, ведь она знала, что её любимые апагейчики не дадут никого в обиду. Правда, когда она попыталась успокоить Невилла, заверив его, что всё абсолютно точно будет хорошо, он лишь глубоко вздохнул и приобнял её, видимо, считая, что ей сейчас плохо и она нуждается в поддержке. Луна его разубеждать не стала.
– “Дано десять закупоренных затемнённых склянок”… – Прочитав вслух начало прилагающегося традиционного пергамента, Невилл пробормотал: “Да уж успели увидеть и посчитать” и продолжил. – “В четырёх из них находится яд замедленного действия, в двух ничего не находится, в одной – сонное зелье, в одной – сильнодействующее слабительное, в одной – зелье иллюзий и лишь в одной имеется зелье, которое вводит выпившего его человека на пару секунд в транс, во время которого он произносит пароль, позволяющий пройти барьер. Выбрать можно только один флакон. Прикосновение к любой склянке равносильно выбору этой склянки”… – Лонгботтом немного нервно вздохнул. Эта игра в угадайку ему совершенно не нравилась. – “Слева от колб находятся пергамент, перо и чернила”. – Луна задумчиво смотрела на письменные принадлежности. Ещё никогда в жизни она столь сильно не хотела порисовать… – “В третьей, шестой и девятой колбе не находится сонное зелье”. – Потянувшись к пергаменту, Невилл быстро нарисовал десять квадратиков, значками обозначил все виды возможных зелий под каждой склянкой, после чего вычеркнул три закогулинки, посматривая на пергамент. – “Яд находится не в первой, не в третьей, не в шестой, не в седьмой и не в десятой”. – Невилл старательно зачёркивал значки. – “Первая, вторая, четвёртая, пятая и десятая склянки не пусты”. – Снова вычёркивание. – “В первых пяти, в восьмом и десятом флаконах не находится нужное зелье”. – Невилл принял к сведению. – “Если выпить зелье из первых семи и последней склянок, то иллюзий не возникнет”. – Лонгботтом заинтересованно заскрипел пером. – “Первые две и предпоследняя склянки не содержат слабительного”. – Уже ставшим почти привычным жестом он вычеркнул ещё несколько крючков. Снова посмотрел на пергамент. – “Causa aequat effecta”. – Внимательно прочтя и эти слова, Невилл вновь склонился над своим пергаментом и начал вычёркивать… Стоп, а что же ему вычёркивать? Что-что там написало?.. Ох, снова эта латынь… Так её и выучить недолго… – “Причина адекватна следствиям”. – Вполне возможно, что причина и адекватна, но вот написавший всё это абсолютно точно был неадекватен, невменяем и ненормален! – “Внимательнее перечитайте инструкции и попытайтесь найти нужное зелье. Помните: если причиной будут глупость или невнимательность, то и следствие будет соответствующим”.
Вздохнув, Невилл взглянул на пергамент. Ага, в первой колбе, методом исключения, находится сонное зелье. Тогда, вычеркнув все соответствующие этому зелью значки, получаем, что в десятом флаконе слабительное. Далее… Во второй, четвёртой и пятой – яд. Так, ещё один яд находится либо в восьмом, либо в девятом флаконе… И зелье иллюзий тоже в одном из этих двух находится… Значит, оба зелья можно вычеркнуть, так как нужного в них нет. Третья склянка стопудово пуста. Но в какой находится нужное зелье? В шестой или всё-таки в седьмой? Подходят обе, но, может быть, он всё-таки просто что-то напутал?.. Повторная проверка принесла те же результаты. Да этот вампир просто поиздевался над ними! Затратить столько трудов на вычисление, а в итоге… Но какой-то флакон всё же взять надо. Вот только вопрос – какой именно?..
– Невилл? – Его осторожно позвала Луна, выглядя при этом немного смущённой.
– Что?
– Ты уже закончил рисовать?.. – Не зная, что ей на это ответить, он почему-то кивнул. Радостно улыбнувшись, девушка отодвинула Невилла от письменных принадлежностей, обмакнула перо в чернила и начала старательно выводить какие-то линии. Лонгботтом не обращал на получающийся рисунок никакого внимания, будучи очень занятым обдумыванием сложной философско-драматической дилеммы. Послышался лёгкий смешок. Вынырнув из своих раздумий, гриффиндорец взглянул на Луну. – Как тебе рисунок? – Невилл склонился над пергаментом, пытаясь понять, что же за существо на нём изображено.
– Мило… – Пробормотав это, он обернулся к девушке, которая… Которая взяла какую-то склянку в руки, заинтересовано повертела из стороны в сторону, легко откупорила её и одним быстрым движением выпила до дна. – Луна!!!
Он тут же кинулся к ней. Чёрт, как он только мог оставить её и склянки мало того, что без присмотра, так ещё и вместе?!
– Скоро сезон линьки у оборотней. – И без того всегда немного отстранённая от всего происходящего, Луна, казалось, выпала из реальности окончательно. К чему она это сказала?.. И как бы в ответ на его мысленный вопрос с лёгким щелчком появилась какая-то дверь в противоположной стене хижины. Невилл взглянул на стоящие в ряд склянки. Всё-таки шестая…

Дин Томас ошарашено смотрел на Винсента Крэбба. Они с ребятами скрупулёзно пытались вычислить нужную склянку, но так и не смогли понять, какая же содержит нужное зелье, а чем больше они просчитывали и высчитывали, тем больше запутывались. В тот момент гриффиндорец как никогда сильно ненавидел зелья… И тут, абсолютно неожиданно для него, Грегори Гойл легонько толкнул Винсента Крэбба и сказал, чтобы тот взял склянку наугад, потому как у того “лёгкая рука”. И не успел Дин возмутиться (потому что такую огромную и явно тяжеленную лапу лёгкой он в жизни никогда не смог бы назвать), как тот задумчиво кивнул и потянулся к седьмой склянке. На несколько секунд гриффиндорец впал в самый что ни на есть настоящий ступор, во время которого успел лишь мысленно отметить, что всё-таки некоторые отдельно взятые предполагалось что хитрые и расчётливые слизеринцы обладают воистину гриффиндорским безрассудством, что вообще-то является хорошим открытием, правда, не в данном конкретном случае…
Мысли Дина были нагло прерваны приглушёнными словами Винса, после которых в комнате, в которую они вынуждены были зайти, потому что свернуть у них так и не удалось, вдруг откуда-то появилась дверь, на которую они все удивлённо вытаращились.
– Ну, у кого что болит и чешется… – Задумчиво прокомментировал пароль Грег, явно пытающийся вспомнить, а успел ли уже прекратиться предыдущий сезон линьки или оборотни линяют круглый год без перерывов и выходных.
– Вот чёрт… – В только что появившейся комнате было всё, что Дин столь искренне ненавидел всеми фибрами и жабрами своей души, как то котёл, какие-то ингредиенты и всё то, что он на дух не переносил ещё с самого своего первого урока зельеварения. Правда, кроме всего этого зельедельческого безобразия здесь ещё и для чего-то стояла кастрюля, которую он пока что ещё не ненавидел, но, судя по всему, это только пока…
Дин взял в руки свиток пергамента и начал читать вслух.
– “Даны котёл, кастрюля, кое-какие ингредиенты и приборы. Из всех этих ингредиентов (прошу обратить внимание, что задействовать необходимо абсолютно все предложенные продукты) вы должны по памяти одновременно сварить зелье в котле и суп в кастрюле”. – Перечитав это место ещё несколько раз вслух, Дин понял, что ему, как это ни странно, ничего не примерещилось (а жаль…). – “Рецепты зелья и супа вы должны вспомнить самостоятельно. Ограничений по времени нет, но помните, что если вы будете медлить, то рискуете придти позже других”. – Выдохнув и немного подуспокоившись, Дин продолжил чтение. – “Prius quam incipias, consulto. – Прежде чем начать, обдумай”.
Слизеринцы заинтересованно разглядывали кастрюлю так, будто бы впервые её видели. Хотя…
– Вы что-нибудь умеете готовить? Супчик, желательно?..
Судя по тому, как эти двое смущённо потупились и перестали разглядывать кастрюльку с рисуночком в весёленький цветочек, конкретно эта задача ложиться на его хрупкие (естественно, что только по сравнению с плечищами слизеринских отбивал) плечи. В первый раз за всё своё пребывание в магическом мире Дин искренне порадовался, что он магглорождённый…
– Ну, давайте посмотрим, что тут сварить можно было бы…
По всем ингредиентам выходило, что они вполне могут попробовать сварить антипохмельное зелье и грибной суп. Правда, Крэбб и Гойл упрямо пытались доказать Дину, что вот эти вот грибочки далеко не безобидные “шамприльмоны”, а галлюциногенные мухоморные обманки, но он их благополучно не слушал, потому что даже если всё и окажется так, то всё равно ничего более умного в его голову уже не придёт.
Одним глазом Дин Томас следил за зельем, которое совместными усилиями ваяли Крэбб и Гойл, с помощью другого глаза он контролировал процесс варки супа, искренне веря, что он всё-таки ничего и нигде не напортачит, а с помощью третьего, внутреннего ока, ясно видел, что и там и там получится какая-то бурда, причём примерно одинаковая.
– Профессор Трелони могла бы мной гордиться… – Пробормотав это, Дин в последний раз помешал супчик и выключил огонь под кастрюлькой. Ребята последовали его примеру. Естественно, что их зелье выглядело очень впечатляюще, но не очень похоже на антипохмелку, ведь даже совместными усилиями они так и не смогли вспомнить все количества помешиваний по и против часовой стрелки и соотношения ингредиентов. – Но во всём есть свои плюсы! – Парни заинтересовано посмотрели на него, и он продолжил. – По крайней мере теперь я абсолютно точно уверен, что поваром мне не быть!
Улыбнувшись подобным мыслям, они поставили на специально для того и отведённый постамент получившиеся шедевры и стали ждать. Неожиданно для всех них появилась дверь, которая, возможно, приведёт их к выходу…

Блейз Забини был очень-очень доволен, почти как слонопотамистый гиппопотам. Да и не без причины: только что они с Ханной быстро, красиво и даже элегантно преодолели очередное препятствие. Это было почти легко, ведь профессор Снейп – прекрасный учитель, не зря же у Блейза всегда были только отличные отметки по его предмету! Да и Ханна, как оказалось, прекрасно готовит… В общем, пока у них не было причин для того, чтобы волноваться, да и не стал бы он нервничать раньше времени, как последний хаффлпаффец… Нет, конечно же, и среди хаффлпаффцев имеются отдельные приятные личности, но это уже совсем другая история…
– В прошлые разы мы проходили приблизительно по двести-триста метров, чтобы добраться до другого задания. – Ханна замедлила шаг, сосредоточенно смотря себе под ноги. – Сейчас же мы уже прошагали больше четырёхсот, но ничего нет. И мне это не нравится.
Блейз кивнул. Его, правда, данная ситуация почти не напрягала, в том смысле, что он вообще предпочитал не напрягаться, действуя по принципу: “заранее волноваться не имеет смысла, во время – глупо и недостойно, а после – пустая трата времени”, но всё же проявил солидарность к чувствам теперь уже своей девушки и зашагал помедленней.
С каждым пройденным вперёд метром Ханна волновалась всё больше и больше, да и у самого Блейза уже отчего-то не было так легко и спокойно на душе. Но не разворачиваться же им из-за каких-то глупых страхов! “Ни шагу назад!” – вот их решительный девиз для прохождения этой дороги! Хотя вообще-то обычно Блейз предпочитал осторожно ступать по тропе жизни и считал, что лучше стратегически вовремя отступить, чем потом спешно отползать… Но всё-таки лучше сейчас не поддаваться этим настроениям начинающего дезертира, а внимательнее смотреть по сторонам.
– Вот он! Пергамент! – Белеет пергамент одинокий, в слое грязи метровом… Но его умиротворённое одиночество было нагло и бесцеремонно нарушено чьими-то руками сомнительной чистоты, которые его подняли и развернули. – А инструкций нет… Только что-то по латыни. – Блейз склонился над пергаментом в руках Ханны и вслух прочёл:
– “Est dolendi modus, non est timendi. – Есть предел у печали, а у страха – нет”.
Да… А вот это вот ему уже положительно из-за своей обширной отрицательности не нравилось! Ну просто совершенно не нравилось! А ещё его довольно сильно напрягало то, что через пару метров и без того сильно петляющая тропинка настолько резко поворачивала налево, что увидеть что-либо за поворотом было просто невозможно.
– Inflammare! – Одновременно среагировали они на находившегося за углом инфернала, который из-за их двойного заклятия горел не равномерным голубым, а ярко-синим огнём. Но цвет цветом, а жар и всё остальное у огонёчка-то как у самого обычного пламени, поэтому уже через пару секунд от оного монстрика не должно было бы остаться ничего, кроме горстки цветной пыли. Не должно было бы…
– Чёрт!.. – Пробормотав это, Ханна подсоединилась к Блейзу и стала забрасывать самыми разными заклинаниями упрямо продвигающегося вперёд инфернала. Они уже перепробовали все им известные огненные, водные, связывающие и уничтожающие заклятия, но тщетно. С завидным упорством, заставляющим задуматься о том, что в его тело явно были вживлены некоторые детали от танка, горящий приятным голубоватым огоньком, с переливающейся всеми возможными цветами кожей, инфернал продолжал своё победное шествие, с каждым шагом оставляя позади себя значительные расстояния и глубокие лужи воды.
– Avada Kedavra! – Отчаянно воскликнул слизеринец. Но, по какой-то странной причине, мертвец категорически отказывался умирать второй раз, а лишь замер на секунду, видимо, оправляясь после такой неслыханной наглости, и продолжил идти. Если бы не твёрдо сказанное самим себе “Ни шагу назад!”, веско подкреплённое непроходимым магическим барьером, столь вовремя выросшим у них за спиной, очень вероятно, что Блейз бы просто сбежал от чрезмерно общительного инфернала. Но увы…
– А что если… – Задумчиво пробормотав это, Ханна взмахнула палочкой и чётко произнесла заклинание. – Piro! – Это одно из наиболее сложных заклятий в трансфигурации, которое и маг-то с трудом может отразить, разве что попытаться увернуться… Но инферналы – не зайчики-попрыгайчики, упрыгивать от опасности не умеют, поэтому сиё цветастое светящееся нечто эффектно исчезло в яркой вспышке, и ребят обдало волной горячего воздуха. Трансфигурация всегда была коньком Ханны, и пока Блейз пытался путём воспламенения остановить прущего вперёд мертвеца, девушка просто превратила его, художественно перетрансфигурировав, в огонь. Эффектно, красиво… И невероятно сложно, как и практически все запрещённые Министерством Магии заклятия.
Блейз восхищённо взглянул на девушку и даже присвистнул. Видимо, в атмосфере всеобщего, ну, или хотя бы всезабинистого, внимания, Ханна чувствовала себя не очень комфортно, поэтому, буркнув “Не стой столбом – мишень из тебя и так идеальная”, гордо продефилировала дальше по тропинке.
– Девчонки!.. – Горестно вздохнул Блейз, разводя руками. – Никакой логики: если хвалишь – плохо, а если не хвалишь – тоже фигово…
Вот так, за мыслями о прекрасном, великом, возвышенном, мудром и тому подобных важных вещах, ребят и застало пасущееся неподалёку стадо троллей.
– Знаешь, а я их совершенно не боюсь! – Тихим испуганным шёпотом сказала Ханна, смотря на идиллическую картинку, изображающую мирно кидающихся валунами лапочек. – Да я знаешь, сколько раз их уже видела!! – Блейз не знал и попросил девушку посчитать. Она вздохнула. – Я их первые курса три каждый раз видела, когда разворачивала пергамент со своим домашним заданием по зельеварению…
Они долго гипнотизировали взглядом небольшую лужайку, просчитывая, как бы так стратегически проскользнуть мимо этих симпатичных зверюшек, а то вот ведь останешься с ними ненадолго поиграть, заиграешься и никуда не успеешь, даже на собственные похороны… Поэтому необходимо было срочно что-то делать.
– Заавадить не получится, так как их слишком много, нас слишком мало, а разделяющие нас десять метров они пройдут быстрее, чем мы их всех поперебьём. – Блейз вздохнул, пытаясь не думать, что будет, если одному из горных заек приспичит не просто в кусты, а именно в те, в которых ныне расположена храбрая пара засевших в засаде ребят.
Ханна мысленно перебирала все известные ей заклятия массового поражения, но в голову почему-то лезли одни сплошные ядерные бомбы, но, увы, они нынче в дефиците…
– Тьфу ты, блин! – Блейз хлопнул себя по лбу. – Ну не идиот, а?.. – Ханна решила не подтверждать его догадку, дабы не травмировать и так уже, судя по всему, довольно сильно травмированную детскую психику. – Веду себя как гриффиндорец какой-то, а ещё ношу гордое звание слизеринца!
Ещё немного тихо поругавшись с самим собой (судя по всему, Блейз однозначно составит компанию Рональду Уизли при посещении Святого Мунго, что, признаться, очень радует: оптом дешевле…), разуверившийся в своей слизеринистости слизеринец пробормотал “Wingardium Leviosa!”, указывая волшебной палочкой на дубинку одного из троллей. Не вылетая из рук данной особи, эта легчайшая из зубочисток почесала близвозящемуся затылок. Тот поспешил отблагодарить. Вот так, слово за слово, и отвлеклась вся кучка на свои внутрестадные дела настолько, что абсолютно проигнорировала быстро пробежавших кустами человечишек. Да и действительно, какие ж тут людишки, когда вокруг такой отличный повод попрактиковаться в стоматологии?..

Пэнси вздохнула и попыталась отряхнуть испачкавшуюся мантию. Попытка безбожно провалилась.
– Господи, ну почему я связалась с гриффиндорцем?.. За что?! Что же я такого сделала?.. Я ведь хорошо себя вела, тихо-скромно плела интриги в подземельях, на досуге занималась творческим распусканием сплетен, а в перерывах устраивала пакости… Эх, что это была за жизнь!.. Рай! А тут… – Пэнси совсем не немного презрительно оглядела своего напарника. Симус спокойно ждал, когда девушка наконец-то перестанет жалеть себя, жаловаться на судьбу-злодейку и парня-гриффиндорца (причём последнее явно использовалось как наиужаснейшее из оскорблений). Слушал он её вполуха: как бы она ни оригинальничала в своих речах, смысл всё равно оставался неизменным.
– Говори потише, а то так мы не ограничимся одними инферналами, троллями, дементорами, боггартами, парочкой насекомых-людоедов…
– На память не жалуюсь! – Уже гораздо тише рявкнула Пэнси (как ей это удалось, – тихо, но оглушающе проорать, – история умалчивает, но тут, видимо, просто сказался огромный опыт). – Я прекрасно помню весь путь! А особенно прекрасно я помню, как один свихнувшийся на почве массового среди кретинов героизма гриффиндорец полез в рукопашную, когда можно было просто-напросто…
– Но ведь я же отправил в нокаут этого красного колпака-переростка!..
– Да тебе просто повезло! А если бы…
Симус пожал плечами. Как истинный гриффиндорец, таких слов как “если бы да кабы” в его лексиконе не имелось.
– Ты недооцениваешь эффект неожиданности!
Пэнси фыркнула и пошла вперёд. Слизеринка до мозга тазобедренных костей! Что толку с ней спорить?.. Тем более что вся её ярость исключительно и только из-за того, что она о нём, скромном гриффиндорце, беспокоится. А это, как ни крути, было чертовски приятно…

Драко и Чоу уже подозрительно долго шли вперёд по тропинке, а новых испытаний всё не было и не было. Не то, чтобы они очень уж расстраивались из-за этого… Но определённую настороженность вызывало то, что, очевидно, до окончания тропы они ещё не дошли, а, значит, следовало ждать какого-нибудь подвоха. Но ожидание затягивалось, а ничего ещё не нападало, не кусалось, не бодалось и даже не намечалось на горизонте.
Становилось ощутимо теплее, по мере продвижения вперёд снега становилось всё меньше и меньше, а воды всё больше и больше.
Наконец, Драко заметил пергамент и, решительно прохлюпав к нему, уверенно развернул.
– “Est difficillimum se ipsum vineere. – Труднее всего победить самого себя”… – Малфой повертел во все стороны клочок бумаги. Больше ничего. – Как это многозначительно… – Пробормотал Драко и похлюпал дальше по тропинке.
Его ботинки по самые шнурки увязали в грязи, которой становилось всё больше и больше, что, признаться, довольно сильно раздражало такого аристократа повышенной аккуратности и чистоплотности. Однако все его попытки испарить воду, самолевитироваться, проложить красную ковровую дорожку, засыпать всё цветами или хотя бы, в самом крайнем случае, проложить изящный мостик, с треском провалились и потонули в лужах грязи.
– А, знаешь, кое в чём он прав… – Чоу, ожидавшая продолжительных контрреволюционных речей, даже остановилось, чтобы можно было выразительнее посмотреть на Драко и покачественней изобразить недоумение. – Мне вот действительно труднее всего будет победить собственную брезгливость…
Он задумчиво и по-настоящему несчастно смотрел туда, где под слоем грязи скрывались его новые дорогущие ботинки из драконьей кожи. Не выдержав, Чоу рассмеялась.
Драко недовольно взглянул на девушку и, поморщившись, продолжил путь. Постепенно грязи становилось всё меньше и меньше, а воды – всё больше и больше. Вот она уже доходит ребятам до колена, а вот поднимается ещё выше и выше…
– Что-то мне кажется, что здесь будет нужно не просто показать умение накладывать чары головного пузыря…
Теперь профессор Трелони действительно имеет полное право гордиться собой: видеть будущее учеников она таки научила…

Мокрый и крайне злой Рон плюхнулся на берег рядом с Гермионой. От всех этих хищных водорослей, гриндилоу и маньяков-моллюсков с отклонениями в развитии его уже тошнило. Хорошо хоть, что они всё-таки прорвались к берегу… Отвернувшись от этого отвратно пахнущего болота, он взглянул на тропу, которая… Которая заканчивалась буквально через метров триста.
– Гермиона… – Неожиданно слабым и хриплым голосом позвал он девушку. Та поднялась на локте и вопросительно на него глянула. Рон кивнул в сторону тропинки. Уже через секунду оба были снова на ногах.
– Вода не высушивается!.. – Сказав это, Гермиона снова поглядела на тропу. Пока она лежала на песке, пытаясь восстановить дыхание и придти в себя, её мысли постоянно возвращались к одним и тем же вопросам: зачем Гэбриэл столько времени тратил на них, обучал их, тренировал… Зачем, если ещё при их первом прибытии сюда мог спокойно всех поубивать?.. Но что-то не давало ей нормально рассуждать, наверное, она просто слишком устала…
И они побежали, так быстро, как не бежали никогда в жизни, нарушая все мыслимые и немыслимые правила дорожного движения пешеходов, спотыкаясь, поднимаясь и снова спотыкаясь, обгоняя друг друга и специально замедляясь, чтобы подождать другого… И вот – последние метры, победные несколько шагов… Они смогли. Они прошли. И они собой гордятся!
Деревья редели, и стали видны другие тропинки, по которым… По которым также неслись их друзья-товарищи, по такому случаю, правда, переквалифицировавшиеся в соперников…
На поляну все выбежали примерно в одно время. И сразу же застыли от увиденного зрелища.
***

Носорог-Рон-Рон идёооот,
Крокодил-Дин-Дин плывёооот.
Гриффиндоооорцы, вперёоод!
Всё-всё! Я затыкаю рот!..
Уже достаточно пришедшая в себя после мини-гипноза Джинни снова гневно на меня посмотрела, и я предпочёл не искушать судьбу в лишний раз, стратегически заткнувшись и с интересом уставившись на огромные экраны маггловских телевизоров. Фильм, больше походящий на сериал, действительно был довольно занимательным…
– Слушай, а почему они так плохо о тебе говорят?.. – Сказать или не сказать?.. Вот в чём вопрос… Но потом же ей всё равно расскажут эти мстительные бяки! А, может, она не обидится на это маленькое представленьице и согласится, что в наш план я внёс действительно небольшие коррективы?..
Как говорится, надежда умирает последней. Моя скончалась в страшных муках ещё на первых секундах просмотра видеозаписи представления на распутье. По окончании просмотра я встал, поднял сиденье складного кресла и ускоренными темпами направился к выходу из импровизированного кинотеатра. Как и следовало ожидать, вслед мне полетело весьма интересное сочетание проклятий словесных и магических. Отлетев на относительно безопасное расстояние, я попытался объяснить всё Джинни, что, признаться, сделать было весьма проблематично, потому как переорать эту близкую родственницу баньши даже с Сонорусом было бы практически невозможно…
– Ты – подлый, вероломный интриган!..
– Но Джинни, для того, чтобы они перестали стесняться и начали встречаться им действительно нужна была хорошая встряска!.. Шоковая терапия, так сказать…
Так сказать, в ближайшие пару минут после этого мне уже невозможно было даже пытаться что-то сказать. А ещё отчего-то вдруг вспомнилась поговорка “Не будите спящего дракона, они с утра думают только о завтраке”…
Наше выяснение отношений было прервано истерическим хохотом, доносящимся из леса, что позволило мне предположить, что ребята уже дошли до этой опушки и до них уже дошло, что тут происходит… Мда…
За долю секунды перелетев за спину разгневанной фурии, в народе известной под именем Джиневра, я прижал её к себе, удерживая руки и не отпуская пытающуюся лягаться красотку.
– Ванные там. – Небрежно кинув это подуспокоившимся ребятам, я принялся шептать на ушко своей девушке то, как всё было на самом деле, подробно объясняя, какие цели я преследовал, какие меры безопасности предпринял и почему рассказать ей раньше я ну никак не мог.
К тому времени, как вернулись чистые и достаточно весёлые ребята, Джинни почти уже успокоилась. Я кивнул им на накрытый прямо посреди полянки стол.
– А главное блюдо – супы! – Ребята возмущённо на меня воззрились. – Горячее для здоровья непередаваемо полезно! А то, что готовили это вы и пунктик насчёт полезности таким образом автоматически самоудаляется, не имеет абсолютно никакого значения. Ешьте, что ли… А то, какие выводы насчёт ваших способностей я сделал сегодня исходя из выполненных заданий, вы узнаете потом. – Немного подумав, я добавил. – Когда-нибудь…
– Гэбриэл, а я ведь так и думала, что что-то здесь нечисто! Ты какое-то заклятие наложил, чтобы мы не усомнились, что нас всех ждёт жестокая смерть?..
Я кивнул, соглашаясь с выводами Гермионы, и налил себе первый бокал.
– Ну, как видите, антипохмельное зелье я вам не зря сказал приготовить… Так что если что, то завтра утром пеняйте на себя!..
– А всё-таки, в каком из десяти флаконов находилось нужное зелье?.. А то мы считали-считали, проверяли-проверяли, а там…
– Да во всех десяти, Невилл, во всех десяти…
После этого я категорично запретил им пытаться что-либо узнать до завтра и предложил первый тост. А потом второй тост. А потом третий. И четвёртый… И как же хорошо, что, во-первых, на меня не действует спиртное, а, во-вторых, нечто красное, плещущееся в моём бокале, является отнюдь не вином… Но это уже мелочи, как, впрочем, и то, что сегодня с утра они все всё-таки вызубрят рецепт антипохмельного зелья.





Скорее всего, прочтя главу до конца, вы все уверенно скажите: “Мы так и думали, что это подстава и никто никого убивать не собирался!”. “А вот и нет!” – скажу я вам. Потому что в процессе написания главы бороться с искушением позаимствовать гениальную идейку Агаты Кристи из легендарных “Двенадцати негретят” становилось всё сложнее и сложнее… Особенно сильно мне нравился эпизод, когда, после того, как Гарри-вампирчик выпил кровь всех ребят, а потом уничтожит ту деревеньку и исполнил свою угрозу “расползтись по всему миру”, стоит на обрыве и медленно потягивает кровь из последнего на этой планете млекопитающего. Потом встаёт, отряхивается и печально вздыхает: “Кажется, теперь мне просто придётся попробовать японскую кухню…”. После чего неторопливо слизывает капельку крови, медленно стекающей по его когтям. “Стопудово…”, добавляет он, и, ухмыльнувшись, выпускает клыки.
Довольно оригинальная была бы концовочка, согласитесь!.. Но врождённый гуманизм сказал, что придётся эту идейку запихнуть куда подальше и придумать что-нибудь другое. А жаль…
Морская Лошадк...
27.9.2008, 18:58 · Re: Предлагаю обсудить свой фанфик "Несносный".
Аватар
QUOTE (LapulyaVerona)
“Двенадцати негретят”
Вы придумали двух лишних негритят =)))))))))))
И-Тиу
27.9.2008, 19:07 · Re: Предлагаю обсудить свой фанфик "Несносный".
Аватар
Морская Лошадка
ты асилила?! 0_о
Морская Лошадк...
27.9.2008, 21:52 · Re: Предлагаю обсудить свой фанфик "Несносный".
Аватар
Негритят? конечно. а это и не пробовала ещё...
Лоторо
28.9.2008, 1:12 · Re: Предлагаю обсудить свой фанфик "Несносный".
Аватар
QUOTE (LapulyaVerona)
Первые глав так тридцать мне и самой не очень-то, но потом, вроде как, получше…
XDDDDDDDDDDDDDDDDDDDDDDDDDDDDDDDDDDDDDDDDDDD
Morlot
29.9.2008, 12:49 · Re: Предлагаю обсудить свой фанфик "Несносный".
Аватар
Лоторо, это из общего предисловия к обоим фанфикам. Я в задумчивости.
Ссылки на тему
› На форум (BB-код)
› На сайт или блог (HTML)

3 страниц V   1 2 3
Ответить в данную темуНачать новую тему
1 чел. читают эту тему (гостей: 1, скрытых пользователей: 0)

Администрация не несёт ответственности за достоверность информации размещённой на форуме о любви и отношениях - она предоставлена в информационных целях и зачастую может быть не достоверна. Никакую информацию кроме правил форума не следует расценивать как публичную оферту - она ей не является. Мнение парней и девушек, пользователей нашего форума, скорее всего не совпадает с мнением администрации, ответственность за содержание сообщений лежит только на них. Всю ответственность за размещённую рекламу несёт рекламодатель, не верьте рекламе!
Сейчас: 10.12.2016, 9:58
Малина · Правила форума · Удалить cookies · Сделать вид что всё прочитано · Мобильная версия
Малина Copyright форум живёт в сети с 2007 года! Отправить e-mail администратору: abuse@malina-mix.com
Яндекс.Метрика