Малина - форум о любви и отношениях
Форум о любви · Красота и здоровье · Мобильная версия
X   Сообщение сайта
(Сообщение закроется через 2 секунды)
ИгрыИгры   АнекдотыАнекдоты   ПодаркиПодарки   RSS



 
Ответить в данную темуНачать новую тему
* 

Заглаживаю вину...

Шевалье
5.8.2006, 0:30 · Заглаживаю вину...
Аватар
В Тематическом разделе, в теме "Лучшее описание кровавой сцены" я выложил отрывок из рассказа "Три убийства для Золушки" и один из авторов - позор мне, не запомнил, кто именно! - написал, что хотел бы прочитать этот рассказ полностью. А я - тормоз sad.gif Реплика та уже удалена, к кому обратиться - не знаю (тормоз, тормоз я!) Вот, выкладываю, всё-таки, этот рассказ целиком. Может быть тот, кто хотел его прочитать, наткнётся на него и прочитает...
Три убийства для Золушки

     Его я заметил сразу, стоило ему переступить порог, уж больно его вид не соответствовал этому месту. В самом деле, собираясь в расположенный на окраине города трактир, столь же грязный, сколь опасный, крайне неосмотрительно одеваться так дорого и изысканно, будто собираешься на аудиенцию к королю. И ещё более неосмотрительно в такой ситуации не иметь при себе оружия, отсутствие которого мой намётанный глаз определил совершенно точно. Подобная беспечность, судя по выразительным взглядам местного сброда, будет стоить этому человеку жизни, если... Если он не предпримет чего-нибудь, например, не подойдёт ко мне - уж у меня отбирать хлеб не решится здесь никто. В самом деле, я с первого взгляда заподозрил в нём возможного нанимателя: кого ещё может искать в подобном месте человек, явно принадлежащий к благородному сословию, если не того, чьим ремеслом является убийство за деньги! А именно к представителям этого ремесла, столь необходимого в нашем несовершенном мире, я и отношусь.
     Однако, вопреки моим ожиданиям, странный посетитель, просидев с отрешённым видом довольно долго перед нетронутой кружкой отвратительного местного пойла, наконец встал и, не глядя по сторонам, направился к выходу. Стоило ему скрыться за дверью, как следом выскользнули ещё трое. Ну что ж... Неосторожность, граничащая с откровенной глупостью, наказуема и в менее опасных местах.
     ...В узком, сдавленном глухими стенами переулке на земле темнели три неподвижные фигуры. Подойдя ближе, я узнал грабителей, последовавших за сегодняшним беспечным посетителем. Тот, что находился ближе ко мне, сидел, привалившись к забрызганной кровью стене, его затылок был сплюснут, будто надколотый грецкий орех. Второй скорчился на краю сточной канавы, в последней судороге притянув колени к животу. Между его ног, студенисто поблёскивая в лунном свете, толстыми петлями лежали внутренности. У третьего была явно сломана шея - голова с вылезшими из орбит остекленевшими глазами была неестественно вывернута набок, а вместо руки из плеча торчал окровавленный обломок кости, сама же рука с ещё кровоточащими ошмётками мяса валялась в нескольких шагах от тела. Какой же силой надо обладать, чтобы, будучи безоружным, вот так расправиться с тремя вооружёнными мужчинами?! И... каким безумием! Этот человек любит убивать ещё больше, чем я, и уж ему-то мои услуги точно не понадобятся...
     Каково же было моё удивление, когда через несколько дней он снова появился на пороге трактира и на этот раз направился прямиком за мой стол. Молча сев напротив, он положил передо мной кошель, из которого выкатилось несколько золотых монет. Я взглянул ему в лицо - оно хранило выражение крайней невозмутимости, холодные светлые глаза устремлены на меня в спокойном ожидании. Поняв, что я готов к разговору, он назвал имя:
     -Элис Стэнфорд. Монастырь святой Урсулы.
     -Она должна умереть?
     -Она должна жить. Умереть должны те, кто встанет у неё на пути. Такие будут. И за каждого ты получишь столько же.
     -Да? Тогда я перебью всех, кто её окружает.
     -Не возражаю, - он усмехнулся. - Ещё встретимся.
     Он встал и не спеша покинул трактир. Теперь за ним никто не решился последовать, а на наиболее трезвых лицах после его ухода читалось явное облегчение. Я вспомнил бойню, учинённую им в прошлое посещение, и мысленно ему поаплодировал.
     Найти Элис Стэнфорд и выяснить, что она - сирота, воспитывавшаяся в монастыре до наступления совершеннолетия и теперь отправляющаяся назад, в свой замок, где её ожидало сказочно богатое приданое, завидный жених и ненавидящая её мачеха с двумя сводными сёстрами, было несложно. Также несложно было незаметно последовать за ней и её маленьким эскортом из двух слуг, призванных доставить девушку домой. И к тому, что произошло примерно на середине пути, я тоже был готов: сопровождающие внезапно свернули с дороги, увлекая Элис за собой, и когда один стащил её с лошади, а другой приготовился набросить ей на шею шнурок, я понял, что пора вмешаться. Впрочем, расправиться с двумя не ожидавшими нападения слугами было тоже несложно. Элис наблюдала за происходящим с такой невозмутимостью, будто это не её только что пытались удавить. Когда я вытер кинжал о плащ одного из неудачливых убийц и подошёл к ней, она проговорила:
     -Ты убил моих слуг, - в её тоне не чувствовалось ни страха, ни облегчения, ни... благодарности, в конце концов! Ненормальная какая-то девица.
     -А то, что они это же хотели сделать с тобой, меня никак не оправдывает?
     Молчание. Бесстрастно глядящие на меня голубые глаза. Почему-то мне захотелось её ударить.
     -Тебя только что чуть не убили. Тебя такое положение дел совсем не трогает?
     -Я знала, что они попытаются.
     -И на что рассчитывала?
     -Ни на что, - после долгой паузы ответила она почти шёпотом. - Но если мы приедем в замок и расскажем всё как было, мне тем более не на что будет рассчитывать.
     -Ну значит не будем рассказывать как было.
     Она вопросительно на меня уставилась.
     -Чем более нагло выглядит ложь, тем труднее на неё возразить. Тебя этому в монастыре не учили?
     Она безуспешно попыталась улыбнуться и наконец догадалась:
     -Спасибо...
     -Пожалуйста.
     И даже не поинтересовалась, кто я и почему её спас. Ей-богу, странная девушка. Пожалуй, вполне под стать своему покровителю, меня нанявшему.
     У встретившей нас мачехи Элис вид был такой, что вопрос о том, по чьему приказанию действовали слуги, трупами которых, надо полагать, уже обедали волки, отпал сам собой.
     -С этой юной леди в пути случилась неприятность, - сказал я, стараясь смотреть на неё как можно менее нагло.
     -Да, на меня напали разбойники и убили посланных вами слуг. А этот благородный человек меня спас. Я хочу, чтобы ему оказали достойное его поступка гостеприимство.
     Видимо, в монастыре её всё же научили врать - более невинного тона и представить себе было нельзя. Похоже, её мачеха не относилась к числу быстро соображающих людей и сейчас выглядела совершенно сбитой с толку.
     -Конечно, конечно... Достойный приём, да... Благодарю вас! - она протянула мне руку, к которой я прикоснулся губами со всей доступной мне галантностью.
     Однако, несмотря на растерянность достойной дамы, за столом мы с Элис старались не прикасаться к блюдам прежде, чем их не отведают сама мачеха и две её родные дочери. Из разговора я понял, что ожидавшийся со дня на день жених Элис ни разу не видел своей невесты, что, как мне показалось, многое объясняло в поступках её мачехи. В самом деле, как бы поступил я, будучи не имеющим за душой ни гроша отцом двух дочерей и опекуном баснословно богатой падчерицы? Совершенно верно: подстроил бы внезапную кончину ненавистной подопечной и надрывался бы от рыданий над её телом, уверяя всех в том, что потерял родную дочь. А настоящая моя дочь заняла бы тем временем место падчерицы, получив уготованные той и огромное приданое, и завидное замужество... Да любой бы в подобной ситуации так поступил, тут и думать нечего. А поскольку жених должен вот-вот приехать, они постараются провернуть всё как можно более быстро, значит я должен действовать ещё быстрее.
     Время, проклятое время! Если бы у меня было больше времени! Скажем, соберись мачеха и её дочери выехать куда-нибудь - и проблема была бы решена: нападение грабителей обычное дело. Но покидать замок, учитывая кучу дел по встрече гостей и устранению Элис, им совершенно незачем, глупо было бы надеяться на подобное везение, а значит мне нужно в короткий срок убить прямо в замке трёх женщин, да так, чтобы не учинить переполоха... М-да! Но, учитывая, сколько мне обещано за каждое из трёх убийств, отступаться не хотелось.
     Мои мысли, так же, как и наш проходивший в напряжённом молчании ужин, прервало появление человека из сопровождения жениха Элис, принёсшего сообщение о том, что его господин остановился в находящейся недалеко отсюда гостинице, дабы не беспокоить дам на ночь глядя, а наутро последует его долгожданная встреча с невестой. Знал бы посыльный, что его радостная, как ему казалось, весть на самом деле сравнима разве что с палкой, воткнутой в самую середину клубка ядовитых змей!
     Значит, у меня в запасе всего одна ночь. Судорожная улыбка мачехи Элис говорила о том, что ход её мыслей близок к моему, однако простор для манёвра у старой стервы был несравнимо большим, так что я бы на её месте улыбался куда как лучезарнее.
     После ужина я старался не выпускать из виду Элис и, что меня сначала немного удивило, ища её глазами, постоянно натыкался на странный взгляд одной из её сводных сестёр. Впрочем, странным он был лишь учитывая ситуацию, в иных же обстоятельствах я назвал бы его просто кокетливым, если не сказать - призывным. Улыбаясь в ответ, я пытался сообразить, что могло заставить девицу из благородной семьи настойчиво строить глазки первому встречному подозрительного вида. Впрочем... семья хоть и благородная, но в ней, похоже, готовы лить чужую кровь как воду, а я - хоть и неизвестно что из себя представляю, однако явно стою на пути планов её матушки... В общем, если подумать, то удивляться особо нечему, и её страстные взгляды вызваны, к сожалению, отнюдь не моими достоинствами.
     Когда же она, столкнувшись со мной в дверях, как бы случайно прижалась ко мне и вложила мне в руку записку, сомнений не оставалось - меня попросту хотят отвлечь. Я развернул клочок бумаги: она будет ждать меня на замковом валу возле маленькой пристани. Риск был велик - ясно, что в моё отсутствие к Элис заявится смертельно опасный гость, очередной убийца из числа особо преданных слуг, но упускать такой шанс не хотелось. Я велел своей подопечной закрыться в спальне и не открывать никому и ни под каким видом, пока не услышит за дверью мой голос, а сам спустился к маленькому деревянному причалу. Кстати, не следует забывать, что девица может оказаться не одна - я ведь сильно мешаю планам её матери.
     Уже издалека я заметил видневшуюся рядом с неподвижными силуэтами лодок женскую фигурку. Подойдя, я тихо окликнул её. Она слегка вздрогнула от неожиданности и сделала несколько шагов мне навстречу, не отрывая глаз от тропинки под ногами. Если она и разыгрывала смущение, то делала это очень натурально...
     -Вы, наверное, считаете, что моей сводной сестре угрожает опасность? Вы принимаете нас за...
     -Скажем так, некоторые вещи меня удивляют, но... в общем, сейчас меня интересует другое.
     Я привлёк её к себе и поцеловал, она не сопротивлялась. Интересно, как далеко она готова зайти?.. Подхватив на руки, я посадил девушку в ближайшую лодку.
     -Зачем?..
     -Извини. Пока мы рядом с замком, у меня ощущение, что твоя мать наблюдает за нами. Вряд ли ей бы понравилось...
     -Ты боишься моей матери?
     -Ну, не то, чтобы боюсь... - я улыбнулся. Она откинулась на сиденье и засмеялась в ответ.
     Я причалил лодку на противоположном, заросшем ивами берегу, где нас не могли видеть из замка. Мне казалось - или я хотел, чтобы казалось, - что у меня в запасе ещё есть время. И я, в конце концов, живой человек...
     Мы занимались любовью долго, слишком долго! - солнце успело окончательно скрыться за верхушками деревьев. И теперь эйфорию медленно начала вытеснять тревога.
     Я поцеловал лежащую рядом девушку и спросил:
     -Здесь неподалёку есть что-нибудь... какое-нибудь место, где мы могли бы провести эту ночь? Возвращаться в замок, на глаза твоей матери...
     Она рассмеялась.
     -Да есть. Охотничий дом, но он довольно далеко, пешком мы не дойдём, надо...
     -Прекрасно.
     Я прижал девушку к себе и, обхватив её голову под подбородком, рывком сломал ей позвонки. Уложив обмякшее тело на траву, я привёл в порядок её одежду и опустил веки. Стоя над ней на коленях, я несколько мгновений вглядывался в ещё сохранявшее живые краски лицо... Потом наклонился и в последний раз поцеловал её, ощутив на губах вкус крови, тонкими ручейками вытекавшей из уголков губ. Удивительно - он не показался мне неприятным...
     И всё же я опоздал! Опоздал, будь она проклята, эта девица, сумевшая заставить меня так надолго потерять голову! Дверь спальни Элис оказалась приоткрытой и первое, что я увидел войдя внутрь, была другая дверь, о которой ни я, ни она не догадывались - узкая потайная дверца, скрытая раньше под драпировками а теперь распахнутая настежь - через которую к Элис проник-таки незваный гость. Я огляделся, уже догадываясь, что увижу... Но комната была пуста, а на полу, как раз возле моих ног, темнело пятно... крови? Я нагнулся - действительно, кровь. Присмотревшись, я увидел ещё одно пятно, в окружении мелких брызг... ещё несколько - у двери. Я вернулся в коридор и, вынув из кольца в стене горящий факел, осветил пол - за поворот уходила дорожка из тёмных капель, какую мог оставить за собой раненый человек.
     До меня вдруг дошла простая, как удар в лицо, мысль: до сих пор я думал лишь о том, сколько загадочный покровитель Элис заплатит мне за выполненную работу, но ни разу не задумывался, что он сделает со мной, если я эту работу не выполню! Я вспомнил изуродованные трупы грабителей в переулке рядом с трактиром... Господи, не часто я прошу тебя о чём-то, но сейчас умоляю: спаси Элис! И, надеюсь, то, что этим ты спасёшь жизнь ещё и такому презренному существу, как я, будет не очень противоречить твоей божественной справедливости.
     В отчаянной надежде я бросился по видневшемуся то здесь, то там кровавому следу. Коридор закончился, дорожка из редких капель уходила вниз по лестнице - к чёрному ходу. Я толкнул незапертую дверь и вышел на задний двор. Здесь кровь было почти не различить, и всё же, когда я уже терял надежду, факел высвечивал на земле очередную тёмную каплю. Идя по ним я обогнул жилые строения и вышел на дорожку к часовне - становившиеся всё реже пятна огибали её и вели дальше, к фамильному склепу. Я подошёл ближе и посветил - словно в подтверждение того, что я не ошибся, на приоткрытой двери виднелись следы крови. Забыв про осторожность, я буквально влетел внутрь и сразу увидел маленькую фигурку, сжавшуюся в комок на плитах возле одного из надгробий.
     -Элис! Слава богу...
     Она подняла на меня ясные голубые глаза и снова сказала то, чего я меньше всего ожидал услышать:
     -Поразвлёкся с моей сводной сестрой?
     -Более чем... Ты ранена? Он всё-таки задел тебя?
     -Нет. Я сама порезала себе руку, чтобы ты нашёл меня по следу. Я боялась, что он не уйдёт, а будет ждать меня снаружи и я не смогу выйти.
     Я взял её за руку - она вздрогнула и слегка отстранилась, но всё же позволила размотать окровавленный платок - порез был довольно глубоким.
     -А что-нибудь другое не могла придумать?
     -Что-нибудь другое ты бы не заметил.
     -Да... Не соскучишься с тобой!
     Кажется, впервые за всё время я увидел, как она улыбается.
     Мачеху Элис я нашёл в зале, отдающей распоряжения слугам, готовящим замок к предстоящей свадьбе падчерицы. Свадьбе, которой она всеми силами стремилась помешать, уже поплатившись за это жизнью одной из дочерей. А мне теперь следовало хоть на время отвести от себя подозрения и отсрочить поиски убитой девушки.
     -Миледи! Простите, что отвлекаю вас в такой момент, но то, что я хочу вам сказать, очень важно...
     Она вопросительно повернула ко мне удивлённое, чуть встревоженное лицо.
     -Я... простите мне мою смелость, миледи! Я прошу руки вашей дочери.
     Представьте себе человека, на которого в жаркий день внезапно вылили ведро холодной воды, и вы поймёте, как выглядела почтенная дама в этот момент. Я едва сдержал смех. Впрочем, её можно понять: незваный гость, свалившийся, как снег на голову, непонятно откуда, о котором неизвестно ничего, начиная с его настоящего имени и заканчивая истинным происхождением, состоянием и репутацией, в первый же день своего совершенно, кстати сказать, нежелательного пребывания в замке, просит руки её дочери!
     -Что?!...
     Я порывисто преклонил перед ней колено:
     -Умоляю вас! Выслушайте...
     -А... почему вы один? Где она сама?
     -Она боится вашего гнева и... она так удручена! Мне больно видеть это, миледи!..
     -Где моя дочь?!
     -Она осталась в охотничьем доме. Она так удручена... так печальна! Так боится, что вы...
     -Пусть она вернётся в замок. Мы поговорим о вас позже... Езжайте за ней сейчас же!
     Боже правый! Неужели она действительно поверила в то, что её дочь оказалась такой дурой, что от зависти к сестре и злости на мать впрямь решилась всерьёз связать свою жизнь с первым встречным? Впрочем, ей, как матери, конечно, виднее.
     Элис, открывшая мне дверь, была спокойна, будто всю жизнь только и делала, что становилась жертвой неудачных покушений. То ли у девчонки железная выдержка, то ли попросту с головой плохо...
     -Успокоил мачеху?
     -Вроде бы. Боюсь только, ненадолго.
     -А тело сестры хорошо спрятал?
     Я аж поперхнулся. Не хватало только это с ней обсуждать!
     -Элис... как твоя рука?
     -Нормально.
     -Дай взглянуть, - я потянулся к неловко наложенной повязке, но девушка отпрянула в сторону.
     -Не нужно. Всё нормально.
     -Да не бойся ты! Я не сделаю больно, только посмотрю.
     -Я не боюсь. Просто... не люблю, когда ко мне прикасаются.
     -Ладно, как знаешь. Будет беспокоить - скажешь.
     -Скажу.
     Она отошла к окну и застыла, вглядываясь в наползающие сумерки. Я рассматривал её лицо в мягком вечернем свете - изящный профиль, красивый, слегка надменный рот, чёткие, словно нарисованные углём брови, волнистые светлые волосы...
     -Элис! Скажи, у тебя совсем нет родственников?
     -Нет, - она казалась слегка удивлённой, - а почему ты спрашиваешь?
     -Да так... Интересно стало. Кто-то же меня нанял!
     -Нанял?
     -Ну да. А ты как думала - откуда я вдруг появился?
     -Я об этом вообще не думала. В жизни много всего... необычного. Я уже привыкла.
     -Да, по тебе заметно...
     -И кто же тебя нанял?
     -Да вот мне самому интересно. Я сейчас смотрел на тебя, пока ты сидела...
     -Ты только сейчас меня рассмотрел? Ну и как?
     -Лучше не бывает! Элис, я серьёзно, у вас в лице есть что-то общее. Вот я и подумал, не родственник ли он тебе. Может, какой двоюродный-троюродный
брат, там, или дядя...
     Она задумалась.
     -Нет... Правда, нет. Я бы знала. А как он представился?
     -Люди обычно не представляются, говоря с наёмным убий... В общем, он не представился.
     Элис снова задумалась. По её спокойному лицу было непонятно, заметила ли она мою оплошность. Впрочем, если и заметила... Она тут, похоже, действительно ко всему привыкла.
     -Нет, - снова уверенно повторила она, - у меня нет родственников. Мой отец был последним мужчиной в роду, но он умер... А хочешь, я могу тебе его показать!
     
     Она остановилась перед одним из портретов в самом конце широкой сводчатой галереи.
     -Вот.
     Я поднял глаза... Нет, я не мог бы сказать, что человек на портрете был похож на моего нанимателя, это попросту был он. Элис меланхолично наблюдала за моим изумлением.
     -Элис, ты... Послушай, ты точно уверена, что твой отец умер?
     -Да. Уверена.
     Я снова перевёл взгляд на портрет. Падающие на лоб светлые пряди, низкие тёмные брови, красивый рот презрительно сжат... С портрета, так же бесстрастно, как в приснопамятный вечер, смотрел на меня странный посетитель трактира.
     -А... от чего он умер? Прости, что спрашиваю...
     У Элис слегка дрогнули губы - не успей я узнать её, решил бы, что она сейчас заплачет. Но голос её остался спокойным, как всегда.
     -Ничего... Не извиняйся. Он не умер. Его убили.
     -Кто?
     -Я не знаю, - теперь и в голосе её слышались нотки отчаяния, - Не знаю! Я не должна ничего знать! Что ты смотришь на меня, как на блаженную? Будто я не вижу! Ну так и додумался бы, раз такой умный!..
     Элис уже почти кричала, но я всё же услышал тихий скрип двери сзади и вовремя отклонился в сторону - вместо того, чтобы войти мне между лопаток, сталь обожгла щёку и скользнула по плечу, в тот же момент я перехватил и выкрутил держащую нож руку. Нападавший вскрикнул, но смог высвободиться, однако сразу же, получив от меня ногой в пах, отлетел к стене, задев висящий на ней портрет, удивительно легко соскользнувший со своего места прямо на моего противника. Он отвлёкся лишь на мгновение, - которого мне было достаточно, - и тут же повалился на пол с перерезанным горлом.
     Элис, к которой за время нашей короткой схватки, вместо подобающего ситуации испуга, вернулась её обычная невозмутимость, подошла к телу.
     -Это он ворвался ко мне в спальню и гнался за мной до самого склепа.
     -Да? Ну, можешь теперь пожелать ему спокойной ночи!
     Она наклонилась и плюнула в запрокинутое лицо, потом, брезгливо подобрав подол, перешагнула труп и, оттолкнув носком туфельки мёртвую руку, вытащила из-под неё упавший портрет. Мне снова вспомнился глухой переулок, залитый кровью и лунным светом, три изуродованных тела... Чем чёрт не шутит - вдруг это и вправду был её отец? Уж больно много между ними общего. Да и его сходство с изображением... Я снова посмотрел на портрет в руках Элис. Лицо глядящего с него мужчины было забрызгано кровью. Я мысленно усмехнулся: ему наверняка это понравилось бы!
     Элис оторвала от подола полоску ткани и попыталась стереть с портрета кровь, я же оттащил труп на маленькую винтовую лестницу, находившуюся за дверью, из-за которой он так некстати для себя появился. Уж не знаю, долго он там пролежит, или нет... Если так будет продолжаться и дальше, трупы станут здесь чем-то вроде украшения интерьера.
     Мы вернулись в спальню Элис. Я запоздало корил себя за любопытство - довольно глупо было разгуливать по замку, нарываясь на очередные приключения. Если труп на лестнице обнаружат, то мачеха, какой бы дурой она ни была, быстро сообразит, что ни в какой охотничий домик я не поехал, а, стало быть, можно только догадываться, что на самом деле случилось с её дочерью, и кем я, вообще, являюсь... Впрочем, не организует же она поиски на ночь глядя! Теперь остаётся лишь ждать, пока в замке угомонятся, чтобы пойти навестить перед сном почтенную даму и оставшуюся дочку. А там уж - не моё дело. Пусть Элис выходит замуж за своего наречённого, пусть хоронит с почестями мачеху и сводных сестёр... или, если ей будет угодно, велит закопать их на заднем дворе... Да пусть хоть собакам их скормит. Я усмехнулся, представив себе эту картину. А что, вполне в её характере...
     Господи, как же я устал!.. Вечер выдался слишком насыщенным даже для меня, не привыкшего к спокойной жизни. Элис, сидевшая в широком кресле, подобрав ноги и закутавшись в накидку, кажется, задремала, и у меня, глядя на неё, тоже начали слипаться веки. К счастью, природа наградила меня чутким сном, если даже забудусь на какое-то время, в нужный момент всё равно вскочу на ноги...
     ...Слуга подхватил сброшенный мной плащ и мой левый бок внезапно пронзил острый холод, тут же сменившийся раздирающим огнём. На мгновение запоздавшая боль заставила меня вскрикнуть. Второй удар прервал вдох, перед глазами вспыхнула молния и каменный пол взметнулся вверх - кажется, я поскользнулся в луже собственной крови. Воздух входил в лёгкие с болью, будто был пронизан иглами. Рот заполнился кровью - я попытался сглотнуть, но не смог и передо мной на полу расплылась ещё одна лужа - теперь кровь лилась у меня изо рта... Сквозь сгущающуюся темноту я увидел, как дверь распахнулась и в комнату вбежала Элис, упала передо мной на колени, схватив меня за плечи...
     ...Я будто находился на дне тёмной воронки, края которой стремительно расширялись, пока не исчезли совсем. В глаза хлынул свет... Надо мной склонилась Элис, тряся меня за плечи.
     -Что с тобой?! Проснись!.. Боже!.. Что с тобой?!!
     -Ничего... Всё нормально... Да отпусти ты меня! Сон дурной приснился.
     Элис наконец перестала меня трясти, но глаза её ещё были расширены от испуга.
     -Ты так жутко вскрикнул... А потом начал хрипеть, стонать... Я испугалась... И... ты, вроде бы, произнёс моё имя...
     -Неудивительно. Ты мне и приснилась. Сначала будто кто-то ударил меня ножом, а потом ты вбежала в комнату и бросилась ко мне... Только во сне ты была младше... совсем ещё девочка.
     Страх в её глазах, кажется, вспыхнул с новой силой и в тот же момент погас, сменившись привычной безучастностью. Она медленно отошла от меня и застыла у окна.
     -Элис! Элис, послушай...
     Она не шелохнулась, продолжая вглядываться в ночную темень. Я подошёл и слегка тронул её за плечо - девушка чуть посторонилась и вжалась в подоконник.
     -Элис! Прости, что напугал тебя. С вашим семейством свяжешься - и не такое приснится... Ну не стой как истукан, я извинился!
     -Знаешь, я тебе кое-что скажу... - она повернулась и я встретился глазами с её серьёзным взглядом. - Только не смейся надо мной.
     -Вряд ли я сейчас способен смеяться.
     -Да я же знаю, ты считаешь меня... считаешь, будто я не в себе. Не мотай головой, думаешь, я не замечаю, как ты на меня смотришь? Ладно... Я про твой сон хочу сказать. То, что ты видел, было на самом деле. И во сне ты был на месте моего отца. Хотя ведь ты не мог знать, как всё произошло, верно? А если я расскажу подробности твоего сна - поверишь, что я не сумасшедшая?
     -Тогда я должен поверить в то, что сумасшедший - я?
     -Твоё дело. Во сне тебя ударили ножом дважды - в левый бок и в грудь, и это сделал слуга, взявший у тебя плащ? Да? Ну что, я права, это тебе приснилось? Что ты молчишь? Это?
     -Да.
     -Ты веришь в то, что люди после смерти могут... вмешиваться в дела живых? - голос Элис слегка дрожал.
     -Нет. При моём ремесле лучше в такое не верить.
     -А у нас в замке верят.
     -И что?
     -Ничего. Вскоре после похорон отца того слугу нашли возле склепа с разорванным горлом. А так - ничего.
     -И поэтому твой преследователь побоялся зайти в склеп?
     -Наверное.
     -А ты?
     -А что я?
     -Не боишься?
     -Отца?
     -Ну... призрака... или кто он там?..
     -Быстро же ты поверил в призраков!
     -А... послушай, ты точно уверена, что твоего отца... ну, что он действительно умер?
     -Я просидела возле гроба всю ночь перед похоронами. Я видела, как гроб опустили в склеп.
     -Извини... И ты веришь, что он...
     -Ты, по-моему, уже тоже веришь.
     -Нет. Это чушь.
     -А сон?
     -Господи, да совпадение! Я уже не уверен, что видел именно это. И потом... Ну хорошо, предположим, что мёртвые могут вставать из гроба и мстить живым, но тогда почему... - я понял, на какую зыбкую почву ступил и осёкся. Что, если она снова заплачет? Но Элис спокойно смотрела на меня, ожидая продолжения, и, не дождавшись, спросила:
     -Хочешь сказать, почему он не отомстил бывшей жене?
     -Бывшей?
     -Да. Всё шло к тому, что он бы сам от неё избавился.
     -Не спрашиваю, каким образом...
     -Правильно, не спрашивай. - Элис усмехнулась. - Почему он не отомстил ей? Знаешь такое поверье: если спрятать под порогом нож, никто из потустороннего мира не сможет его переступить. А если на этом ноже остались следы крови, то душа убитого будет испытывать мучения, приближаясь к этому месту.
     -Хочешь сказать, что где-то возле входа спрятан нож?
     -Уверена, что спрятан. Скорее всего, замурован где-то между плитами. И именно тот самый, на котором осталась кровь.
     -Ты так спокойно об этом говоришь...
     -Я уже чуть не расплакалась сегодня и ты видел, к чему это привело. Молния два раза не ударяет в одно и то же место.
     -Тебе никогда не говорили, что ты странная?
     -А тебе?
     -Понятно. Извини.
     -Ты очень много извиняешься.
     -Ладно. Дождёмся, пока все уснут, и надо заканчивать со всем этим.
     Элис, не говоря больше ни слова, отошла и села в кресло, снова превратившись в изваяние. Я так же молча стоял у окна. Да уж... только кровожадных призраков и магических оберегов от нечистой силы мне не хватает! Кстати, уже давно стоит глубокая ночь и в замке не слышно ни звука. Сколько же я проспал? Вот уж не ожидал от себя... Ладно, пора выкинуть из головы всю чертовщину и заняться делом.
     -Элис!
     -Что?
     -Я ухожу. Сиди тихо и никого не впускай, пока я не вернусь.
     -Я пойду с тобой.
     -Прекрати.
     Я подошёл к двери и, отбросив щеколду, толкнул створку, но она не поддалась.
     -Ты заперла дверь?
     -Только на щеколду, других замков нет.
     Я толкнул сильнее - безрезультатно. Элис подошла и, присев, заглянула в щель между дверной створкой и стеной. Потом, выпрямившись, повернулась ко мне:
     -Взгляни.
     Я нагнулся: узкую щель пересекала широкая доска - дверь явно чем-то перегородили. Старуха оказалась сообразительнее, чем я думал. Не устраивая переполоха просто заперла нас, как в мышеловке! Чёрт... Не особо на что-то надеясь, я попытался просунуть в щель лезвие ножа, но в тот же момент в коридоре послышался тяжёлый топот, - судя по звуку, сразу нескольких человек, - смолкший возле нашей двери. Прекрасно! Нас ещё и охраняют снаружи! Вернувшись к окну я распахнул его и осмотрел стену - никаких карнизов, никаких выступов, абсолютно гладкие камни.
     Рухнув в кресло, я обхватил голову руками и закрыл глаза. Всё. Покинуть комнату можно только на крыльях... Будь проклята та минута, когда я согласился ввязаться в это! И что теперь делать? Ждать, когда старая ведьма завершит свой план и сюда ворвутся её люди, чтобы расправиться с нами? Допустим, в одиночку я и прорвусь, но вдвоём с Элис... Нет, её я спасти не смогу - это точно. И что тогда? Удастся мне скрыться от её... кто он ей там? Покровитель, родственник... отец?.. Призрак? Оживший мертвец? То, что он сделал с напавшими на него грабителями, вполне под стать какой-нибудь нечисти, и теперь уже не важно, верю я в эту чертовщину, или нет. В том, что он сумеет меня отыскать, у меня сомнений не было, интуиция меня ещё ни разу не подводила. Нет, такой человек... или кто он там - неважно! - такой не успокоится, или я ни черта не понимаю в жизни...
     Я поднял голову. В небе за окном появилась светлая полоска - близился рассвет, время безнадёжно упущено. Постепенно мой разум заливала волна бешенства. От сознания того, что я заперт, как зверь в клетке, и от невозможности что-либо сделать я страдал почти физически, мне казалось, что в комнате не хватает воздуха, окружающие предметы колебались, словно я смотрел на них сквозь марево жаркого летнего дня. А на меня сквозь эту колышущуюся муть глядели безнадёжно-отрешённые голубые глаза Элис. И как же я ненавидел её! Вся моя ярость в тот момент была направлена на эту неподвижно сидящую в углу комнаты фигуру... Я ненавидел её даже больше, чем её жуткого, непонятно откуда взявшегося покровителя. Уже в который раз за сегодня перед моим внутренним взором возникла картина: забрызганная кровью стена, влажно поблёскивающие вырванные внутренности, торчащая из плеча окровавленная кость... Они хотели лишь ограбить его, что же он сделает со мной, если я не уберегу эту девицу, явно связанную с ним какими-то узами? Почему я должен так страшно умереть из-за этой полоумной сучки?
     -Что ты на меня уставилась?! Ну что ты на меня уставилась?..
     Уже почти не владея собой я сжал её плечи и изо всей силы встряхнул. Её голова безвольно мотнулась, как у тряпичной куклы, но руки с неожиданной силой вцепились в мой воротник. И тут она опять сделала то, к чему я был меньше всего готов: по-детски обняв меня за шею, она уткнулась лицом мне в рубаху и отчаянно, вздрагивая всем телом, зарыдала.
     Я растерянно гладил её по волосам, чувствуя, как вместо ярости на меня наваливается неподъёмная усталость... Господи, ну и что мне теперь делать?!
     -Элис... ну ладно, успокойся. Придумаем что-нибудь, не в первый раз в дерьме... тьфу-ты! Извини... Ну хватит рыдать. Мне, в конце концов, заплатили за убийство твоей мачехи, а не за то, чтобы я тебе утирал сопли.
     Она отстранилась и, продолжая всхлипывать, стала тереть рукавом лицо.
     -А сколько тебе заплатить за сопли?
     За дверью раздался смех. Вот дерьмо, они ещё и развлекаются, подслушивая нас! Хотя... А ведь это нам на руку. Интересно, сколько их там? Двое, в крайнем случае трое - не будет же старая дура выставлять под дверью целый отряд. Ну и прекрасно!
     -Всё, Элис, вытирай слёзы. Светает, твой жених вот-вот явится, заплаканной ты ему можешь не понравиться.
     Девушка уставилась на меня широко распахнутыми глазами.
     -Я серьёзно. Приводи себя в порядок, у тебя сегодня свадьба.
     -Ты что-то придумал?
     -Да.
     За дверью воцарилось гробовое молчание. Отлично!
     -Я правда выйду отсюда?
     -Конечно.
     Я сделал ей знак отойти в угол комнаты и громко сказал:
     -А теперь постарайся пролезть сюда. Ты хрупкая девушка, у тебя получится.
     Сам я тем временем встал возле двери, вынув из ножен кинжал. Элис поняла мой нехитрый план и заныла:
     -Нет, не могу! Не могу! Лаз слишком узкий... Я изорву платье!
     Каким-то шестым чувством я уловил, как молчание за дверью становилось всё напряжённее.
     -Давай, давай! Не хнычь. Ну вот, почти получилось...
     Прервав меня на полуслове дверь резко распахнулась и в комнату влетели двое стороживших нас олухов, один из которых сразу же, издав короткий хрип, повалился на пол с перерезанным горлом. Другой обернулся и, не успев даже достать оружие, тоже рухнул мне под ноги. Имея дело с такой наивной деревенщиной я скоро начну терять сноровку, ей-богу! Свиньи на бойне, и те лучше чувствуют опасность.
     Элис с интересом наблюдала за тем, как я приканчиваю бьющихся в конвульсиях охранников. Я поднял на неё глаза:
     -Слушай, ты когда-нибудь веночки из цветов плела? Салфеточки вышивала? Любовные песенки на слух подбирала?
     -Зачем?
     -Понятно... Пошли!
     Я схватил её за руку и потащил по коридору, а то, похоже, она готова была до скончания веков заворожённо любоваться на плавающие в лужах крови трупы. Не девица, а чёрт знает что...
     Перед дверью спальни её сестры мы перевели дух и переглянулись.
     -Элис, останься здесь.
     -Нет.
     -Элис...
     -Хочешь, чтобы на меня кто-нибудь наткнулся? Понравилось разыскивать меня по следам крови?
     -Кто здесь? - послышался из-за двери девичий голосок.
     -Это я, сестрица, - ответила Элис и толкнула незапертую дверь.
     -Что?.. Ты как здесь... - увидев меня за спиной Элис, девушка осеклась и тут же пронзительно закричала. Одним прыжком я оказался рядом и закрыл ей рот рукой, почувствовав, как зубы впились в ладонь.
     -{ЦЕНЗУРА}...
     -Действительно, {ЦЕНЗУРА}, - усмехнулась Элис, - уже и подвенечное платье надела. А счастье было так близко, да, сестрица? Так обидно умирать на пороге алтаря, правда? Знаешь, мне тоже было бы обидно.
     Она перевела взгляд на меня и спокойно попросила:
     -Постарайся без крови, ладно? Мне нужно её платье.
     -Будет платье, не беспокойся. Только вот за нижние юбки не ручаюсь, извини уж...
     Стараясь сдержать ругательство, я выпустил жертву, достал удавку и, пока девушка снова не закричала, накинул ей на шею. Несколько мучительных мгновений она билась у меня в руках, хватая ртом воздух и раздирая ногтями в кровь стянутую удавкой шею. Пара капель упала на кружево воротника. Элис подскочила к нам и схватила умирающую за запястья.
     -Ты что, дрянь, не слышала? Мне понадобится твоё платье!
     Наконец конвульсии прекратились, пена на губах несчастной порозовела от крови, а вылезшие из орбит глаза остекленели. Подержав ещё немного удавку, я отпустил тело, тяжело осевшее на пол. Элис взглянула на труп и коротко приказала:
     -Раздень её.
     -Что?!...
     -Ты слышал.
     -Что?!! - я схватил её за плечи, едва сдерживаясь, чувствуя под пальцами хрупкие ключицы.
     -Отпусти меня и раздень её.
     Прозрачные голубые глаза смотрели на меня спокойно и чуть презрительно.
     -Сколько нужно повторять, что мне нужно её платье! - мерзавка усмехнулась: - Если хочешь, я могу отвернуться.
     -{ЦЕНЗУРА}... - я отпустил её и подошёл к телу. В конце концов, она права, но каково приказание и каков тон... Маленькая {ЦЕНЗУРА}.
     Спустя полчаса Элис была готова.
     -Туфли немного велики...
     -Ничего. До алтаря дойдёшь, я надеюсь.
     Внизу, за окном, слышались голоса и цокот копыт - прибыл жених со свитой. Я осторожно выглянул в коридор - никого.
     -Пошли. Быстро!
     Мы снова понеслись по коридорам, озираясь на каждом повороте. Пока нам везло. Наконец показалась приоткрытая дверь в зал. Элис отдышалась, опустила на лицо густую вуаль и спросила.
     -Слушай, а ты всегда носишь с собой удавку?
     -Ремесло такое.
     -Так ты действительно наёмный убийца? А я думала, ты выдумал это чтобы мне понравиться.
     -Тебе в зал не пора? Там уже гостей встречают... - я слегка подтолкнул её к двери. Она хмыкнула и грациозно скользнула внутрь. Я устало привалился к стене - слава богу, полдела сделано. Девчонка в двух шагах от алтаря, а став полноправной хозяйкой замка, полагаю, сама придумает, как избавиться от трупа сестры под кроватью - моё дело устранение препятствий, а не уборка помещений. Впрочем, одно препятствие в виде её мачехи ещё существовало и устранить почтенную даму следовало до того, как она обнаружит очередную подмену невесты. Надо действовать и действовать быстро...
     Однако же бессонная ночь и усталость явно прошли бесследно. Я прикрыл глаза и прижался затылком к прохладной стене - ещё немного, ещё только пару мгновений на отдых, и... как же я, всё-таки, устал! И как здесь холодно... И почему-то трудно дышать. Я открыл глаза, но темнота не отступила. Попробовал пошевелиться, но не смог, тело не слушалось. Холод постепенно перестал ощущаться, а отсутствие воздуха почему-то не приводило к удушью. И не было страха. Не было вообще никаких чувств. Только где-то в глубине сознания теплилась боль. Странная боль, существовавшая как бы вне моего тела... словно где-то там, далеко, внутри кирпичной стены билось моё сердце, пульсировала моя кровь... Я закрыл глаза... снова открыл... ничего не изменилось. Я видел тёмные камни, холодные тёмные камни, сводчатый потолок, высокую дубовую дверь... я опять закрыл глаза, но каменный свод не исчез, я видел его также ясно, но знал, что он находится далеко от меня, очень далеко... и в то же время я нахожусь там, среди этих камней, под этим сводом. Там бьётся моё сердце, там пульсирует, не остывая, моя кровь... Я стоял перед парадной дверью, желая войти и... не способный сдвинуться с места. Дверь была приоткрыта, тёмный проём словно издевался над моей беспомощностью. Я потянулся к двери и не увидел собственной руки - бронзовой скобы коснулась лишь струйка тумана. Вздрогнув, я поднял руку к глазам - туманное облачко взметнулось вверх. Я сделал шаг вперёд, намереваясь перешагнуть порог, и в висках вспыхнула невыносимая боль...
     Кажется, я вскрикнул. Наваждение исчезло - я стоял в коридоре, прислонившись спиной к стене, голова кружилась, мысли неслись безумным хороводом. Что со мной происходит? Что за видения меня посещают? Что здесь вообще происходит? И что там говорила Элис... «во сне ты был на месте моего отца... ты веришь в то, что люди после смерти могут вмешиваться в дела живых?.. если спрятать под порогом нож... душа убитого будет испытывать мучения, приближаясь к этому месту... во сне ты был на месте моего отца...» Бред! Но... уже произошло слишком много такого, на что я, услышав это от кого-нибудь другого, так же уверенно ответил бы - бред! И всё же это произошло - не с кем-нибудь - со мной!.. Лицо на портрете, странный сон, теперь вот - это... Если отбросить здравый смысл, то можно решить, что... «ты веришь в то, что люди после смерти могут вмешиваться в дела живых?.. а у нас в замке верят... ты, похоже, уже тоже веришь...» Да, я, похоже, уже тоже верю. И тогда получается, что он пытается говорить со мной. Пытается дать мне понять... Что? А, в общем-то, просто. Если спрятанный под порогом нож налагает на душу убитого им заклятье, то он хочет от него избавиться. Хочет, чтобы я снял заклятье. Как? Да тоже просто - найдя этот чёртов нож. «Ты веришь в то, что люди после смерти могут вмешиваться в дела живых?»... Похоже, что он очень этого хочет - вмешаться. И, похоже, не оставит меня в покое, пока я ему в этом не помогу.
     Солнце едва поднялось над замковыми башнями, в воздухе понемногу таяла утренняя дымка, оседая крупными каплями росы на камнях колодезной беседки, из которой я наблюдал за тем, как свита жениха Элис и прибывшие с ними гости исчезают в дверях парадного входа, как толпится во дворе прислуга, принимая лошадей, отводя их в конюшни... Наконец двор опустел. Пора.
     Я вышел из своего укрытия и, стараясь побыстрее миновать открытое пространство, приблизился к дверям. И как я должен определить, где спрятан этот проклятый нож? Ну же... чёрт бы побрал твою душу, подсказывай! До сих пор у тебя это неплохо получалось... Не успел я договорить про себя эту фразу, как в висках вспыхнула боль, к горлу подступила волна дурноты, сердце заметалось в груди пойманной птицей. Я отступил на шаг - боль слегка отпустила. Снова сделал шаг вперёд - и снова в виски вонзились стальные шипы. Так, играем в детскую игру «холодно-горячо»? Прекрасно. И где же у нас «горячо»?.. Я ощупывал камни... никаких перемен. Вдруг у меня за спиной послышались частые шаги. Я вздрогнул, боль в висках мгновенно исчезла, утихло сердцебиение, я вжался в пространство между украшающими вход колоннами и вытащил удавку, приготовившись предупредить возглас обнаружившего меня, но пересекавшая двор девушка-служанка, казалось, не замечала моего присутствия. Поравнявшись со мной, она скользнула взглядом по месту, где я стоял, взмахнула рукой, как бы разгоняя туманную дымку, и юркнула в приоткрытые двери... Ну что ж, спасибо, приятель, хоть ты и не ради меня стараешься! Я снова встал вплотную к двери, - вернулась боль в висках, - поднял голову, вглядываясь в сводчатую наддверную арку, - никаких изменений, - опустился на колени, ощупывая порог, и тут в глазах взвился фонтан жёлтых искр, голову сжал огненный обруч, я едва не лишился чувств... боже, вот оно! Самая средняя из плиток, которыми был выложен порог, словно обожгла мне ладонь. Я отдёрнул руку, отдышался, и попытался просунуть кинжал между плитками - рукоять начала медленно раскаляться, но камень зашевелился в своём углублении. Боль становилась всё невыносимее, сердце колотилось так, что, казалось, готово было сломать рёбра, перед глазами колыхалось красноватое марево. Ломая ногти, я выдернул плитку из гнезда - под ней лежала покрытая засохшими бурыми пятнами тряпка, из которой выглядывала рукоятка ножа. Я взял находку, встал, едва удержавшись на ногах - нестерпимая боль вгрызалась в виски, я задыхался, заржавленный нож со следами чужой крови жёг мне руки. Не вполне понимая, что делаю, я бросил нож на камни и с силой наступил на него каблуком - проржавевший клинок с лёгкостью переломился у основания, и тут же боль, удушье и кровавая муть перед глазами исчезли, я чувствовал лишь дикую усталость, по лбу ползли капли холодного пота. Я прислонился к дубовой двери и с облегчением вдохнул свежий утренний воздух - всё. Теперь сам разбирайся со своими проблемами, я и так чуть жив по твоей милости, а ведь работа ещё не закончена, мачеха осталась! И чем меньше она проживёт, тем больше у меня шансов убраться отсюда как можно скорее.
     Смешавшись с гостями и стараясь не попадаться на глаза обитателям замка, я стоял в церкви в ожидании бракосочетания. Перехватить мачеху до начала церемонии я не успел, и теперь мне оставалось только по возможности спокойно наблюдать за происходящим и умолять бога в очередной раз помочь Элис, а, стало быть, и мне заодно.
     Наконец в проходе показалась невеста. Ох, представляю, каково ей сейчас... впрочем, кто её знает? Насколько я успел понять, девчонке нравится рисковать. Не удивлюсь, если окажется, что я волнуюсь гораздо сильнее, чем она. Забавно... Я поискал глазами мачеху. Ох, не нравится мне её вид - напряжённый, испуганный... Неужели заподозрила что-то? Элис шла, низко опустив голову и придерживая вуаль так, что нельзя было угадать даже очертаний лица, но всё-таки...
     «Я соединяю вас в супружество во имя Отца, и Сына, и Святого Духа.» Ну, вот и свершилось... Только самое опасное ещё впереди - когда все начнут поздравлять молодых, едва ли невесте удастся продолжать прятать лицо! Хотя... а что может сделать её мачеха? Заявить, что это не её дочь? Так ведь невеста и не должна быть её дочерью... Но, с другой стороны, чёрт знает эту бабу, чего от неё можно ожидать!
     Гости, вслед за молодыми, хлынули из церкви. Я старался не упускать из виду мачеху, не попадая при этом в поле её зрения. Уже во дворе с ней поравнялся отделившийся от толпы мужчина и, поклонившись, галантно предложил ей руку. При его появлении я почувствовал неприятный холодок в груди, хоть и не мог со своего места рассмотреть его лица, зато я прекрасно видел, как изменилось лицо женщины - оно напоминало каменную маску с застывшим на ней выражением ужаса, отчаяния и безнадёжной покорности. Медленно, словно зачарованная, она оперлась на предложенную руку, они поднялись на крыльцо и скрылись в дверях.
     «Ты веришь в то, что люди после смерти могут вмешиваться в дела живых?»...
     Ну и положение! Мне-то теперь что делать? Впрочем, ответ напрашивался сам собой - выполнять работу... если, конечно, мой наниматель не передумал и не решил взять оставшуюся её часть на себя. А чтобы узнать это, надо продолжать следить за жертвой, которую я так беспечно только что упустил. Отогнав сомнения, я поспешил вновь смешаться с гостями.
     В зале царило подобающее случаю оживление, все поздравляли жениха и невесту. Ну, уж этого я делать не буду... хотя, было бы забавно посмотреть при этом на лицо Элис!.. Да нет, глупость - одарит невозмутимым взглядом и поблагодарит. И вообще, кажется, я не о том думаю. Кстати, мачехи нигде не видно... вот о чём мне надо думать в первую очередь.
     Я отошёл к одной из поддерживающих свод колонн, откуда просматривался почти весь зал. А что, если её здесь нет? Я вглядывался в мелькание незнакомых лиц, кляня себя за нерасторопность, и вдруг заметил её - теперь в сопровождении лишь служанки, мачеха быстрым шагом пересекла зал и скрылась в одной из боковых дверей. Значит, всё же, оставил её мне? Ладно... Немного отстав, я последовал за ними.
     Торопливые шаги гулко отдавались под каменными сводами, женщины, не оглядываясь, достигли хозяйских покоев и скрылись за дверью, даже не закрыв её за собой. Я остановился в противоположном конце коридора, прислушался... тишина.
     Время тянулось мучительно медленно, ожидание засасывало, словно трясина... Хоть я и стоял здесь уже довольно долго, но больше никто не появлялся. Коридор возле двери ничем не освещался и от напряжённого ожидания мне стало казаться, что дверной проём заволакивает какой-то дымкой. Я встряхнул головой и дымка рассеялась. Значит - показалось. Ну что ж... никого - так никого. Стало быть, дело за мной.
     Я приблизился к приоткрытой двери и снова прислушался: внутри было тихо. Интересно... Толчком распахнув дверь, я быстро отступил назад, но предосторожность оказалась излишней - ни звука, ни шороха, ни малейшего движения. Я осторожно переступил порог: комната казалась пустой. Ещё интереснее. Куда они могли подеваться? В недоумении я огляделся в поисках второго выхода, но стены и углы довольно большого помещения тонули в полутьме. Я сделал ещё несколько шагов вглубь комнаты и тут мне в ноздри ударил знакомый тяжёлый и резкий запах. Так может пахнуть только... Мой взгляд остановился на небольшой ширме, из-под которой по ковру растекалось большое тёмное пятно. Я отодвинул ширму - на полу лежало тело служанки с разорванным горлом. Труп выглядел так, точно несчастную терзал какой-то дикий зверь. И снова навязчивое воспоминание: глухой переулок возле трактира, забрызганные кровью стены, три растерзанных тела...
     Я вздрогнул, словно почувствовав чей-то взгляд, резко обернулся и непроизвольно отступил назад, едва не споткнувшись о мёртвую служанку: в противоположном углу комнаты, в высоком кресле виднелся неподвижный силуэт. Я медленно приблизился. Мачеха Элис сидела, откинувшись на спинку, руки её безвольно свисали с подлокотников, глаза были слегка прикрыты ресницами. Я с удивлением всматривался в неё - женщина казалась значительно моложе, её бледное неподвижное лицо было странно и пугающе привлекательным. И тут я заметил на её шее, полускрытой кружевным воротником, глубокую рану с потемневшими краями. Однако крови нигде не было. Я подошёл почти вплотную к покойнице, как вдруг глаза её широко раскрылись и я не успел даже удивиться, как мой взгляд затянуло в омут её бездонных зрачков. Она выпрямилась в кресле и потянулась ко мне, словно для поцелуя, сопротивляться которому у меня не было ни воли, ни желания. Красиво очерченные губы чуть дрогнули, между ними показались странно заострённые, будто у зверя, клыки... Наваждение рассыпалось, я резко подался назад, уклонился от протянутых рук и, выхватив из-за голенища кинжал, воткнул ей точно в сердце. Но тут произошло невозможное: женщина ухватилась за рукоятку и рывком выдернула кинжал у себя из груди. Затем её рука сделала молниеносное движение и я почувствовал, как от ключицы до пояса метнулся зигзаг боли. Я ударил её локтём в челюсть и перехватил, выворачивая в запястье, руку, держащую кинжал. Тонкие кости хрустнули, оружие со звоном упало на каменный пол. Я схватил тварь и сбросил с кресла, навалившись на неё всем своим весом, дотянулся до кинжала, воткнул клинок ей в шею и изо всех сил надавил на него. Где-то на задворках сознания билась, возможно показавшаяся бы в иных обстоятельствах глупой, мысль: вампира можно уничтожить, лишь отделив его голову от туловища...
     Наконец всё было кончено. Я отпихнул от себя обезглавленное тело и без сил повалился на пол. Рана, оказавшаяся довольно глубокой, сильно кровоточила. Я разорвал на себе рубаху и попытался кое-как стянуть края раны. Надо убираться отсюда. Всё, что от меня требовалось, я сделал, осталось добраться до причала, желательно - ни с кем не столкнувшись по дороге.
     В одном мне везло - ни в коридорах, ни на лестнице мне действительно никто не встретился, но в остальном... наспех наложенная повязка насквозь пропиталась кровью, во рту пересохло, голова немилосердно кружилась и каменный пол под ногами казался качающейся палубой корабля. К тому же мне предстояло миновать вход в зал, и надежда на то, что и там я никому не попадусь на глаза, была довольно слабой.
     Однако же и возле лестницы, ведущей в зал, никого не было, хотя за дверями угадывалось оживление праздника. Я ещё раз огляделся и уже сделал несколько осторожных шагов вперёд, как в самый неподходящий момент дверь всё же распахнулась и в светлом проёме показалась женская фигурка. Вышедшая торопливо прикрыла за собой дверь и я узнал Элис. Настороженно оглядевшись, она бросилась вниз по лестнице, но внезапно споткнулась, неловко взмахнула руками и, не удержав равновесия, полетела вниз, оставив на ступеньках нарядную туфельку. Я застыл на месте не зная, что делать. Мгновение, другое... лежащая у подножия лестницы девушка не шевелилась. Господи, этого только не хватало! Столько пережить, так рисковать, сотворить почти невозможное - и ради того, чтобы, уже достигнув цели, эта дурочка свернула себе шею из-за того, что проклятая туфелька оказалась ей велика?! Плюнув на осторожность, я бросился к безжизненной фигурке и, упав возле неё на колени, приподнял ей голову... Перед глазами потемнело, внутри что-то оборвалось, из-под повязки снова потекли горячие струйки. В этот момент Элис слегка зашевелилась и, открыв глаза, непонимающе уставилась на меня.
     -Что с тобой? Ты цела?
     -Кажется... Вроде да.
     -Что случилось? Зачем ты выскочила?..
     -Ты весь в крови...
     -Куда ты так неслась?
     -На тебе вся одежда разорвана. Ты в крови...
     -Чего ты испугалась?
     -Ты ранен?
     -Что у тебя случилось?
     -Что у тебя случилось?
     В один голос произнеся последнюю фразу мы так же одновременно замолчали и повернули головы к лестнице: над нами, держа в руке потерянную туфельку, стоял жених Элис - впрочем, теперь уже муж, - недоумённо глядя на свою молодую жену, лежащую на полу в объятиях неизвестного мужчины в изорванной, окровавленной одежде. Элис окинула его равнодушным взглядом и понизила голос, чтобы слова не долетали до лестницы:
     -Лодочник нашёл на том берегу тело моей сестры. Все знают, что она уплыла с тобой в лодке, а потом ты просил у мачехи её руки... Кстати, мачеха жива?
     -Нет.
     Элис облегчённо вздохнула и продолжила:
     -Все решили, что сестру убил ты. - Элис бросила быстрый ненавидящий взгляд в сторону стоящего столбом мужа и мне стало ясно, кто попытался на свою беду навести здесь порядок. - Тебя разыскивают... Я хотела предупредить... - она опустила глаза и слегка покраснела.
     -Не стоило так торопиться. Впрочем, спасибо.
     Я взглянул на растерянного виновника переполоха. Видимо, он принадлежит к числу людей, предпочитающих сначала сделать, а уж потом, если получится, подумать над тем, что же он сделал. Стоило же отдавать приказ о поисках человека, которого ни он, ни его люди, никогда в глаза не видели! Если учесть, сколько сейчас здесь народу, им не позавидуешь. Впрочем, зато люди покойной хозяйки замка меня прекрасно знают в лицо и не упустят случая со мной расправиться, так что мне в любом случае радоваться нечему... Ну, если только глупому виду супруга Элис, не способного сообразить, кто перед ним. Я с трудом выпрямился, взял туфельку у него из рук, вновь наклонился и, демонстративно приподняв край подола Элис, хотел надеть пропажу ей на ногу. Девушка резко вырвала подол у меня из рук и попятилась. Я усмехнулся:
     -Извини.
     -Что всё это значит? Что, вообще, тут происходит?! - наконец обрёл дар речи бедный парень.
     -Ничего, - я сунул ему в руку туфельку. - Сказку про Золушку слышал? Вот, надень, - мне, несмотря на отчаянное положение, слабость и боль, внезапно почему-то стало смешно. - Только не себе надень, а ей, а то уж больно вид у тебя обалдевший, ещё перепутаешь.
     -Кто ты такой? - бедняга наконец догадался разозлиться.
     -Добрая фея!
     Я поднялся, превозмогая головокружение, и шагнул в ближайший коридор, оставив парочку разбираться друг с другом наедине. Я уже неплохо изучил замок, этот коридор вёл к двери, выходящей на причал. Если мне удастся незамеченным добраться до лодок, можно будет возблагодарить бога. Если же нет... Рана всё больше давала о себе знать, тело почти онемело, в ушах будто птичий щебет. Если меня обнаружат, вряд ли я смогу сопротивляться. Господи... ну и не повезло же!
     Дверь к счастью оказалась незапертой, сквозь щель виднелось вечернее небо. Я осторожно выглянул наружу. У причала, на фоне воды, чётко выделялись несколько фигур. Понятно, ждут - не дождутся, когда я приду за лодкой, и даже не подозревают, насколько я сейчас лёгкая добыча. Стараясь держаться в тени замка, я направился к склепу - кажется, здесь это место недолюбливают, тем более когда время близится к ночи.
     На то, чтобы двигаться быстро и бесшумно, сил уже не было. Я оглянулся - на дорожке за моей спиной виднелись тёмные следы. Чёрт... Боль перестала ощущаться, чувствовалась лишь равномерная пульсация где-то в боку, и теперь уже не только лохмотья рубашки, но и штаны, и даже голенища сапог были мокрыми от крови. Дело плохо, ой, как плохо... Тени веток над моей головой, темнеющая дорожка, видневшийся впереди склеп ходили ходуном, расплывались, меняли очертания. Я уже не мог понять, действительно ли дорожку затягивает вечерним туманом, или у меня в глазах помутилось от потери крови. Белёсая муть струилась между кустами, призрачными петлями обвивалась вокруг стволов, клубы тумана поднимались почти вровень с моим ростом, казалось, что они на мгновение приобретали очертания человеческой фигуры, возникающей то спереди, то сбоку от меня. Белые прозрачные волокна создавали иллюзию струящейся одежды, падающих на плечи волнистых волос... Временами мне виделись даже бесстрастно следящие за мной из тумана немигающие голубые глаза. Головокружение становилось всё сильней, внезапно ноги подкосились, каменная стена склепа передо мной качнулась, метнулась куда-то вверх - я понял, что теряю сознание. Последним было ощущение, будто кто-то подхватил меня, не давая упасть, и мягко опустил на землю...
     Очнулся я то ли от холода, то ли от звучащих неподалёку голосов. Я сидел, привалившись спиной к каменной стене склепа, хотя мне казалось, что я потерял сознание в нескольких шагах от неё. Думать не было ни сил, ни желания. Если кто-то и был тогда рядом - мне всё равно. Где-то сбоку от ведущей к склепу дорожки слышался шелест веток, голоса приближались.
     -Какого рожна мы здесь...
     -Заткнись.
     -Это склеп!..
     -Заткнись... твою мать! Он где-то здесь.
     -А мне плевать! Переться ночью в склеп...
     -Заткнись, чтоб тебя...!
     -Да пошёл ты...
     Из кустов на дорожку выбрались двое. Мне оставалось только ждать, когда они заметят меня, на сопротивление сил уже не было. Хотя возле склепа всё ещё держалось беловатое марево, дорожка почти очистилась от тумана и мне было отчётливо видно, как один из разыскивающих меня, - а у меня не было сомнений, что ищут именно меня, - нагнулся, рассматривая что-то на земле, другой же, зябко поёживаясь, озирался по сторонам.
     -Смотри-ка!
     -Что ещё?
     -Кровь. Это кровь! Я же говорил тебе - он где-то здесь!
     -Плевать я хотел на то, где он! Пусть его ищут те, кому жизнь не дорога. Ты видел, что он сотворил с...
     -Да заткнись ты! Ублюдок ранен. Посмотри, сколько здесь крови...
     Говоря это, он продолжал двигаться в мою сторону и, шагнув в завесу тумана, буквально наткнулся на меня. Второй маячил у него за спиной, опасливо оглядываясь. Я почувствовал безумную усталость, какую отчего-то испытывал всегда, оказываясь в безвыходной ситуации. Понимая, что силы не равны, мне было лень даже пытаться пошевелиться.
     -Привет, ребята. Меня ищете?
     То ли они обалдели от неожиданности, то ли от свалившейся на них удачи в виде неспособной к сопротивлению жертвы, но мои преследователи застыли, точно поражённые столбняком. Взгляды их были обращены куда-то поверх моей головы. В воздухе бесшумно метнулась, словно летучая мышь, какая-то тень и шею одного их стоящих надо мной людей пересекла тонкая, стремительно расширяющаяся полоса, тёмные струйки потекли за воротник. Я тупо смотрел, как он судорожно пытается дотянуться до непонятно как оказавшегося перерезанным горла, как его спутник меняясь в лице отступает назад, крестится, поворачивается, бежит прочь; как быстро сгущается вокруг шатающегося, хрипящего человека туман, прозрачные струи обвивают его и - странно - будто поддерживают конвульсивно бьющееся тело, не давая ему упасть. Я уже ясно видел проступающую сквозь туман человеческую фигуру - струящийся длинный плащ, волнистые светлые волосы, руки, сжимающие плечи несчастного... Человек из тумана приблизил лицо к лицу своей жертвы, словно для поцелуя, но склонился ниже и коснулся губами раны на шее. Даже когда мачеха Элис пыталась проделать это со мной, мне не было так жутко, даже когда я сам однажды проделал это, меня не била такая дрожь, как сейчас. Мне вообще никогда в моей богатой событиями жизни не было так страшно, но я не мог оторвать взгляда от отвратительного зрелища. Наконец вампир брезгливым движением оттолкнул мёртвое, почти обескровленное тело, тяжело рухнувшее к его ногам, и повернулся ко мне. Одно стремительное, по-звериному грациозное движение - и он уже сидел рядом, бесстрастные голубые глаза скользили по мне, тонкие губы со следами крови сложились в усмешку, обнажив заострённые клыки. Я непроизвольно вжался в стену.
     -Не стоит от меня шарахаться. Если бы не я - где бы ты сейчас был? Да и дочь не простила бы мне, случись что с тобой...
     -Кто?
     -Элис. Последние события повлияли на твои мыслительные способности?
     -Я выполнил работу? Что тебе ещё от меня нужно?
     -Ничего. Хочу расплатиться и избавить тебя от нашей семьи. Впрочем... не знаю, удастся ли.
     Он поднялся с земли и протянул мне руку. Я ухватился за неё, стараясь не думать о том, кто помогает мне подняться и сколько лет тому назад плоть, которую я сейчас сжимаю в ладони, была благополучно предана земле. Впрочем, и идти я, к счастью, смог без его помощи, и рана больше не кровоточила.
     -Ты удивишься, как быстро всё заживёт.
     -Вот тут ты ошибаешься. Я уже, похоже, ничему не удивлюсь.
     Когда мы подошли к причалу, он был пуст, лишь на воде покачивалось несколько лодок. Я обернулся к своему спутнику, но увидел лишь медленно тающие над дорожкой хлопья тумана.
     -Будем прощаться?
     Я вздрогнул и оглянулся - в тени растущего у воды куста стояла Элис.
     -Я тебя напугала?
     -Нет. Просто не ожидал.
     -Ты... не сердишься на меня?
     -За что?
     -Хотя бы за это, - она указала на покрытую кровью и грязью повязку у меня на груди, но тут же отдёрнула руку. - Больно?
     -Нет, - я шагнул к ней и взял её за плечи. Она покраснела, но не отстранилась. Я наклонился к её лицу и коснулся неподвижных губ.
     -Не нужно. - Элис высвободилась. - Иначе мне будет обидно отпускать тебя. Прости.
     Она повернулась и быстро пошла к замку. Я сел в первую попавшуюся лодку и уже на середине пути заметил у себя в ногах объёмистый кожаный кошель. М-да... всё честно.
     
* * *
     С тех пор прошло почти два года.
     Была уже ночь, когда за моим окном послышался топот копыт и замелькал свет факелов, затем раздался требовательный стук в дверь. Мысленно приготовившись ко всему, я отодвинул щеколду и тут же был оттеснён обратно в комнату двумя рослыми парнями, вслед за которыми в дверном проёме показалась дама, одетая в траур. Как только она переступила порог, слуги вышли, прикрыв за собой дверь. Дама, сделав несколько шагов ко мне, молча остановилась и откинула с лица покрывало.
     -Элис?!.. О, господи... Как же ты нашла меня?..
     Моё изумление оставило её равнодушной. Впрочем, если хорошенько вспомнить, её оставляли равнодушной и куда более серьёзные вещи.
     -Мой муж умер.
     Я окинул взглядом её фигурку в траурной одежде.
     -Надеюсь, он не очень мучился?
     -Совсем не мучился.
     И снова молчание, кажется, вовсе не тяготившее мою гостью.
     -Ладно, Элис, я бы понял цель твоего визита, если бы ему только предстояло умереть... Но... Что я могу сделать для тебя сейчас?
     Она смотрела на меня молча и, как всегда, невозмутимо...
Сообщение отредактировал Шевалье - 28.1.2010, 1:44
Мариула
6.8.2006, 1:58 · Re: Заглаживаю вину...
Нет аватара
QUOTE
один из авторов - позор мне, не запомнил, кто именно! - написал, что хотел бы прочитать этот рассказ полностью.
это была саламандра
Шевалье
7.8.2006, 12:15 · Re: Заглаживаю вину...
Аватар
Спасибо!
Ссылки на тему
› На форум (BB-код)
› На сайт или блог (HTML)

Ответить в данную темуНачать новую тему
1 чел. читают эту тему (гостей: 1, скрытых пользователей: 0)

Администрация не несёт ответственности за достоверность информации размещённой на форуме о любви и отношениях - она предоставлена в информационных целях и зачастую может быть не достоверна. Никакую информацию кроме правил форума не следует расценивать как публичную оферту - она ей не является. Мнение парней и девушек, пользователей нашего форума, скорее всего не совпадает с мнением администрации, ответственность за содержание сообщений лежит только на них. Всю ответственность за размещённую рекламу несёт рекламодатель, не верьте рекламе!
Сейчас: 6.12.2016, 20:58
Малина · Правила форума · Удалить cookies · Сделать вид что всё прочитано · Мобильная версия
Малина Copyright форум живёт в сети с 2007 года! Отправить e-mail администратору: abuse@malina-mix.com
Яндекс.Метрика